Владимир Миронов

Древние цивилизации

Суфизм – религия духовности

 

«Суфизм – особое эзотерическое мусульманское учение, в котором проповедуется аскетизм и утонченная духовность».

Несмотря на известную строгость и даже суровость исламских законов, внутри огромного исламского мира никогда не умирал живой огонь мысли и поэзии. Творчески одаренные натуры, которыми так богат Восток, находили для себя выход (в том числе в суфизме). Суфизм – всплеск народной энергии, бунтарский глас исламских разночинцев. Это своего рода мусульманские староверы, независимые мистики и нонконформисты. Взгляды их в чем-то близки аскетическим течениям и установкам индийской мысли. Суфизм требовал от вступившего на Путь служения отказаться от всех страстей и следовать в повседневной жизни примеру аскетов.

В суфизме нашли выражение чаяния и взгляды беднейшей части народа, которая обычно оказывается за чертой благополучия и богатства. Возможно, не случайно само слово суфизм толкуют по-разному, то как «чистота» («сафа»), то как «софия» («премудрость»), то как «скамья» («суффа»). На скамьях у мечети, построенной пророком Мухаммедом в Медине, как раз и ютились бедняки. Считают, что первыми прозвище «ассуфи» получили аскеты из Куфы – Абу Хашим (ум. в 767 г.) и Джабир Ибн Хайям (ум. в 867 г.). В истории суфизма, разумеется, были периоды взлетов и падений, но его влияние на развитие духовной культуры Востока поистине огромно.

Мир, в котором приходилось пребывать мыслителям того времени, был труден и суров. Жизнь протекала на фоне постоянных войн и конфликтов. Оазисы разума и культуры могли существовать лишь под защитой могучих покровителей. Сильное централизованное государство Саманидов дало толчок развитию производительных сил в Средней Азии, Иране, Афганистане, Армении и Дагестане. Возникла богатейшая культурная среда в городах Центральной Азии – Самарканде, Бухаре, Балхе, Мерве, Термезе, Фергане, Ходженте.

Бродячие аскеты


Интерес к красоте, мудрости, знаниям, поэзии всегда был довольно высок среди султанов и шахов. Рудаки, «Адам поэтов», сказал о правителе Сасане и его наследниках: «А если ты мудрец – чтоб знанья обрести, ты должен по его последовать пути». И многие из них следовали по этому пути, уравновешивая на весах вечности чашу крови и преступлений чашей мудрости и искусства. Султаны соперничали с шахами за покровительство тому или иному знаменитому поэту, художнику, ученому, врачу. За таланты идет настоящая битва, как если бы то был богатейший город или цветущий оазис. Это и понятно: ведь войны приносили добычу, а мудрецы и поэты – славу. Когда Низами создал знаменитую философскую поэму «Сокровищница тайн» и послал ее владыке Эрзинджана, тот восхищенно, с чувством искренней благодарности ему ответил: «Если бы было возможно, то целые казнохранилища и сокровищницы послал бы я в дар за эту книгу, которая сложена в стихах, подобных жемчугам, ибо мое имя благодаря ей сохранится вечно».

Миниатюра из рукописи

Карта мира в персидской рукописи


Учились тогда не по учебникам, а по сказаниям и речам мудрецов и поэтов. Просвещение носило скорее образный характер, называясь устной письменностью. Поэты Фирдоуси, Хафиз, Хайям, Руми, Хосров, Низами, Рудаки, Абу Хайан и многие другие старались «просвещать – не утомляя, и наставлять – развлекая». Впрочем, были и письменные пособия. В Арабском халифате в X веке возник тайный союз «Братьев чистоты и друзей верности», одной из главных миссий которого стало просветительство. Они составили трактаты и научные пособия по вопросам трудового и профессионального образования. Живший в X–XI веках знаменитый Ибн Сина (Авиценна) благодаря трудам сих подвижников к десяти годам не только выучил наизусть Коран, но освоил грамматику, стилистику, поэтику, овладел арабским языком и приступил к изучению математики, логики и медицины. В своем «Жизнеописании» он говорил, что к 18 годам завершил изучение наук, а в 21 уже сам составил краткий сборник по всем наукам (компендиум). К услугам интеллектуалов древности были библиотеки, имевшиеся у каждого уважающего себя правителя Востока. Авиценна говорит о правителе Бухары Нух ибн-Мансуре, которого он вылечил и который разрешил ему пользоваться книгами его библиотеки. Известнейший врач пишет: «Однажды я испросил у Нух ибн-Мансура разрешение пойти в его библиотеку, чтобы изучить имеющиеся там книги по медицине. Он разрешил мне, и я вошел в здание, где было множество комнат. В каждой комнате были сундуки с книгами, поставленные один на другой. В одной комнате были книги по арабской поэзии, в другой – книги по фикху, и так в каждой комнате (находились) книги по какой-либо отрасли науки. Я познакомился со списком книг предшественников и попросил те, которые были нужны. Я увидел там книги, названия которых многие люди никогда не слышали, и сам я не видел их ни ранее, ни после того. Я прочел те книги, усвоил все полезное, что было в них, и познал степень (учености) каждого автора». Такие же оазисы знаний были разбросаны всюду на Востоке, в том числе и в Китае.

Миниатюра, изображающая написание книги


Спору нет, мудрость и знание и тогда уже давали прекраснейшие ростки. В эпоху Харун ар-Рашида (768–809) арабы создали научно-переводческий центр, получивший название «Дома мудрости», где работали денно и нощно тысячи ученых и переводчиков. Однако мудрецу не всегда везло, чаще случалось обратное. Как образно заметил тот же Ибн Сина: когда он стал велик, не стало страны, вмещающей его; когда возросла его цена, не нашлось на него покупателя. Эти слова великого мыслителя и энциклопедиста очень понятны современным русским ученым. Иные из них (даже очень талантливые) не находят места в своем отечестве, а их труд ценится позорно низко. Но ведь тогда были совершенно иные времена. Образование и науки были роскошью. Великие поэты, ученые, врачи сияли, словно ослепительные снежные вершины на фоне безжизненных песков. Драгоценные каменья (гения и таланта) на рубище нищего. Мало этого, носители знаний постоянно находились на грани жизни и смерти. Войны и набеги накатывались, как неумолимые волны. Замечательный ученый Бируни (973—1050), впервые на Среднем Востоке высказавший мысль о движении Земли вокруг Солнца, с горечью пишет на страницах «Хронологии» о разгроме, учиненном в Хорезме Кутейбой, о диком уничтожении людей, знавших хорезмскую письменность и историческую традицию. Не был по достоинству оценен в Армении и философ Анахт (Трижды Великий), несмотря на все его заслуги. Как отмечалось, «испытав от армян много горя, лишений и преследований», он удалился в Грузию, где и умер. Плоды алчности и плоти оказались для его соотечественников дороже бесценных плодов разума.

Звездочет


Вспомним и то, как первый император Китая Цинь Ши-Хуанди отдал приказ сжечь книги и закопать несколько сот ученых живыми в землю! Убит по наущению фанатиков ислама внук Тимура, мудрый Улугбек, которого называли вторым Птолемеем. Около Самарканда им была воздвигнута уникальная обсерватория с 40?метровым мраморным секстантом. Подобной обсерватории в то время не было ни на Востоке, ни на Западе (1428). «Помещения этого высокого здания, – писали современники, – были украшены несравненными рисунками и изображениями девяти небес, фигурами звезд, глобусом земного шара с различными климатами, горами, морями, пустынями и тем, что к этому относится. Все это создавало подобие семи украшенных сводов небес».

Ученый на троне, благословенный халиф просвещения мусульманского мира, он предпочитал занятия науками, делами просвещения и культуры военным походам. Это был гений, коему вполне могла бы позавидовать западная цивилизация. Им велись исследования в астрономии, математике, геометрии, медицине, истории, географии. С помощью приборов своей обсерватории он определил координаты 1019 звезд, угол наклона экватора, плоскости эклиптики. Ему принадлежит исторический труд «Улус – и арба, йи Чингизи», скрытый в книгохранилищах Стамбула или в Британском музее в Лондоне, и лирико-романтическая поэма «Юсуф и Зулайха». Этот покровитель ученых поэтов, художников, музыкантов, архитекторов, ремесленников заслужил слова, полные восхищения, сказанные в его адрес узбекским поэтом Саккаки: «Небо должно вращаться еще много лет, чтобы найти такого мудреца-царя, как Улугбек». Однако такие цари всегда были редки.

В. В. Верещагин. Двери Тимура (Тамерлана)


Во времена нашествий и гонений не до наук и поэзии. Жизнь великого Фирдоуси превратилась в одну бесконечную «тропу бегства». Тяжело сложилась жизнь у самой яркой звезды суфийской поэзии, Джалал ад-Дина Руми, автора «Поэмы о скрытом смысле» («Маснави»). Джами сказал, что его «Маснави» – это «Коран на персидском языке», и что «его место выше Луны и Солнца». Но судьба распорядилась так, что ужасы татаро-монгольского нашествия трагически отразились и на нем. Родился он в 1207 году в Балхе, на территории современного Афганистана. Город вскоре был превращен воинами Чингисхана в руины (перед тем семья покинула город в 1218 г.). После переезда в Нишапур, паломничества в Мекку и короткого пребывания в Дамаске и Алеппо пути-дороги привели Джалал ад-Дина в Малую Азию. Мусульмане называли ее Румом. Тут он обосновался вместе с семьей (1220).

Миниатюра, изображающая путешествие


Но и сюда дотянулась рука монголов, дошел «дым татарской армии». Кочевники опустошали земли, истребляли тысячи людей, десятки тысяч угоняли в плен. В 1256 году монгольские орды подошли к столице Рума – Конье, но в город не вошли. Именно тут прошла значительная часть жизни великого поэта. На гору познаний он поднимался долго и упорно. Ему повезло с наставниками. Среди них прежде всего был отец, Баха Валяд, известный проповедник, правовед и суфий, ставший руководителем избранных учеников. Его перу принадлежали «Божественные знания» («Маариф»). Когда сын вырос, суфийский поэт Аттар сказал Баха Валяду: «Вскоре твоему сыну предстоит возжечь огонь в сердцах любящих Бога во всем мире». После смерти отца Руми уже являлся признанным знатоком философии, истории, Корана, математики и т. д. и по праву занял его место. Но к суфизму он пришел через Термизи, ученика отца. Руми вскоре становится духовным наставником населения Коньи (что находится на территории современной Турции). Его наследие обширно и представляет для читателя немалый интерес.

«Медитирующий суфий». Турецкая миниатюра


Как правило, мы становимся чаще свидетелями того, как из области светских, политических или культурных интересов люди переходят в лоно веры и религии. Это кажется нам в порядке вещей. Но тут картина совершенно противоположная. Руми – суфий, духовная особа и правовед. И вдруг он становится поэтом (после знакомства с Тебризи). Шамс ад-Дин Тебризи сыграл в размеренной жизни служителя веры и закона роль возмутителя спокойствия. Сам Руми писал: «Я был трезвым аскетом, я всходил на кафедру и читал проповеди, но судьба превратила меня в Твоего преданного любовника. Прежде рука моя всегда лежала на Коране, но теперь она держит флягу Любви. Мои уста исторгали одни слова прославления, но теперь для них остались только стихи и песни». Любовь к поэзии появилась перед Руми не в образе неземной красавицы, а в виде духовного наставника. Некий внутренний голос призвал его не быть слепо привязанным к молитвенному коврику, а обратить внимание на жизнь, поэзию и любовь. Можно сказать, что Тебризи сыграл роль волшебника, избавив Руми от «оков» аскетическо-религиозного бытия, безусловно, зачастую ограниченного. С. Наср скажет о трансформации суфия Руми в поэта: «Кажется, Шамс ад-Дин стал воплощением божественного духовного импульса, который в определенном смысле «выявил» в поэтической форме потенции внутреннего созерцания Руми и привел океан его существа в движение, породившее мощные волны, которые изменили историю персидской литературы». До конца жизни он продолжал преданно служить поэзии (1273). Когда Шамс ад-Дин, «Солнце религии», исчез (говорят, он был убит приверженцами), в сердце Руми солнце поэзии светить не переставало. Поэзия стала для него ближе.

Кружащиеся дервиши


Основные произведения Руми – «Диван-и Шамс-и Табризи», что содержит около 40 тыс. строк, и «Маснави», единое произведение, состоящее из 25 тыс. строк. Особый интерес представляет «Диван» («Собрание стихов»). Стихи эти Руми писались на протяжении 30 лет, до конца жизни. Мы руководствуемся теми текстами, которые подобрал в книге о поэте американец У. Читтик (1981). Рассуждая на тему о роли познания в жизни людей, о том, что или кто должно являться источником мудрости, Руми направляет нас к известным фигурам – Аврааму, Моисею, Иисусу, Мухаммаду (к последнему, разумеется, par excellence). Руми пишет: «О Мухаммад! Ты был «неграмотным» сиротой. Не было у тебя ни отца, ни матери, которые водили бы тебя в школу, учили наукам и искусствам. Откуда же у тебя все это необъятное знание? Ведь ты поведал обо всем, что с самого начала творения и бытия приходило в наш мир. Шаг за шагом описал ты путь сущего, рассказал о его доброй воле и несчастье. Явил ты нам знаки райских садов, древо за древом, и даже серьги в ушах гурий описал ты. И об адском узилище поведал ты, о каждом закоулке его и каждой его яме. Ты говорил нам о конце и крушении мира, о Вечности, у которой нет предела. Так откуда же ты узнал все это? В какую школу ходил?» Ответствует Мухаммед: «Да, я был сиротой, и не было у меня никого, но вот, сей Некто стал моим наставником и научил меня: «Милостивый научил Корану» (К, 55: 1–2). И за сто тысяч лет не научиться этому, если взять в учителя сотворенное существо, а если даже кто-нибудь и научится этому, то знание будет приобретенным и подражательным. У такого человека не будет ключей от этого знания. Не выросшее органично, оно будет застывшим. Это – внешний образ знания, а не дух его, не действительное знание». Мысль Руми глубока и заключается в том, что без духовной и нравственной сердцевины действия любого учителя, художника или писателя будут мертвы и безжизненны.

Мавзолей Руми в Конье


В конце концов, кто угодно может нарисовать тот или иной образ (на стене или на экране. – В. М.). «Тут будет голова, не способная думать, око, которое не видит, рука, ничего не дающая, грудь без просветленного сердца и обнаженная сабля без режущего острия. В любой молельной нише найдешь изображение светильника, но ночью оно не дает света. Потряси нарисованное на стене дерево: упадет ли на землю хоть один плод?». Так же и в жизни: сколько высопоставленных голов видим в нашей политике, но, оказывается, они лишены высшего рассудка и мудрости. Сколько глаз смотрят на мир сквозь пленку полнейшего равнодушия к народу России, ничего не видя и не слыша, как много сердец, представляющих собой застывший кусок сала, сколько ушей, что обречены слушать до последних дней дикую и бессмысленную болтовню. Руми учил различать тех, кто ищет знания «ради толпы и элиты», а кто ищет и находит их ради освобождения и прозрения своей Родины! Он советовал отличать «искусство красивых речей» (политиков и журналистов) от речей искренних и страстных, речей живых и благословенных. Первые умирают, едва лишь покидают уста подобных цицеронов и глашатаев. Вторые (если они божественны) остаются жить в сердцах людей вечно.

Восточные женщины в своем кругу. Миниатюра


Вторая важная тема, которой касается Руми, это тема двух жизненных начал, взаимотношений мужчины и женщины. Хотя сущности у них одни и те же – человеческие, но начала – разные. Суфизм разграничивает в личности начала активные и пассивные, мужское и женское, разумное и чувственное; та же парная схема, что присутствует в китайской философии, – ян и инь. Мужчина – это творец, активное, разумное начало. Женщина – начало пассивное и принимающее энергию мужчины. «С точки зрения разума небеса – мужчина, а земля – женщина: все, что он кидает в нее, она взращивает», – говорит мудрец. Назначение мужчины – стремиться вверх, к небу, высокому свершению и подвигу; назначение женщины – быть опорой, оплотом, домом. Если бы удалось как-то зафиксировать свойства этих двух видов, то за Адамом все же было закреплено такое его определяющее и характерное качество как разум, а за Евой – эго, то есть личное, частное, эгоистичное, суетное. Хотя у Руми пара эта выглядит, как нам показалось, уж очень схематично («мужи» – святые, «женщины» – неверные, «мужи» заняты смыслом, а «женщины» – в плену у форм). Но в его эпоху такова была действительность. Удел мужчин – подвиги, военная, политическая, духовная карьера, удел женщин – семейные обязанности, скучный быт, тряпки, украшения, суетная болтовня о том о сем, интриги или любовные похождения (а большей частью лишь мечты о них).

Объяснение в любви. Миниатюра

Я. Малчевский. Смерть-красавица


Руми не считает женщину извечным злом, хотя не скрывает и наличия в ней злых, порочных, а главное, неразумных и глупых начал. Женщина – это всегда эго, а эго зачастую чуждо разуму. «Она – реальность эго, что взывает к злу, в физическом устройстве человека воплощенному». Женщина норовит подчинить себе мужчину. Слабый мужчина с ней никогда не справится: «Муж женственный не сможет бороться с эго: не для задницы осла мускус и розовая вода». Мужчинам свойственно властолюбие и суровое мужество, женщинам – покорность, мягкосердие, любовь. Руми в «Маснави» и в «Диване» воспевал женскую красоту: «Ее краса пленяет всех мужчин», высокомерие и презрение ее «ввергает в трепет сердце», всех мужчин «обольщает страсть к женщинам».

Видимо, его занимала и проблема, как лучше защититься мужчине от этой убийственной красоты, от рокового влечения. Ведь часто бывает так, что «ты внешне над женщиною властелин, а внутренне ты раб ее», поскольку вынужден все время ее искать и к ней стремиться. Даже Пророк говорит, что мужчины, обладатели отважного сердца и разума – «в полном подчиненье у женщин». Причем чаще страдают от их эгоизма и глупости именно умные мужчины. Глупые же мужики (коих большинство), будучи с ними в одном метафизическом поле, легче и проще справляются с этими «губительными сокровищами». Однако зачастую даже умные и талантливые мужи не мыслят своей жизни без любви, ибо нет слаще напитка…

Когда я вспоминаю грудь твою,
Роскошный стан и уст благоуханье,
Когда кладу я голову свою,
Как под топор, на плаху ожиданья,
Стремясь к тебе, прелестное созданье,
Вернувшее мне молодость мою,
Знай: без любви нет смысла и в раю,
Уж лучше ад любовного терзанья…

В. Миронов


Пожалуй, ни одна женщина не достигала в искусстве любви и страсти таких высот, как женщина Востока. Жаль, их песнь любви для нас осталась преимущественно безмолвной. Они постигали великое искусство возбудить в мужчине желание, завоевать его и овладеть им полностью и целиком, если только это было возможно. Одним из весьма эффективных средств воздействия на мужское либидо являлся известный танец живота, наиболее полно выражающий эротические мотивы. В Египте такого рода танцы исполняли в древности обнаженные танцовщицы. Ислам, с его пуританством, значительно изменил характер танца, внеся коррективы в одеяние женщин. Женщина должна была закрыть боўльшую часть тела и лица. В последнее время интерес к этому танцу богинь, который многие называют и терапевтическим, заметно возрос. Многие мужчины мечтают о том, чтобы хотя бы раз в жизни насладиться великолепным возбуждающим зрелищем: «Сладковатый дым кальяна обволок мое сознание пеленой неги: медленно, чувствуя некое приятное головокружение, я опустился на шелковые подушки с широкими разноцветными кистями. В воображении родился нежный колеблющийся образ черноглазой красавицы, исполняющей эротичный, огненный танец – завораживающий гимн тела, одновременно полный сексуального призыва и девичьей скромности. Жаркую, зыбкую, округлую, взывающую к мужскому естеству пляску, нелепо названную чужестранцами танцем живота…» Не знаю, изгоняет ли такой танец злых духов, но то, что он вызывает добрые и теплые чувства к женщине, к ее очаровательному волшебству, пленяя нас, это совершенно очевидно, как бесспорно и то, что при восприятии такого танца в исполнении красавиц сам невольно становишься моложе (пусть даже лишь на миг).

Миниатюра. Женщины

Эротическая гравюра. «Обмен дыханием». Автор неизвестен. XVIII век. Япония


Европейцы всегда воспринимали Восток через вуаль таинственности. Для многих из них он видится в образе закутанной с ног до головы дамы, чей лик и не различишь за плотной завесой паранджи. На деле же это ясный и понятный, хотя и жестко регламентированный мир. Это касается почти всех сторон жизни, включая поклонение Аллаху, знание сур Корана, правил поведения в обществе и дома. В этой связи особый интерес представляет брачная жизнь. Как и всюду, молодые люди, и прежде всего жених, выбирают ту, что ему приглянулась. Избранница должна быть благородна, девственна, религиозна, способна к деторождению, смиренна, красива. Законодательство в исламе пытается также ограничить брак родственный (кровное или молочное родство), говоря: «Не женитесь на женах отцов ваших, разве что это совершилось раньше» (в доисламский период). Это считается актом мерзким, постыдным и позорным. На сей счет существует строгий запрет: не брать в жены своих матерей, дочерей, сестер, теток, дочерей сестер и братьев, кормилиц, матерей ваших жен, супруг ваших родных сыновей, а также замужних женщин (Св. Коран, 4: 22–24). Столь многочисленный ряд женщин, которых нельзя брать в жены (ничего не сказано о том, что с ними нельзя и сожительствовать), создает, впрочем, впечатление, что подобная практика и расширенное толкование Корана все же имели место и были довольно нередким явлением.

Если ничто не мешает браку, молодые люди встречаются, проясняют свои жизненные и ценностные идеалы, и если приходят к взаимному согласию, то обращаются к родителям или опекунам девушки. Затем следуют сватовство и помолвка. Однако даже после этого строгости не прекращаются: юноша имеет право видеть открытыми лишь лицо, кисти рук невесты, и, разумеется, интимные отношения в добрачный период запрещены строжайше. Затем заключается брачный союз, на нем присутствуют родители и свидетели-мужчины. Свидетели должны быть людьми глубоко религиозными, мусульманами, порядочными, зрячими, не глухими, понимающими язык, на котором ведется церемония (могут быть христианами или иудеями, «людьми Писания»). Затем следует, как говорят на Востоке, и «обмен дыханием».

По мнению знающих людей, брак на Востоке – своего рода договор или сделка. Брачный союз оглашается публично, и муж преподносит жене свадебный подарок (деньги, золотые украшения или же драгоценности на весьма приличную сумму, порядка 3000 долларов). Стороны в ходе брачной церемонии следуют заведенным правилам (чтение Корана, имам, читающий брачную проповедь, согласие сторон и т. д.). Исходя из исламских канонов, мужчина и женщина формально юридически равны, хотя в действительности далеко не всегда это юридическое равенство сохраняется в реальной жизни. Достаточно сказать, что при совершении брачного обряда словесно выражать свое согласие на брак обязан только мужчина, женщина же безмолвствует. Это должно означать: «Согласие – знак молчания». Расходы на брачные торжества обходятся в весьма приличную сумму, что зачастую для бедных людей непосильная задача. Хотя такого рода «купеческие замашки», показное расточительство, пышность и мотовство не приветствуются исламом, на деле же никто из «брачующихся» и их семей не хочет «ударить в грязь лицом», или «потерять свое лицо». Честь рода превыше всего.

Иллюстрация к «Камасутре». Неизвестный индийский художник X–XV вв.


Ислам привлекателен для некоторых мужчин и тем, что он позволяет им, на совершенно законном основании, иметь до четырех жен (при условии, что муж сможет содержать их и своих детей). Столь соблазнительная перспектива имеет и ряд теневых сторон. К примеру, чтобы содержать большую семью, мужчина должен неустанно трудиться, дабы заработать на пропитание всего семейства. Следует учесть, что жена по восточным правилам должна сидеть дома, занимаясь домашним хозяйством (к слову сказать, воспитание детей является на Востоке также преимущественно обязанностью мужчин). А это во все времена задача не из легких. И муж тут уж вынужден трудиться, как вол, чтобы свести хотя бы концы с концами.

Мужу следует помнить и о том, что жены, ко всему прочему, требуют ласки и внимания. Много жен – это и много головной боли. По правилам, если женатый мужчина женится на девственнице, он обязан провести с ней семь ночей подряд. Если же женится на женщине, уже побывавшей замужем, закон к нему более милосерден, так как ей принадлежит право испытывать мужа на прочность в течение только трех ночей подряд. Вдобавок каждая из жен имеет полное право требовать для себя не только отдельную комнату, но и отдельную квартиру или даже дом. Конечно, мужчина может, если уже нет сил тащить непосильную ношу, развестись с любой женой, трижды воскликнув: «Ты мне не жена!» Так же должна поступить жена, желающая оставить мужа. Но и тут налицо явное неравенство полов: она сама не имеет права сказать спасительных слов, но должна вынудить произнести их мужа. Через четыре месяца при свидетелях совершается развод (если мужчина и женщина за сей период ни разу не переспали). Мужу возвращают свадебный подарок, но муж, если он был инициатором развода, должен будет обеспечить достойное существование бывшей жене до ее смерти или до нового ее замужества. Конечно, брак в исламе это в первую очередь «праведный акт преданности и ответственности, услада для души и сердца, обязательство человека перед Аллахом». Но однако же, как очень верно замечено в известной песенке из кинофильма режиссера Гайдая «Кавказская пленница», совсем неплохо иметь три жены, но это только с одной стороны.

Миниатюра из рукописи


В сложной истории иранского народа, несмотря на присущие правителям огрехи, чувствуется это преклонение перед мудростью. Историки мысли, говоря о духовном родстве персов и русских, заметили: «Истоки почитания Мудрости как царствующей персоны, освященной свыше и причастной к самым сокровенным тайнам бытия, уходят дальше, на Восток. Верховное божество иранской мифологии Ахура-Мазда («Господствующая мудрость»), изображаемое в крылатом солнечном диске (напоминающем круги «славы» в древнерусской иконописи), имел 7 ангелообразных женственных божеств, среди которых выделяется Аша Вахишта – истина, покровительница огня. Возможно, отсюда проистекает традиция изображения Софии с огненным ликом и огненными крыльями в Новгородской иконографии. Становится ясным и то, почему Персидское государство в некоторых древнерусских источниках именуется «Софийским». Изображение женственной Премудрости занимает важное место в творчестве Николая Рериха, хорошо знавшего образы Востока». Персия ждет своего возлюбленного, друга и верного защитника… Сказано же неким поэтом: «В душе персидской все созвучно блаженной мудрости Руси – ее прекрасные стихи, каноны, фрески и грехи».

Просмотров: 1211