А. А. Сванидзе

Средневековый город и рынок в Швеции XIII-XV веков

1. Специализация и продукция городских ремесленников

 

Материалы по социально-экономической истории шведского городского ремесла носят отрывочный характер. Это упоминания о профессиях, отдельных специальностях; фрагментарные сведения о номенклатуре изделий, их качестве, цене, особенностях производства; косвенные данные об условиях труда и сбыта.

В XIV-XV вв. шведский город знал свыше 80 ремесленных специальностей. Особенного развития достигли металлообработка и кожевенное дело, которые базировались на богатой сырьевой базе. Обработкой металла были заняты наиболее технически продвинутые ремесла. Хотя ремесленники-металлисты зачастую обозначались общим универсальным наименованием "кузнец" (faber, smidh, smedh), в действительности среди них насчитывалось уже более 30 специальностей, которые по технологии, объекту и продукту труда можно объединить в несколько групп, имеющих свои наименования и нередко отдельные организации. Самой многочисленной из них были собственно кузнецы, которых называли также "грубыми", "черными". Они вырабатывали из железа и стали крюки для стен, якоря, подковы, колуны для рубки леса, топоры, гвозди (обычные и корабельные), болты, задвижки, грабли, лемеха и винты для плугов, рыболовные крючки и грузила; они же ковали лошадей, оббивали двери и мебель листовым металлом875. Наряду с ними уже выделились слесари – самая техничная и перспективная из тогдашних кузнечных специальностей; они делали замки с ключами, шпоры и стремена, замочные скважины и щеколды, флюгеры, подсвечники, инструменты – сверла, ножницы, напильники – и некоторые декоративные предметы876. В документах встречаются также шпорники, ножевщики и часовые мастера877.

Оружейники (werkmästare), изготовлявшие оружие и металлическую военную амуницию, также специализировались. Термин "вооружение", "оружие" (värja, kriigz werior) к XV в. закрепился за метательным оружием – арбалетами, которые использовались также для охоты878. Наряду с ними были баллистарии (balistarius), которые делали приспособления для метания камней, дротиков и ядер879; ножевщики-мечники, которые ковали длинные ножи, кинжалы, мечи, боевые топоры и молоты, пики, метательные топорики и т. п.880; полировщики и точильщики мечей и изготовители и декораторы ножен881. Возможно, в крепостях все холодное оружие производилось в рамках одной мастерской разными людьми882. Металлическую амуницию делали панцирники, из среды которых, судя по усложнившейся терминологии, в XV в., возможно, выделились собственно панцирники, латники-шлемники, кольчужники883; в связи с распространением цельнометаллических панцирей щитники утеряли былое значение884. К XV в. относятся и сведения о пороховщиках (в стокгольмских документах)885.

Хотя многие кузнечные профессии не отделились от металлургического ремесла, уже встречаются упоминания о городских плавильщиках886. Одновременно выделились медники, изготовлявшие различную посуду и утварь, котельники (делали таганы), оловянщики-кружечники и кувшинщики887; наконец, в группе литейщиков были пушечные и колокольные мастера888.

Пожалуй, ранее всего от кузнецов отделились ювелиры, работавшие с драгоценными металлами. Это были богатые, общественно активные люди, и сведения о них есть по всем городам страны889. Рядовые граждане города и деревни не имели права "носить золото, серебро и кораллы"890, поэтому ювелиры обслуживали по преимуществу корону, дворян, церковь, городской патрициат. Сохранилось много великолепных изделий городских ювелиров, чаще всего по немецким образцам891 (среди ювелиров лица немецкого происхождения абсолютно преобладали). В этой среде наблюдалась уже известная специализация: источники называют пряжечников – изготовителей фибул, бокальщиков, жемчужников (делали украшения для одежды, культовых облачений и конской сбруи)892; с монетным делом были связаны гравировщики, чеканщики. В конце XV в. с металлом работали также печатники-словолитчики – новая для Швеции профессия.

При всей распространенности в стране изделий из железа и меди они были все же дороги. Не случайно и в XV в. отдельные детали металлических орудий все еще заменяли более дешевым материалом – деревом893. Соответственно высоко ценился труд кузнецов-металлистов, в том числе и грубых кузнецов894.

Непременной отраслью городской промышленности была деревообработка. Прежде всего город располагал довольно многочисленными плотниками-строителями, которые делали и грубую столярную работу895. Имелись также столяры (snider, snickare)896 и скульпторы по дереву897 (нередко это была одна специальность). В XV в. в документах фигурируют токари по дереву, делавшие посуду, колеса для прялок, деревянный инструментарий, а также корытники и сундучники898. В конце XV в. встречаются тележники и каретники, колесные мастера и мебельщики899. Из дерева изготовлялась очень употребительная в городах того времени обувь в виде толстых колодок, иногда с двумя каблучками – галоши, или "патины", а также подошвы для дешевых туфель; все это делали "галошники"900. Если не считать плотников – один из самых многочисленных отрядов городского ремесла, то все остальные названные специалисты выделились не во всех городах, их было немного; мелкая работа по дереву и в XV в. оставалась по преимуществу уделом деревенского ремесла.

Особое место в городском производстве занимали бондари, которые изготовляли бочки и бочонки (tunna, fat, откуда бочар – fatmester, tunnbindare), различные по виду, вместимости и назначению – для напитков, металла, зерна, рыбы, ворвани, коровьего масла и т. д.901 Их продукция употреблялась для транспортировки и хранения экспортных оптовых товаров. Соответственно рост бондарного дела, характерный для портовых городов Швеции, прямо стимулировался развитием в стране добывающих производств и сбыта их изделий, прежде всего на дальних рынках; в частности, в стокгольмских документах появились упоминания о заготовителях бочарной древесины902, которые также иногда делали бочки. В более мелких городах деревянную тару нередко делали все те же плотники и столяры-универсалы.

Среди самых распространенных в шведских городах были ремесленники, работавшие с кожей, – 10-16 специальностей. Более всего было сапожников, которые по численности занимали второе (после портных) место в составе городских ремесленников и дали имя улицам Стокгольма, Вестервика и других городов. Они изготовляли более 30 видов и сортов обуви для взрослых и детей, горожан и бондов, господ и слуг903. Среди них наблюдалась уже известная специализация: изготовители модельной обуви, изготовители унтов-башмаков из "сырых" шкур с неснятым мехом, изготовители уличных "бот"904. Было обычным, что сапожники сами дубили кожу и делали дубильный раствор, а также продавали эти вещи; но они покупали и готовое сырье905. Обработкой кожи занимались кожевники906, которые обрабатывали шкуры для разных целей: делали кожу, ремни, меховой товар; иногда они сами обдирали шкуры, но одновременно уже имелись специалисты – сыромятники, дубильщики, изготовители сафьяна ("кордовской" кожи) и других видов кож и замши907, а также скорняки908. Во второй половине XV в., вероятно, имелись и специалисты по обработке, дубовой коры (для приготовления дубильного раствора)909. Но возможно, что сплошь и рядом кожевники являлись и скорняками, и дубильщиками910. Разнообразную продукцию изготовляли и шорники: седла, чересседельники, "ремни для бондов, а также сумки, амуницию и сбрую911. В XV в. в крупных городах из их среды уже выделились сумочники, которые изготовляли изделия, в частности "для бондов и слуг"912, рукавичники913, шорники-седельники914, ременщики, специализировавшиеся на военной амуниции (и потому многочисленные в крепостях), и ременщики, изготовлявшие носильные ремни (для одежды, головных уборов и т. п.)915.

Ткацкое и прядильное ремесла в Швеции в XIV и XV вв. развивались преимущественно вне городов – в деревнях и местечках916.

В городских документах упоминаются лишь немногочисленные льноткачи и сукноткачи, но зато там множество ворсовщиков или стригалей (offuerskärare), отделывавших главным образом деревенское грубое сукно – вадмаль917, ткачихи головных покрывал, и плетельщики половиков; последние стали особенно многочисленными (либо выделились), видимо, с середины XV в., так как в 1460 г. стокгольмский муниципалитет принял о них ограничительное решение918. Зато портные составляли самую многочисленную группу городских ремесленников. Они шили весь ассортимент принятой тогда одежды, применяя как импортные ткани, так и домашнее сукно, лен, кожу; они же занимались переделкой и глажением одежды919. В первой половине XV в. (вероятно, раньше) в городах появились шляпники920.

Важнейшим отрядом городских ремесленников были строители: плотники, которые упоминались выше, и каменщики921. Деревянное строительство в городах преобладало в течение всего средневековья, а в XV в. города стали и центрами кораблестроения, в связи с чем в городских документах появились упоминания о корабельных мастерах922. Ремесло каменщиков стало расширяться в. городах Швеции с XII в., с применением кирпича, и особенно с XIV-XV вв., когда каменные (кирпичные) дома стали строить зажиточные горожане. Появились кирпичники923, штукатуры924, резчики камня925, а также мостильщики улиц926 и, конечно, художники и скульпторы – декораторы зданий (особенно церковных)927, витражники (которые делали и оконные стекла и витражи) и художники – живописцы по стеклу928. Художественные ремесла в городах составили хоть и небольшую, но важную отрасль, представленную известными на Балтике именами, более всего немецкими929.

Особую группу составили в городах лица, занятые производством продуктов питания: мельники, хлебопеки (пекари, кондитеры, изготовители традиционного хрустящего хлебца)930, пивовары931, повара932, мясники и рыбаки.

Из прочих специалистов можно упомянуть канатчиков, которые продавали также мочало, лыко и были распространены во всех портовых городах933, бутылочников934, изготовителей насосов.

Номенклатура городских производственных специальностей, равно как и численность представителей каждой из них, известна далеко не в полном объеме, поскольку точных описей всего населения городов того времени нет, а население, отраженное в наших источниках, далеко не всегда профессионально определено: по Стокгольму удалось определить занятия примерно 700 чел. (1460-1480-е годы), по Кальмару – 152 чел. (1430-е годы), по Йёнчёпингу – 95 чел. (60-е годы XV в.). В свое время нами была составлена таблица численности городских специалистов Стокгольма, Кальмара и Йёнчёпинга в 30-80-е годы XV в.; ее данные, сильно заниженные935 и, видимо, не вполне адекватно выявляющие соотношение между отдельными профессиями, все же дают представление об общем состоянии городского производства, особенно разделении труда – важнейшем показателе прогресса техники на базе ручного производства. Из таблицы видно, что широта ремесленной специализации была неодинаковой в городах разного масштаба. Даже при том, что документы по столичному городу более подробны и полны, все же бросается в глаза, что номенклатура профессиональных обозначений Стокгольма уменьшается на четверть в Кальмаре и более чем наполовину в Йёнчёпинге, причем прежде всего за счет более узко специализированных ремесел, продажи услуг и подсобного обслуживания торговли.

Напротив, соотношение между видами наиболее употребительных городских профессий во всех трех городах в целом оказалось одинаковым. Самой многочисленной ремесленной специальностью в городах были портные: свыше 55 чел. – в Стокгольме, до 20 – в Кальмаре и Йёнчёпинге – до 10% от общего числа зафиксированных специалистов. Немногим менее было сапожников и плотников. Затем идут ювелиры, кузнецы (по 6-8%), далее пекари, скорняки, каменщики (по 3-5%), бондари, шорники-ременщики (по 2,5-3%)936. Относительно заметные группы составляли кольчужники, медники, мельники, пивовары, мечники, слесари, литейщики, в столице – также писцы и монетчики (соответственно 14 и 9 чел. по описям).

Шведский город XIV-XV вв. предстает, таким образом, как центр ремесленного производства, причем характер межотраслевого разделения труда и соотношение удельного веса отдельных отраслей идентичны тем, что сложились в средних городах тогдашней континентальной Европы.



875 So, s. 66, 72, 315; St. tb. 1, s. 22, 69, 159, о. a.; Atb, s. 5, 19 m. m.; Ktb, s. 11, 31; Jtb, s. 7, 17 o. f. a.; Sandklef A. Hantverkets uppkomst, s. 58, 59.
876 DD, N 862; St. tb. 2, s. 4, 60; Ktb, s. 127, 148; So, s. 316 f., Hellner В. Jarnsmidet, s. 22-29 o. fig. 41-48, 54-61, 62-67, 90-97.
877 St. tb. 1, s. 3, 6 o. a.; St. tb. 2, s. 21, 463; Ktb, s. 13, 76 o. a.; Jtb, s. 8; Atb, s. 2, 5, 13, 15; So, s. 317.
878 Употребление термина borsling (от armborst) в смысле werkmestare, см.: Jtb, s. 14. Название арбалета со стальной дугой (нем. – Schnapper) дало имя оружейникам Кальмара, где их называли snabber, snapper. Об арбалетчиках см.: So, s. 325: St. tb. 1. s. 50; Ktb. s. 10, 52, 133; Sveriges gamla jarn, s. 22.
879 Ktb, s. 38, 57, 76 о. а.
880 MSUB, s. 55; So, s. 325, 326.
881 St. tb. 1, s. 7, 16 o. a.; St. tb. 2, s. 390 (полировщики мечей из города Або); Atb, s. 2, о. a.; So, s. 317.
882 Ср. названия мечников в документах Кальмара: erubinator, gladiator, swerdthfaeyhiare, swerdzs[lipare] (Ktb, s. 68, 77 o. a.).
883 St. tb. 1, s. 30, 177, 208 o. a.; Ktb, 135; ср.: Gotland i Stockholms museer, s. 47; Schnittger В. Hjalmen fran Arnas, s. 2-19 o. a.
884 Sandklef A. Op. cit., s. 46.
885 St. tb. 1, s. 187, 196, 297; Clason S. Stockholms aterfinna stadsbocker, s. 40.
886 St. tb. 1, s. 253; St. tb. 2, s. 159-169; Ktb, s. 68; Jtb, s. 29.
887 St. tb. 1, s. 15, 27 o. a. St. tb. 2, s. 258 (медник из Линчёпинга); Ktb, s. 8, 21, 33 о. a.; Atb. s. 10, 19; Sandklef A. Op. cit., s. 16-21 (котлы и литейные формы из городов Старый Людос и Старый Варберг, XIV в.).
888 St. tb. 1, s. 133; St. sb. 1, s. 338; Ktb, s. 46.
889 Подробнее см.: Сванидзе А. А. Ремесло и ремесленники..., с. 114-117.
890 St. tb. 1, s. 59.
891 So, s. 145-146; Jtb, s. 25; Atb, s. 19; St. tb. 1, s. 3, 114 o. a.
892 Подробнее см.: Сванидзе А. А. Ремесло и ремесленники..., с. 116, сл.
893 Hellner В. Jarnsmidet, s. 20, 21. За холодное оружие (par armorum) и боевую лошадь, оцененные в 60 мк, в 1359 г. была заложена земля (DS, N 6056). О большой ценности котла (gryto katla) в монастырском хозяйстве см.: SFS, 1914, s. 290; О высокой цене колокола см.: St. tb. 2, s. 33.
894 Sandklef A. Op. cit., s. 59.
895 St. tb. 1, s. 5, 84, 198 o. a.; Ktb, s. 16, 46 o. a.; Jtb, s. 73; Atb, s. 3, 10, 21.
896 St. tb. 1, s. 184, 294; Ktb, s. 154; Jtb, s. 32; So, s. 320.
897 Skulptorer. En konstbok fran Nationalmuseum; Nordtysk skulptur och maleri i Sverige.
898 Ktb, s. 146, 161; Cedergren K. G. Op. cit., s. 51.
899 vagnmakare (Cedergren K. G. Op. cit., s. 55); hjulamakare (Ktb, s. 154; St. sb. 1, s. 23, 66, 177; St. tb. 4, s. 100); Stolmakare (Brun F. de. St. Nicolai port i gamla tider, s. 6-7).
900 patinemakare, skorebytta o. a.; Ktb, s. 9, 154; Jafvert E. Skomod, s. 14, 24; Hansson H. Arkeologi, s. 21.
901 St. tb. 1, s. 15, 34 o. a.; Ktb, s. 22, 154, 165; Atb, s. 6, 7, 21; MSUB, s. 19; MESt, KpB. XXI, XXVII-XXIX; So, s. 221-224, 319-320; Об "Улице бочаров" в Стокгольме см.: Brun F. de. Anteckningar rorande medeltida gulen, s. 41.
902 So, s. 224, § 22; St. tb. 2, s. 260.
903 St. tb. 2, s. 276; So, s. 16, 19, 310-311; Jafvert E. Skomod, s. 13-18; Hansson S. Ur skomakareurkets historia, s. 18 f.; Hansson H. Arkeologi, s. 21.
904 finskomakare, rudskomakaren, bodzmakare (St. tb. 2, s. 323; Ktb, s. 64, 150 o. a.).
905 So, 16-19, 20, 310, 311.
906 Skinnare. Иногда термин skinnare употреблялся для обозначения дубильщика (garvare), ременщика-шорника (buntmakare), скорняка (korsnar), реже – обдирателя падали (Ordbok over Svenska spraket, 1973, bd. 26, s. 4121, 4142).
907 garvare, barker, logarbarka, ra leger, raewer; karduansmakare; vitgarvare (Ktb, s. 62, 122, 141, 156; Sandklef A. Op. cit., s. 38, 54); samskmakare (St. tb. 1, s. 107, 146, 245; Ktb, s. 153; Cedergren K. G. Op. cit., s. 52).
908 St. tb. 1, s. 38, 108 o. a.; Ktb, s. 7, 39, 144, 153; Atb, s. 1, 8, 20.
909 barkastotare (St. tb. 1, s. 42).
910 Так выглядит korsnarer в расценках на ремесленные изделия (So, s. 313 f.).
911 So, s. 1, 313, 317-318; St. tb. 1, s. 295; St. sb. 1, s. 40, 66 o. a.; Ktb, s. 9, 166; Jtb, s. 7, 11, 12; Atb, s. 1, 5, 20.
912 См.; So, s. 318-319.
913 handzskamakare (Ktb, s. 122; Cedergren К. G. Op. cit., s. 22 o. fig. 46).
914 St. tb. 1, s. 47, 310, 315; Ktb, s. 23, 47, 152; Jtb, s. 36, Atb, s. 10.
915 Некоторые историки считают baltare седельником (So, s. 1; Cedergren K. G. Op. cit., s. 21, 37; Sandklef A. Op. cit., S. 46).
916 См. специально: Walterstorff E. v. Svenska vavnadstekniker och monstertvper... Stockholm, 1940.
917 So, s. 103; St. tb. 1, s. 5, 42, 114, 219; St. tb. 2, s. 215; Ktb, s. 46, 139, 163; Jtb, s. 13; Atb, s. 3, 9; MSUB, s. 11.
918 dokvaverska; matlbindare (St. sb. 1, s. 468; St. tb. 1, s. 190, 325, 437; Ktb, s. 145, 146).
919 So, s. 94, 104, 311-313; St. tb. 1, s. 2, 87 o. a.; Atb, s. 3, 6, 8; Ktb, s. 13, 62 o. a.; Jtb, s. 7, 26, 65; MSUB, s. 2.
920 Ktb., s. 147, 155.
921 St. tb, s. 12, 65, 148, 249; Ktb, s. 139, 148; Atb, s. 4, 5; Jtb, s. 7, 27, 66.
922 St. tb. 1, s. 181, 219, 254, 361; St. sb. 1, s. 338, 339. О развитии шведского кораблестроения, см.: Zetterstrum A. Op. cit.; Сванидзе А. А. Ремесло и ремесленники..., с. 137-139.
923 St. sb. 1, s. 115, 333; Ktb., s. 161-166.
924 Kalkrorare (So, s. 322; St. sb. 1, s. 333, 334, 337; St. tb. 1, s. 241).
925 So, s. 89; Wrangel E. Lunds Domkyrkas konsthistoria, s. 4, 141 f.
926 gatulaegiare? – Langenfelt G. Namproblem i de svenska staderna, s. 12, 15.
927 malare (malare); skulptorere. См. о mix: SL tb. 1, s. 75, 199, 219, 326 о. a; Jtb, s. 28, 71, 74; Ktb, s. 8, 111 o. a.; Geifer A. Albertus Pictor; Sjoden С. С. Stockholms borgerskap, S. 68.
928 Ktb, s. 17, 44, 159; St. tb. 1, s. 03, 93; St. sb. 1, s. 34, 117, 236, 371; Broderne..., s. 239; St. sb. 2, s. 23, 26; So, s. 320.
929 См.: Skulptorer. En konslbok fran Nationalmuseum.
930 bagare (pistor, bekeman); kakubagare (kakubakare); spisman. – So, s. 211-214, 315; St. tb. 1, s. 21, 39, 84 o. a.; St. tb. 2, s. 71, 83, 188; Atb., s. 2, 5, 20; Ktb., s. 7, 44, 66, 122, 145; MSUB, s. 13, 48; PRF, N 38, 321.
931 So, s. 323; St. tb. 1, s. 37, 159, 350 o. a.
932 St. tb. 1, s. 87, 130, 152, 203; St. sb. 1, s. 441; Ktb., s. 34, 82, 109, 152.
933 St. tb. 1, s. 81; Nilson A. Studier, s. 73, 86, 143.
934 St. tb. 2, s. 328.
935 Сванидзе А. А. Ремесло и ремесленники..., табл. 3, с. 102-105. В таблицу не вошли некоторые специальности, но тем или иным причинам скупо отраженные в источнике: те же "полировщики мечей" (из Або), различные корабелы, работники монетных мастерских и т. д.
936 В памятных книгах Йёнчёпинга оказалось 11 ременщиков (из 95 означенных специалистов), в книгах Кальмара и Йёнчёпинга – по 5 арбалетчиков.
Просмотров: 2412