Роман Светлов

Великие сражения Востока

ВООРУЖЕНИЕ И ОСОБЕННОСТИ ТАКТИКИ

 

   Основой организации монгольского войска была десятичная система; минимальной боевой единицей являлся десяток воинов, из состава которых выбирался десятник; десять десятков составляли сотню, командира которой назначал тысячник; десять сотен составляли тысячу. Более крупную войсковую единицу – тумен (10 тысяч) – ввел Чингисхан, который лично утверждал темников. Несколько туменов составляли корпус или отдельную армию. Такая система организации войск позволяла «управлять массами все равно, что немногими» (Сунь-цзы).
 
   Китайский рисунок с изображением монгольского конного лучника
 
   Особой частью монгольского войска являлся гвардия – кешиг, состоявшая из наиболее достойных и выдающихся воинов. В отличие от армий своих предшественников – степных империй, подобных государствам хунну или тюрок, Чингисхан включал в гвардию людей из различных племен. Главными критериями, по которым отбирались гвардейцы, были воинская доблесть и личная преданность государю.
   В монгольских войсках имелись и части специального назначения. Китайские источники отмечают, что «воинственные вожаки и крепкие нукеры собираются в специальные пятерки, находящиеся в ближайшем окружении командующего, они называются войсками батуров (богатырей)». Эти отряды использовались, например, во время штурма крепостей. Они гнали вперед толпу простолюдинов, обычно из местных жителей, которую монголы называли «хашар», чтобы они служили живым щитом штурмовым отрядам. И уже в ходе войны с Цзинь были созданы отдельные части технических родов войск – «артиллерийские», инженерные и военно-морские.
   Основу монгольской армии составляла мобильная конница, вооруженная луками. Даже в эпоху Высокого Средневековья в степях были наиболее распространены луки двух старинных типов: «скифский» и «гуннский». Классический скифский лук имел специфичную форму и ряд постоянных признаков: достаточно гибкую центральную часть (рукоять), резко отогнутые назад и почти прямые плечи, приблизительно вдвое превышающие длиной рукоять, а изгиб, переходящий от рукояти к плечу, не столько округл, сколько угловат. Такой лук являлся сложносоставным, усиленным пучками сухожилий, с костяными и бронзовыми, часто художественно оформленными накладками. Наибольший размер подобного оружия составлял 1 м. От «скифского» лука несколько отличался «гуннский» (иногда называемый «парфянским»), имевший выгнутые с обеих сторон, широкие и глубокие внутрь плечи, разделенные посередине прямым бруском круглого сечения.
   Наконечники стрел предпочитались крупные, на круглых или граненых черешках с трапециевидными лопастями, дававшие огромные рваные раны. Иногда такие наконечники дополнялись отверстиями-свистунками, благодаря чему монгольские стрелы издавали в полете характерный звук.
   Весь комплекс предметов (лук, стрелы и футляры для них) назывался саадаком. Иногда саадак включал в себя колчан, изогнутый сообразно луку и имеющий две трети его высоты, в который также помещались и стрелы (в отдельном отсеке). Однако чаще всего лук помещался в отдельный кожаный чехол, а колчан для стрел представлял собой сплющенный цилиндрический футляр с плоским дном, заметно расширяющийся книзу. Более короткая передняя стенка, прикрытая сверху куском кожи, открывала наконечники стрел, лежащих оперением вниз. Такой колчан всегда вешался горизонтально на правом боку.
 
   Монгольский лук – со снятой тетивой, с надетой тетивой и в натянутом виде
 
   В качестве оружия средней дистанции боя широко применялись копья и дротики. Наконечники копий были ромбической, листовидной и даже пламевидной формы. Часто на копьях укреплялись вымпелы и знамена, из которых главным военно-ритуальным символом считалась волчья голова, часто выполнявшаяся из драгоценных металлов. В конструкцию знамени с волчьей головой входило и «туловище» из ткани в виде открытого и отороченного фестонами длинного и узкого мешка, иногда расписанного чешуйками. В результате знамя представляло собой волкоголового дракона, который, развеваясь, издавал воющий звук.
   В качестве оружия ближнего боя большую роль играли топорики, имевшие рукоять от 60 до 80 см длиной, которыми, судя по всему, бились даже с коня. Такие топорики с узким трапециевидным клинком и того же профиля обушком были в XII веке распространены от восточноевропейских степей до приамурских сопок.
   Использовались в этом регионе также и мечи – оружие рубяще-колющего действия, с прямым обоюдоострым клинком длиной 60 и более см. Характерной особенностью тюркских мечей являются очень длинные рукояти. Однако начиная с VII–VIII веков все больше начинает входить в употребление сабля однолезвийное оружие, предназначенное для нанесения рубящего и в значительно меньшей степени колющего удара. Такие сабли делались из очень твердой, практически не подвергающейся коррозии булатной и дамасской стали. Скоро сабли стали излюбленным оружием ближнего боя.
   В отличие от монгольской китайская армия была организована более сложно. Высшее командование принадлежало императору. Костяк армии составляли «дворцовые войска» – расквартированная в столице и вокруг нее гвардия. В каждом округе стояли местные гарнизоны. Помимо них, на местах формировались «сельские войска», которые выполняли роль внутренних войск. Гвардейские части поочередно несли службу по охране границ, а также могли посылаться для поддержания спокойствия в провинции. Наем солдат полностью вытеснил прежнюю систему воинской повинности; мобилизация производилась лишь в случае серьезной войны.
 
   Кольцо для стрельбы из лука и его использование
 
   Сохранились документы по составу армии Цзинь на 1161 год: регулярные части – 25 000 человек; резервная или «народная» армия – 40 тысяч человек; резервные киданьские, китайские и бохайские части – 700 тысяч человек; мобилизационный резерв – 300–400 тысяч человек. Известно также, что в конце XII века численность регулярных частей возросла – в них имелось около 173 тысяч человек. Кроме этого, на границах цзиньцы держали в военных поселениях как отслуживших уже солдат, так и пограничные отряды, сформированные из нечжурчжэньских народов. В их составе насчитывалось до 15 племен (кидани, татары, монголы и пр.) По своим боевым качествам и количеству воинов цзиньская армия была сильнейшей в регионе, что видно из успешного захвата чжурчжэнями почти половины территории сунского Китая, которому удалось стабилизировать границу только по мощной водной преграде – Янцзы.
   Цзиньская армия подразделялась на пехотные и конные подразделения. Пехотные включали части, набранные главным образом из китайцев, бохайцев и корейцев, а конница была в основном чжурчжэньской и составляла костяк регулярной армии. Основным подразделением в кавалерии Цзинь являлась сотня, состоявшая из 50 кавалеристов, у каждого из которых имелся собственный оруженосец. Для предотвращения усиления влияния военачальников войска не имели постоянных командиров. Центральное правительство видело в постоянной ротации высших офицеров залог безопасности династии. В результате такой государственной организации в Китае в это время, при наличии весьма значительного слоя профессиональных солдат, практически не было выдающихся полководцев.
   Массовое вооружение китайских войск – копья и луки и т. д. – не особенно отличалось от монгольского. Китайский лук представлял собой нечто среднее между «скифским» и «гуннским». Основным способом натягивания тетивы был «монгольский» – при помощи большого пальца, на который обычно надевалось специальное костяное кольцо или наперсток. Без таких колец было практически невозможно пользоваться столь мощным оружием, как среднеазиатский лук, сила натяжения которого колебалась от 40 до 80 кг. При «монгольском» способе указательный палец левой руки, держащей лук, вытянут и поддерживает головку стрелы, стрела помещается с правой стороны древка. Дальность стрельбы при этом достигала полукилометра.
   Оружие цзиньцев состояло из лука со стрелами, копья и меча, латники носили доспехи из металлических пластин. Основу защитного вооружения представлял развившийся в этих краях еще задолго до нашей эры «сакский доспех». Корпус прикрывала приталенная куртка с расширяющейся нижней, набедренной частью и очень высоким стоячим воротником. Рукава ее доходили до локтя или до кисти и были набраны из горизонтальных, набегающих друг на друга полос или замкнутых «браслетов». Панцирь бронировался металлическими или твердыми и толстыми кожаными пластинами, часто покрытыми лаком. Начиная с XIII века металлические пластины стали нашивать с изнанки мягкой основы панциря. Монгольские войска способствовали распространению этого типа доспеха вплоть до Западной Европы. Воротник мог быть сделан из цельного куска или состоял из отдельных полосок металла или кожи, соединенных между собой либо нашитых на плотную кожаную или войлочную основу.
 
   Китайский рисунок, изображающий применение пороховых бомб (точнее, гранат) при обороне города
 
   Таким образом, китайские доспехи представляли собой своеобразные, часто запашные кафтаны, дополненные сделанными из тех же материалов очень широкими поножами-набедренниками, разрезы которых соединялись завязками вдоль задней стороны ноги. Нижний край окаймлялся более или менее широкой полосой дорогой ткани, иногда ценным мехом тигра или барса. Такой кафтан весил около 16 кг, почти не уступал в гибкости кольчуге и значительно превосходил ее прочностью. Особо известно было высокое качество уйгурских панцирей из булатной стали.
   Частым дополнением к панцирю служили ожерелья, представлявшие собой широкое кольцо из толстой кожи, а также наручи-налокотники и поножи-наголенники. Использовались также кольчужные чулки.
   Для защиты головы имелись мягкие и полумягкие шлемы. Мягкие шлемы целиком набирались из пластин. Они имели яйцевидную, чуть заостренную форму, и дуговидные надбровные вырезы. Такие шлемы любили украшать у висков пластинами в виде крыльев или языков пламени.
   Многократное увеличение производства металлов в Китае расширило их употребление для изготовления оружия. Металлообработка стала более специализированной. Мастера-металлурги знали разные виды работ по металлу: плавку, литье, сварку, ковку, штамповку, паяние, волочение и др., располагая для этого богатым набором инструментов. Со второй половины XI века при плавке вместо древесного угля стал все шире применяться каменный. На вооружении появились мощные метательные орудия, сосуды с горючей смесью для метания, передвижные башни с таранами, катапультами и самострелами, зажигательные стрелы и первые пушки.
 
   Китайская зажигательная бомба, начиненная нефтью и снабженная разрывным зарядом. Рисунок эпохи Юань (XIII век)
 
   В 1069 году китайскому императору было представлено любопытное оружие – «сверхъестественный лук на ложе». Из достаточно подробного описания можно сделать вывод, что это был мощный арбалет, имевший ложу длиной около метра. В дворцовом парке были произведены испытания арбалета, и его стрела, пролетев около 370 м, вошла в ствол вяза на глубину почти 50 см. В источнике указано, что дуга арбалета обладала силой натяжения 132 кг.
   Этот арбалет настолько поразил императора, что он сразу распорядился изготовить большую партию нового оружия. Тогдашнее оружейное производство Китая располагало крупными мастерскими, что позволило наладить серийное производство арбалетов. В 1083 году было сделано 1000 штук, в следующем году – 3000 штук, в 1098 году еще столько же, а через год – дополнительно 1075 штук. Новое оружие оказалось весьма действенным в полевом бою и при обороне небольших укреплений. Предположительно эти арбалеты изготавливались разной величины, поскольку имеются сведения, что при стрельбе из одних применялась подпорка в виде вертикального шеста, а другие устанавливались в сторожевых башнях на небольших станках.
   Эти арбалеты существовали на протяжении длительного времени, поскольку известен императорский указ 1188 года о необходимости изготовить для каждого пограничного города по 20 арбалетов. Более того, китайские источники различают два вида такого оружия: с поворотными механизмами для круговой стрельбы и без них. Аркбаллисты с поворотным устройством обладали мощностью дуги около 700 кг и, естественно, натягивались воротом. Дальность стрельбы подобного арбалета по некоторым данным достигала тысячи метров. По отдельным сведениям, существовали аркбаллисты и с большей дистанцией стрельбы – но это, видимо, рекордные случаи; обычное же расстояние, на котором они действовали, составляло 250–400 метров.
   Оригинальной китайской конструкцией были многолучные или, вернее, многодужные аркбаллисты, которые появились в VI–VII веках н.э. и достигли пика развития в X–XIII веках. Многолучные арбалеты существовали двух видов: двулучные и трехлучные. Первые могли соединяться в единую установку, которая имела уже четыре дуги. У обычных двулучных арбалетов в одной ложе были укреплены две дуги, соединенные концами друг с другом и имевшие одну общую тетиву; получалась дуга рессорного типа повышенной мощности. Подобное устройство помещалось на специальной раме с ручным воротом для натягивания тетивы. Двойной двулучный арбалет не обладал повышенной мощностью, зато отличался тем, что мог произвести одновременный выстрел двумя болтами.
 
   Стрельба из многозарядного осадного арбалета, установленного на стационарной раме
 
   Для обслуживания подобных машин привлекалось несколько человек, как правило, 5–7, а иногда и более десятка. Несколько солдат вращали ворот, натягивавший тетиву. Другие поднимали и опускали арбалетный станок, осуществляя прицеливание, отдельный человек производил спуск тетивы. Его задача состояла в том, чтобы деревянной колотушкой ударить по зубу спускового механизма и тем самым освободить тетиву от зацепления.
   Более мощными были трехлучные аркбаллисты, стрелявшие на 450 м. Конструкция их была схожа с двулучными, но связаны между собой были три дуги.
   Помимо неподвижных установок, существовали арбалеты на колесном ходу, иногда имевшие только одно колесо. В полевых сражениях применялись колесницы со станковыми арбалетами.
   Кроме этого, армия Цзинь обладала серьезными по тем временам военными орудиями: камнеметами и катапультами, некоторые из которых приводилось в действие с помощью 200 (!) человек.
   С ростом образованности происходило и дальнейшее развитие научных знаний. Опыты алхимиков привели к изобретению оружейного пороха в конце Х века, хотя точное время появления порохового оружия неизвестно – китайцы использовали его еще до нашей эры. Возможно, первым в мире настоящим пороховым оружием был китайский бамбуковый мушкет, появившийся в 1132 году. Известно, что в войнах с монголами китайцы использовали первые боевые ракеты. Цзиньцы использовали порох как для устройства фугасов, воспламенявшихся посредством особого шнура, так и для зарядки чугунных гранат, бросавшихся в неприятеля с помощью специальных катапульт.
   В области теоретической мысли к концу XI века ученые сунской эпохи собрали, исправили и отредактировали шесть важнейших трактатов и дополнили их одним новым, создав свод под названием «Семь военных канонов». Так окончательно сложилась книга У-цзин, ставшая основой китайской военной науки.
 
   Страница из китайского манускрипта начала XIII века с описанием бомбы «пчелиный рой» – по сути, ручной гранаты с мягкой оболочкой
 
   Однако, как уже отмечалось выше, прекрасное знание китайскими генералами военного канона не помогло им одержать победы над степной армией Чингисхана – даже несмотря на подавляющее превосходство в военной силе и технике.
   К моменту вторжения армия Чингисхана, по сравнению с китайской, была невелика – всего около 150 тысяч человек. Но монгольские воины обучались военному искусству с детства, были необычайно дисциплинированы, стойки и выносливы. И пусть монгольским полководцам приходилось действовать вдали от баз снабжения, в неприятельской стране, против превосходящих сил, которые к тому же могли быстро восполнять потери – огромным их плюсом стала отличная, достигнутая благодаря прекрасно развитой армейской разведке осведомленность как о неприятельской армии, так и о стране. Причем активная деятельность монгольских конных разведчиков, подчиненных напрямую главному командованию, не прерывалась и во время боевых действий.
Просмотров: 5640