Р.Ю. Почекаев

Батый. Хан, который не был ханом

§ 7. Был ли Батый в Китае?

 

Издревле погибали царства, и государи, терявшие оные, по большей части, были захватываемы и заключены в оковы неприятелем или выдаваемы пленниками от подданных, другие принимали позор перед престолом или были скрываемы в пустынях.

Цзинь ши

После первого упоминания Бату среди участников великого курултая 1228—1229 гг. его имя вновь упоминается в источниках также в связи с курултаем, состоявшимся уже в год дерева-овцы (1235) [см., напр.: Кляшторный, Султанов 1992, с. 187]. Чем занимался наследник Джучи в течение этих пяти-шести лет?

Некоторые исследователи полагают, что он вернулся в свой улус и начал подготовку к походу на Запад, организуя «подготовительные» набеги на Волжскую Булгарию и кипчаков [Chambers 2001, р. 48; Хрусталев 2004, с. 65}. Ни один источник не подтверждает этих предположений: в связи с набегами на булгар упоминаются лишь военачальники Субэдэй-багатур, отозванный на войну в Китае в начале 1230-х гг., и Кугудэй [Рашид ад-Дин 1960, с. 21; ср.: Черепнин 1977, с. 190][9].

Единственное сообщение о Бату, относящееся к этому периоду, мы находим только в тюркском источнике середины XVII в. — «Родословном древе тюрков» Абу-л-Гази: «Некоторые из государей, имевших свои владения в Китайском государстве, возмутились. Каан [так восточные хронисты традиционно именуют Угедэя. — Р. П.] должен был предпринять поход в ту страну. Он дал повеление, чтобы и Бату-хан был вместе с ним в этом походе. Бату-хан с пятью младшими братьями участвовал в этом походе. Каан, поразив и разорив все те царства, возвратился в Кара-корум» |Абуль-Гази 1996, с. 98].

Как известно, Угедэй не сразу после своего воцарения возглавил монгольскую армию, воюющую в Северном Китае. Согласно «Юань ши», он отправился в Китай в «осенние лунзы» «года гэн-инь» (т. е. осенью 1230 г.), а по сведениям Рашид ад-Дина — и того позднее, в «[месяц] раби 1617г. х.», т. е. в мае 1232 г. [Юань ши 2004, с. 479; Рашид ад-Дин 1960, с. 21]. Если отнестись с доверием к сведениям Абу-л-Гази, то получается, что Бату находился при Угедэе в Каракоруме, а затем сопровождал его в походе против Цзинь, пока великий хан, получив известие о гибели чжурчженьского императора Мо-ди в 1234 г., не счел войну завершенной и не возвратился домой. Этой позиции придерживаются, в частности, Г. Е. Грумм-Гржимайло и И. О. Князький, хотя прямо и не ссылаются на сведения Абу-л-Гази [Грумм-Гржимайло 1994, с. 101; Князький 1996, с. 72].

Е. И. Кычанов, напротив, высказывает сомнение по подводу участия Бату в китайской кампании. Основным его аргументом является то, что в китайских источниках (в первую очередь в «Юань ши») нет жизнеописания Бату — в отличие от многих деятелей (причем не только Чингизидов), участвовавших в китайской кампании и удостоившихся отдельных жизнеописаний [Кычанов 1999, с. 169]. На мой взгляд, отсутствие жизнеописания Бату в китайских хрониках позволяет однозначно сделать лишь один вывод: Бату во время китайской кампании никак себя не проявил. То есть он не командовал войсками — в отличие, например, от его двоюродных братьев Гуюка и Мунке — и не совершал подвигов надполе брани. Вероятно, он сопровождал дядю-хагана, находясь в его свите и не принимая активного участия в боевых действиях. Кроме того, в «Юань-ши» нет биографии ни одного правителя Улуса Джучи, так что Бату в этом отношении не является исключением. Наконец, нам неизвестен ни один источник, который бы прямо или косвенно опровергал сведения Абу-л-Гази — например, сообщающий, что Бату в эти годы воевал в Поволжье.

Имеется косвенное свидетельство возможности пребывания Бату в Китае — средневековый китайский рисунок, на котором, как принято считать, изображен наследник Джучи. Время его создания точно не установлено, но выполнен он в китайском стиле, а сам Бату изображен на нем совсем молодым человеком. Можно предполагать (пока не будет установлено обратное), что портрет этот был создан во время его пребывания в Китае.

Таким образом, информация одного письменного источника (притом более позднего) и одно косвенное подтверждение в виде китайского рисунка позволяют предположить, что Бату в 1230-1234 гг. участвовал в китайском походе, находясь при своем дяде Угедэе, а затем вместе с ним же вернулся в Монголию и принял участие в новом курултае, на котором среди прочих вопросов решалась и дальнейшая судьба его собственных владений.

Просмотров: 1334