Малькольм Колледж

Парфяне. Последователи пророка Заратустры

Глава 2. Приход парнов

 

Тройное поражение, которое Александр Македонский нанес Дарию III (336—330 гг. до н. э.), последнему правителю Ахеменидского государства, и установление эллинистического правления после ухода завоевателя, стало поворотным пунктом в истории Западной Азии. В пожаре Персеполя погиб старый мир. После того как в Азии появились и обосновались македонские и греческие солдаты, жизнь в Месопотамии и Персии не могла не претерпеть серьезных изменений. Сам Александр выдвинул идею сплава греческих и восточных элементов в своей новорожденной империи и предпринял практические шаги к ее воплощению. В его правительстве иранцы получали самые высокие посты наряду с греками. Солдаты-ветераны селились в новых колониях, поощрялись межнациональные браки. После внезапной смерти Александра в 323 г. до н. э. его полководцы начали борьбу за наследство. В схватках между диадохами (наследниками) в центре событий находился выдающийся военачальник Александр Селевк. Его первоначальные неудачи закончились, когда он вошел в Вавилон осенью 312 г. до н. э. С этой даты ведется отсчет эры Селевкидов. В течение следующих десяти лет Селевк отразил нападения своих соперников и создал Восточную империю, которая простиралась от Месопотамии до Афганистана. Ее новой столицей стала Селевкия на Тигре. Сражение при Ипсе, состоявшееся в 301 г. до н. э., подтвердило власть Селевка в своей империи, к которой он прибавил не только Сирию и еще одну столицу – Антиохию на Оронте, но и позднее Малую Азию (рис. 1).

Правление, которое установили он и его сын, первый Антиох, во многом походило на ахеменидское. Огромные сатрапии сохранились и были разделены (предположительно) на семьдесят две епархии, которые, в свою очередь, делились на гипархии. Система сбора налогов работала, по существу, так же, как прежде, причем в разных областях использовались разные методы. Единицы мер и весов не изменялись, но Селевкиды наряду со старой системой ввели аттическую. Местные религии не только не ущемлялись, но иногда даже поощрялись. Сами правители-Селевкиды заняли положение ахеменидских монархов как абсолютные правители, так что их власть в опасной степени зависела от их личных качеств. Для многих своих подданных они были объектом поклонения. Царю принадлежала вся земля (очевидно, включая храмовые земли), за исключением той, что принадлежала свободным городам. Правление осуществлялось в основном через придворных, чиновников и поддерживалось армией, распространяясь на множество городов, племен и вассальных государств, причем правители последних обычно имели собственные дворы, построенные по образу центрального. Но если теоретически Селевкидам принадлежала почти вся земля их империи, это не означало, что они эффективно контролировали всю свою собственность. Больше всего их интересовали Сирия и Месопотамия, где были основаны столицы, а также Великий шелковый путь, проходивший через империю от Месопотамии до Бактрии, по которому шла вся связь и торговля. Области за пределами этих районов контролировались хуже – или не контролировались вообще. Власть Селевкидов держалась в основном на поселениях ветеранов-солдат и других греков, чьи колонии размещались в стратегически важных точках. Создание этих поселений способствовало тому, что греки хранили верность династии Селевкидов. Эта верность в более поздние трудные времена стала важным фактором. Колонии имели разный размер и статус, но их функции были одинаковыми: они хранили и защищали империю Селевкидов. Будучи центрами греческой культуры, эти города со временем оказали сильное эллинизирующее воздействие на окрестные области. Греческий язык, законы и греческое искусство в большей или меньшей степени принимались или усваивались местными культурами Ирана и Месопотамии. Таким образом, намеченное Александром слияние стало реальностью при Селевкидах, хотя те особой поддержки ему не оказывали. Сам Селевк был женат на согдийке, так что в жилах его преемников текла иранская кровь. Начавшееся в то время слияние эллинской и восточной культур сохранялось и долгое время после падения династии Селевкидов.

Основание столиц – Селевкии, а затем Антиохии на дальнем западе империи Селевкидов – подчеркивает перекос, царивший в стране и интересах ее правителей. Более того, древние историки, писавшие о Селевкидах, в основном интересовались их войнами с правителями Египта и других эллинистических государств. Имея такие интересы на западе, Селевкиды неизбежно пренебрегали востоком. Страбон отмечает этот недостаток, говоря о Гиркании: Селевкиды управляли ею короткое время и, будучи заняты войнами, не могли следить за другими территориями. Однако такая концентрация внимания на западе имела и свои преимущества. Потери целых областей в восточных регионах могли переживаться без крушения центральной власти. Однако Селевкиды не могли предугадать, что оборона далекой сатрапии Парфии в конечном счете будет немало способствовать их падению.

В середине III в. до н. э. ситуация в восточных сатрапиях Селевкидов стала напряженной. Северо-восточным границам постоянно угрожало вторжение кочевников из Центральной Азии. Тем не менее, сатрапы были вынуждены тратить ценные ресурсы, помогая центральному правительству вести войну в Египте. Действовали и другие факторы. Распри между греками и македонцами и личные амбиции побуждали сатрапов стремиться к независимости. Ситуацию там обострило присутствие полукочевого иранского племени парнов. Когда в племени появился выдающийся вождь Аршак, сцена была полностью готова к первому акту. Происшедшие события по-разному освещались в различных древних источниках. Два самых ранних отчета – Страбона и Трога (в пересказе Юстиниана) – не только достоверны, но и подтверждают друг друга. Поэтому можно восстанавить события на основе того, что говорится в них. Начало яростной гражданской войны на западе в 245 г. до н. э., которая повлекла за собой военные действия в Египте, дала возможность восстать сатрапу Парфии, которого, скорее всего, звали Андрагор. За его изменой последовало восстание Диодота, правителя Бактрии (возможно, в 239 г. до н. э.). Тем временем Аршак и парны следили за ходом событий. Поражение, которое правящий монарх Селевк II потерпел около 238 г. до н. э. от кельтов при Анкире, позволило Аршаку изгнать Андрагора и занять Парфию. Целая сатрапия Селевкидов оказалась в руках иранцев.

Племя парнов, которое теперь начало играть важную роль в делах Селевкидов, согласно Страбону и Трогу было одним из трех небольших племен, составивших союз даков, живших на восточной стороне Каспия. Возможно, что парны переселились в области Парфии и Бактрии после смерти Александра Македонского, когда на юге бывшей территории СССР начались стычки племен. Обосновавшись там, они вели полукочевой образ жизни, а их язык смешался с местным. Основатель династии Аршакидов упоминается на черепке, найденном в Нисе (в Туркмении) – древнем парфянском городе. Значит, Аршак был историческим лицом, хотя легенды приукрасили его возвышение в качестве царя парнов. Более того, позднее его имя было превращено в титул, использовавшийся последующими царями, как имена Цезарь и Август у римлян. Однако это делалось при исключении их личных имен, так что идентификация отдельных монархов сильно затруднена, особенно по монетам. Позже парфяне использовали эры для отсчета лет в подражание Селевкидам, но начинался отсчет с 247 г. до н. э. – с воцарения Аршака.



Рис. 2. Фасад мавзолея в Нисе. Раннепарфянский период.


Первые годы Парфянского царства были заняты сражениями и присоединением части Гиркании. В это время Аршак погиб и, согласно поздней классической традиции, царем стал его брат, второй Аршак. Такой тип наследования наблюдался и в других иранских общинах. Этот брат якобы носил имя Тиридат, хотя некоторые историки ставят под сомнение эту атрибуцию. Столицей стала Дара на горе Апаортенон, которая сейчас обнаружена вблизи Абиварда. Юстиниан живописно характеризует ее как неприступную и прекрасную, окруженную плодородными землями, ручьями и лесами, изобилующими дичью. В отношении этого раннего периода Исидор добавляет, что Аршак (возможно, основатель династии) был коронован в Асааке – в области парфянской сатрапии Астауэне, а царская усыпальница располагалась в Нисе (или Партенисе). На этом месте (в Туркестане) археологические раскопки обнаружили крупные строения, надписи и разграбленную сокровищницу, однако царской усыпальницы пока найти не удалось (рис. 2, 3). Положение второго Аршака было не очень надежным, но два счастливых обстоятельства позволили его царству устоять. Во-первых, Селевк II был слишком занят ведением войны на западе, чтобы обратить внимание на это восстание; во-вторых, был заключен союз с Диодотом, сыном и наследником восставшего сатрапа Бактрии. Аршак – Тиридат успел навести порядок в своем государстве и создать армию до прихода карательной экспедиции Селевка II. Она состоялась только около 228 г. до н. э. Тиридат был вынужден отступить на северо-восток, в далекие степи Центральной Азии, где жили племена апасаков – водяных саков. Но Селевка срочно вызвали в Антиохию – улаживать новые внутренние конфликты, так что территория осталась за парфянскими правителями. Однако ни один из первых парфянских монархов не чеканил собственных монет, а пользовался деньгами Селевкидов. Это может служить свидетельством того, что они находились в таких отношениях с Селевкидами, которые представляли собой форму вассалитета.



Рис. 3. Мраморная статуэтка из Нисы, видимо изображение богини. Масштаб примерно 1:2. II в. до н. э.


Далее пробел в истории Парфии вплоть до 217 г. до н. э., когда Тиридат занял Гирканию и Комитену, получив богатые земли у юго-восточных берегов Каспия. После этого он перенес свою столицу в селевкидский город Гекатомпил, местоположение которого до сих пор не обнаружено, но известно, что он находился на главном торговом пути через Иран. После его смерти около 211 г. до н. э. царем стал его сын; по-видимому, первый Артабан. К 209 г. до н. э. парфянам принадлежала территория, простиравшаяся до Экбатаны в Мидии, но в этот момент преемник Селевка Антиох III получил возможность отвоевать взбунтовавшиеся провинции. В ходе долгой кампании он снова взял Экбатану, обратил в бегство парфянских всадников, отправленных Артабаном разрушить драгоценные подземные каналы у соляной пустыни, и без труда занял Гекатомпил. Затем он с жестокими боями прошел через Тапуру в восточном Эльбурсе, отвоевал Гирканию и, наконец, заключил союз с Артабаном. Антиох завершил свои успехи, заставив признать свое главенство и Евтидема, правителя Бактрии. Затем, чтобы продемонстрировать восстановление правления на востоке, Антиох прошел дальше, следуя по пути Александра Македонского по Гиндукушу, через перевал Хибер в Пенджаб, и вернулся в Селевкию на Тигре через Сейстан и Карманию. Его экспедиция уменьшила размеры Парфии, однако государство сохранилось.

Парфии вскоре предстояло пережить новые территориальные потери в результате нападения царя Бактрии, но она оправилась после поражения и вскоре снова расширилась. Когда умер Артабан I (возможно, около 191 г. до н. э.), царем стал Приапат, который правил пятнадцать лет и оставил двух сыновей, Митридата и Фраата. Власть перешла к старшему сыну Фраату, который снова начал активные военные действия. Антиох III только что потерпел сокрушительное поражение от войска расширяющейся Римской республики при Магнесии и был слишком слаб, чтобы защищать свои владения. Фраат напал на племена, населявшие Эльбурс, вновь занял Гирканию и другие территории, отодвинув границы Парфии к западу от каспийских ворот и поселив часть покоренного населения в городе Харакс вблизи от Персидского залива. Однако целиком результат поражения Антиоха стал виден только через несколько лет. Сначала против правления Селевкидов восстали армянские царства, затем – Мидия Атропатена. Смерть Антиоха III и бездействие его преемника спровоцировали целый ряд восстаний. Селевкиды теряли провинции Ирана, которые одна за другой становились независимыми монархиями. В разгар дробления Ирана умер Фраат I, оставив Парфию не одному из своих многочисленных сыновей, а своему любимому младшему брату Митридату (фото 6, а, аа).

Поразительный военный дар Митридата, которого обычно считают подлинным основателем Парфянского царства, сочетался с осмотрительностью, поэтому он не проявлял этот дар до смерти Антиоха IV в 163 г. до н. э. (фото 1). На востоке грек Деметрий покорил Пенджаб и правил афганскими и индийскими территориями.

Бактрия оказалась в руках Евкратида. Эти два правителя сражались так яростно, что ресурсы Евкратида были полностью истощены; он не смог помешать Митридату захватить Тапурию и Траксиану вскоре после 160 г. до н. э. Проблемы Евкратида вскоре закончились: его убил собственный сын, который проехал по трупу отца на колеснице и запретил его хоронить. Спустя некоторое время эллинистические государства долины Кабула и Инда были объединены в крупную империю, где предстояло править знаменитому царю Менандру (около 155—130 гг. до н. э.?), которого индийцы называют Малинда. Он принял буддизм, и память о нем сохранилась в буддийских преданиях.

Митридат решительно продвигался на запад. Мидия, которой правил взбунтовавшийся царь Тимарх, была, видимо, полностью оккупирована к 148/47 г. до н. э., и ее правителем был назначен некто Вакас. Затем внимание завоевателя снова было направлено на восток – возможно, из-за нападений на его границы. Судя по упоминаниям классических авторов, которые склонны к вымыслам, он, возможно, вел военные действия в Арахосии и завоевал территории вплоть до границ Индии. Будучи занят этими завоеваниями, Митридат также отчеканил первые парфянские монеты, и этот шаг мог означать полный и окончательный разрыв с Селевкидами (фото 6, а, аа).

На западе Митридат уже приблизился к аллювиальным равнинам Месопотамии и Вавилонии, усеянным городами, некоторые из них существовали уже тысячи лет. Богатство эти города черпали из двух источников – сельского хозяйства и торговли. Восшествие на трон Селевкидов юного Деметрия II и последовавшая за этим борьба с узурпатором Трифоном предоставили Митридату необходимый шанс. К июлю 141 г. до н. э. в результате стремительной кампании он уже присоединил к своему царству большую часть Вавилонии и Месопотамии и вошел в Селевкию на Тигре. Потрясение, испытанное Деметрием и вавилонянами при внезапном появлении Митридата, отражено в глиняных табличках Вавилонии, относящихся к тому периоду. Однако пребывание Митридата в Вавилонии было недолгим. Ему пришлось спешить на восток, чтобы отразить вторжение бактрийцев. В то же время Деметрий мощно контратаковал его в Вавилонии, где ему помогали проживавшие там и в Западном Иране греки, хранившие верность его династии. Существует интересная теория относительно сговора между Деметрием и Гелиоклом Бактрийским, который позволил им совершить одновременное нападение. Однако Митридат разбил бактрийцев, после чего вернулся и нанес поражение Деметрию. С помощью хитрости он захватил царя Селевкидов живым и отправил в почетную ссылку в Гирканию, дав ему в жены свою дочь Родогуну. Затем он утвердил власть парфян в Центральном Иране и Двуречье. В Селевкии он отчеканил качественные и датированные монеты, использовав чеканы Деметрия. К 140/39 г. до н. э., как указывают монеты, он был также правителем Элимаиды и Персиды, которые оставались вассальными провинциями Парфии на протяжении нескольких веков (фото 6, b, bb).

К моменту своей мирной кончины около 138 г. до н. э. Митридат превратил Парфию из мелкого государства в уголке Ирана в крупную империю, простиравшуюся от Вавилонии до Восточной Бактрии. Он выпустил первые парфянские монеты по образцу греческих и на этих монетах по праву именовал себя «великим царем». Утверждают, что он пытался создать свод иранских законов. Переименование Нисы в Митридаткерт, видимо, тоже произошло во время его правления. Неудивительно, что Арриан воздает хвалу ему словами, сходными с теми, которые он посвятил Александру Великому. Однако расширение Парфянского царства в дальнейшем принесло новые конфликты. Когда преемником отца стал юный Фраат II, его мать стала регентом. Деметрий дважды пытался бежать из своего комфортабельного плена в Гиркании. Оба раза его ловили и возвращали обратно, в первый раз – с суровым выговором от Фраата, второй – с оскорбительным подарком в виде золотых игральных костей, как достойной награды за его ребячество. В 130 г. до н. э. на царство Фраата напали одновременно с запада и востока. Антиох VII расправился с претендентом на престол Трифоном, объединил Иудею и Сирию и решил вернуть себе другие территории. Размер его армии вошел в легенды, как и ее роскошное снаряжение: ее сопровождало множество поваров, пекарей и актеров. В трех сражениях Антиох победил парфянских военачальников и вернул себе Вавилонию, а затем и Мидию. К нему присоединились несколько подвластных Парфии территорий, и он попытался продиктовать Фраату неприемлемые условия мира. Однако приближалась зима, которая оказалась для него роковой. Он расквартировал свою армию в Экбатане и ее окрестностях. Солдаты вели себя отвратительно, и население обратилось против них. Весной был отпущен на свободу пленный Деметрий, что заставило сторонников Селевкидов разделиться; в то же время разъяренное население Мидии напало на армию Селевкидов. К этому моменту Фраат удачно приурочил собственную контратаку, в результате чего Антиох потерпел поражение и погиб. Его тело отправили в Сирию в серебряном гробу, его сына Селевка оставили в плену, а его племянницу Фраат взял в свой гарем. Правителем Вавилонии стал фаворит царя Гимер. Это стало последней серьезной попыткой монарха-Селевкида вернуть себе Иран.

Однако события на восточной границе угрожали Парфии еще больше. В начале II в. до н. э. нападение сюнну (гуннов?) на юэчжи, обитавших в северо-западной провинции Китая Ганьсу, привело в движение кочевые племена Центральной Азии. Примерно в 160 г. до н. э. юэчжи вытеснили племена саков на запад, в направлении Дася (Бактрии). Основные массы вторгающихся племен (преимущественно саки и массагеты) напали на северо-восток Парфии около 130 г. до н. э. Греческое царство Бактрия исчезло под напором кочевников около 120—100 гг. до н. э., а сохранившиеся мелкие греческие государства северо-запада Индии затопили новые волны саков к 50 г. до н. э. Парфия также пострадала. Во время сражений примерно в 128 г. до н. э. греческие наемники Фраата внезапно обратились против него, и во время нападения был убит и сам Фраат. Худшее было еще впереди. Когда на троне оказался дядя (или двоюродный дед?) Фраата Артабан II, кочевники, двигавшиеся на запад, захватили провинции Парсу и Гирканию, а другие повернули на юго-восток, чтобы основать царство Сакастан (Сейстан). Артабан также был убит во время сражений на востоке около 124 г. до н. э. В то же время арабский принц Гиспаосин расширил свое царство Мисену (или Харакену) в верхней части Персидского залива, включив в него большую часть Вавилонии и обратив плохое правление парфянского наместника Гимера себе на пользу.

Положение парфян было не слишком завидным, когда их царем стал Митридат II, сын Артабана. Это произошло примерно в 124/23 г. до н. э. Однако он быстро показал себя достойным обладателем именования «великий царь». Сначала он вновь завоевал Вавилонию и перечеканил бронзовые монеты Гиспаосина (датированы 121/20 г. до н. э.) в качестве сурового напоминания о своем успехе. Он также напал на царя Армении Артавазда и захватил в плен его сына Тиграна. Так в истории Парфии впервые появляется Армения. Парфяне завоевали Месопотамию и к 113 г. до н. э. вошли в Дура-Европос. Однако самый большой успех ждал Митридата на востоке. Он получил обратно провинции Парсу и Арейю и сделал Сейстан, по крайней мере номинально, вассальным государством. Китайские документы, основанные преимущественно на информации, полученной послом Чжан Ценем, который побывал в Бактрии около 129 г. до н. э., считают Митридата правителем степей к востоку от Каспия, включая оазис Мерв и племена массагетов. Митридат добился периода мира на востоке, который длился на протяжении последующих лет его царствования.



Рис. 4. Скальный рельеф, изображающий царя Митридата II перед четырьмя его вассалами. Бехистан, высечен между 123-м и ПО гг. до н. э. и сильно разрушен в XVIII в. Изображение в рост человека.


Есть указания на то, что во время его правления прошла широкая реорганизация администрации. Был составлен географический реестр, который позднее использовал Исидор из Харакса. Скальный рельеф, высеченный между 123-м и ПО гг. до н. э. в Бехистане в Западном Иране, изображает Митридата, перед которым стоят четыре другие фигуры. Греческая надпись говорит, что это Готарз, сатрап сатрапов, Митрат, Кофасат и еще кто-то из сатрапов (рис. 4). Рельеф запечатлел дарование власти или поместий этим аристократам. Его расположение под барельефом с триумфом Ахеменида Дария I не может быть случайным. Первое в парфянской истории появление ахеменидского титула «царь царей» на монетах Митридата и публичное заявление о том, что род Аршакидов происходит от Артаксеркса II (это утверждение сменило более раннее – о происхождении от селевкидского сатрапа Персиды), демонстрируют политически мотивированную попытку соединить династии Аршакидов и Ахеменидов (фото 6, с). Престиж Митридата поднялся еще выше после приезда посольства Китая, отправленного императором династии Хань У-ди. Когда послы отправились обратно, с ними поехали парфянские посланники, которые везли подарки в виде «страусовых яиц и ловких гирканских фокусников». Открылась дорога на восток, которая стала известна как Великий шелковый путь.



Рис. 5. Денарий с головой Суллы, отчеканенный Помпеем Руфом около 59 г. до н. э. Примерно 3:1.


Около 94 г. до н. э. Митридат снова вмешался в политику на западе. Умер царь Армении, и Митридат посадил на трон своего заложника Тиграна, получив в качестве платы семьдесят долин. Затем парфяне вторглись в Месопотамию, присоединив мелкие государства Адиабену, Гордиену и Осроену и сделав своей западной границей Евфрат. Однако с противоположной стороны приближалась новая сила. В 92 г. до н. э. римский полководец Сулла также вышел к Евфрату (рис. 5). Митридат отправил посла Оробаза просить о союзе с Римом для обороны и нападения. Сулла явно не представлял себе мощи и размеров Парфии, поскольку обошелся с Оробазом презрительно. Договор о согласии был заключен, но затем несчастного посла казнили за то, что он не сумел поддержать престиж Парфии. Посольства Митридата к Сулле и У-ди создали связь между Римом и Китаем.

Последние годы Митридата были омрачены восстанием. Таблички из Вавилона, датированные примерно 90 г. до н. э. и более поздними годами, внезапно начинают называть царем Готарза. Обычно в парфянских документах правящего монарха называют только по титулу – Аршаком. Сатрап сатрапов Митридата, возможно, захватил Вавилонию как самостоятельный правитель, и его личное имя приводится для того, чтобы отличить его от законного Аршака. Митридат не сумел вернуть себе эту территорию. В 88 г. до н. э. его внимание отвлекла новая вспышка родственных неурядиц в семействе Селевкидов, и он получил неудачливого Деметрия в заложники. Последние монеты Деметрия датированы 88/87 гг. до н. э.; видимо, в 87 г. до н. э. «царь царей» умер. Его смерть стала сигналом к началу новых неприятностей. Тигран Армянский немедленно атаковал Парфию, захватил Северную Месопотамию и присвоил себе титул «царя царей». Готарз I, который, вероятно, стал к этому времени правящим Аршаком (в Вавилонии его сменил Ород I), исчез, когда в дела Парфии вмешались племена саков. Они посадили на трон престарелого Синатрука (Санатрука). Тот отказался помогать Митридату IV Понтийскому в его борьбе против Рима, о чем его попросили в 73 г. до н. э., и умер около 70 г. до н. э. Его сын Фраат III получил царство в сильно урезанном виде. Власть парфян над массагетами и каспийскими степями была потеряна. Что еще хуже, были потеряны Сакастан и Арахосия, составившие независимое Индо-Скитианское царство. Однако самые значимые события правления Фраата произошли не на этой арене, а на западных границах его империи. Там шел окончательный распад государства Селевкидов, а появление Рима ставило новые вопросы международной политики.

Просмотров: 3112