М.А. Дандамаев

Политическая история Ахеменидской державы

Война с Мидией

 

Когда Кир II стал царем Персии, на Ближнем Востоке существовали четыре крупные державы: Мидия, Лидия, Вавилония и Египет. Теперь Мидия уже готовилась напасть на Вавилонию, и отношения между обоими государствами стали напряженными, о чем, в частности, свидетельствует враждебный мидийцам тон в вавилонских царских надписях того времени. Симптомы ухудшения отношений между этими странами нашли отражение и в речах иудейского пророка Иеремии, составленных еще за несколько десятилетий до восстания Кира против Астиага. Иеремия (L, 9—43; LI, 11—48) предсказывал, что мидийцы совместно со скифами и маннеями — по его словам, воинами, вооруженными луками и копьями и не знающими милосердия, — захватят Вавилонию, разграбят ее, страна лишится своего населения и превратится в обитель шакалов.

Но Вавилонию временно спасло от нападения с востока восстание Кира против Астиага, которое началось в 553 г. Об этом восстании и последовавшей за ним войне сохранились довольно обстоятельные рассказы античных авторов и ценные, хотя и скупые сообщения вавилонских текстов.

Согласно Геродоту (I, 123—128), знатный мидиец Гарпаг, которому Астиаг нанес жестокую обиду, решил отомстить своему владыке и замыслил против него заговор. Он привлек на свою сторону мидийскую знать, которая была недовольна суровым правлением Астиага, и затем подговорил Кира поднять восстание. Поскольку Кир находился в Персии и дорога туда охранялась мидийскими воинами, Гарпаг послал ему с доверенным слугой письмо, искусно зашитое во внутренности зайца, причем гонец должен был выдавать себя за охотника. В этом письме Гарпаг обещал Киру, что, если он решится на восстание против Астиага, ему будет обеспечена поддержка многих знатных мидийцев и сам Гарпаг перейдет на его сторону вместе с войском. Естественно, к этому рассказу Геродота следует отнестись критически, но, по-видимому, в Мидии была группа знати, недовольная политикой Астиага и готовая перейти на сторону его врагов. Как полагают И. М. Дьяконов и И. Г. Алиев, эта группа состояла из представителей родовой знати, против которой Астиаг боролся, стремясь создать сильное централизованное государство [21, с. 415 и сл.; 5, с. 252 и сл.; ср. также 330, т. I, с. 207]. Недовольных возглавил Гарпаг, потомки которого позднее для оправдания его измены сочинили рассказы о бессмысленных жестокостях Астиага (как полагают, свою информацию о восстании Кира Геродот получил от потомков Гарпага, живших в V в. до н. э. в Ликии). Возможно, что заговор мидийской знати возник только во время войны с восставшими, а не существовал с самого начала, как это утверждает Геродот.

Когда Кир ознакомился с письмом Гарпага, продолжает Геродот, он созвал народное собрание персидских племен пасаргадов, марафиев и маспиев и зачитал им указ, который сочинил сам, заявив, что получил его от Астиага. В этом указе говорилось, что Астиаг назначает Кира своим военачальником. После этого Кир распустил собравшихся, велев им явиться на следующее утро с серпами и расчистить от колючего кустарника значительную площадь земли. Затем Кир распорядился заколоть скот, принадлежавший его отцу, и подать в изобилии хлеба и вина, чтобы угостить персов, которые предыдущий день были заняты тяжелой работой. Обратившись к собравшимся на лугу, Кир спросил, предпочитают ли они надрываться от тяжкого труда или проводить время в пирах и веселье. Получив заранее ожидаемый ответ, он стал уговаривать персов отложиться от Астиага, обещая, что успех восстания обеспечит им легкую жизнь. Персы, которым было ненавистно мидийское господство, охотно откликнулись на призыв своего вождя.

Когда Астиаг узнал о приготовлениях Кира к войне, он через вестника вызвал его к себе. Кир ответил, что явится быстрее, чем его ожидают. Отказ Кира подчиниться Астиагу послужил сигналом к восстанию. Исход его решился в двух битвах. В первой Астиаг сам не участвовал, а его полководец Гарпаг с большей частью войска перешел на сторону персов. Тогда Астиаг приказал посадить на кол магов, которые неверно истолковали его сон, предвещавший, что Кир станет владыкой Азии (возможно, часть магов вступила в связь с заговорщиками), и велел всем мидийцам, включая стариков и юношей, вооружиться. Несмотря на преклонные годы, мидийский царь сам повел армию в бой, но потерпел поражение и был взят в плен. Кир не причинил Астиагу никакого зла и обращался с ним милостиво. Так, по Геродоту, окончилось тридцатипятилетнее царствование Астиага и стодвадцативосьмилетнее владычество мидийцев в Азии.

Сохранился также окрашенный сказочными мотивами обстоятельный рассказ Николая Дамаскина, восходящий в основном к Ктесию. Кир, будучи на службе у Астиага в Мидии, встретился с неким конюхом Ойбаром, который был рабом одного мидийца Астиаг жестоко наказал Ойбара за какой-то проступок. Поэтому Ойбар замыслил заговор и побудил Кира возглавить восстание персов. Началась война. Первая битва продолжалась два дня и окончилась полной победой Астиага. Потерпев поражение близ своей границы с Мидией, персы бежали в Пасаргады. Согласно же Ктесию, Кир победил мидийское войско у города Гирба (локализация неизвестна), но в следующем сражении верх одержал Астиаг и персы бежали в Пасаргады. Судя по Юстину (I, 6), когда Астиаг стал терпеть поражение, он поставил позади своих воинов заградительные отряды, которые убивали отступавших. Вторая битва, по Николаю Дамаскину, произошла близ Пасаргад и тоже продолжалась два дня. В первый день успех был на стороне мидийцев, но на второй день отступавшие персы, пристыженные своими женами, стали сражаться решительно. Войску Кира удалось одержать крупную победу и захватить лагерь мидийцев. Тогда Астиаг казнил своих полководцев, считая их виновниками поражения (о казни военачальников говорит и Диодор, IX, 24). Не находя поддержки у своих подданных, он бежал в Экбатаны и там скрылся во дворце. Вскоре он сдался Киру и был закован в кандалы.

По свидетельству Ктесия, Кир сохранил жизнь Астиагу и послал его наместником в одну из восточноиранских областей (в страну племени барканиев, т. е., по-видимому, в Гирканию) [ср. 5, с. 254, примеч. 7, где высказывается предположение, что баркании Ктесия тождественны париканиям Геродота]. Позднее Астиаг был заведен в пустыню евнухом Петесаком и по наущению Ойбара брошен там на явную гибель. Возможно, что Кир был неповинен в его смерти, так как Петесак подвергся казни, а Ойбар покончил самоубийством. Если верить Ктесию, Кир казнил Спитаму, мулса дочери Астиага Амитиды, и сам женился на ней, чтобы таким образом стать законным наследником мидийского престола. Впоследствии, по Ктесию, сыновья Спитамы и Амитиды были назначены Киром сатрапами барканиев и дербиков (Niс. Dam., fr. 66, 13, 46 = FGrH II А, с. 361—370; Ctes. fr. 9; Justin. I, 6, 16).

Согласно Страбону (XV, 3, 8), Кир одержал решающую победу в третьей битве, после чего Астиаг с остатками своего войска бежал на мидийскую территорию и был без труда взят в плен. Полиэн упоминает три битвы, в которых Кир терпел поражения, пока в четвертой он не оказался победителем Ксенофонт в «Киропедии» рассказывает, что Астиаг умер царем Мидии мирно в своей постели, а завоевания Кира были совершены последним в качестве полководца своего деда, мидийского царя. Но Ксенофонт знал истинный ход событий и в «Анабасисе» (III, 4, 8—12) упоминает о борьбе Кира с Астиагом, а в «Киропедии» преднамеренно в целях идеализации Кира искажает исторические факты.

Данные Вавилонской хроники подтверждают в существенных чертах рассказ Геродота. Согласно этой хронике, в шестом году царствования Набонида3 «Иштумегу4 созвал (свои войска) и выступил против Кураша, царя Аншана, для захвата... Войско Иштумегу восстало и захватило его. Они вру [чили его] Курашу. Кураш выступил против столицы5 Агамтану (т. е. Экбатан). Серебро, золото (и другое) имущество [. . .] , которое он захватил как добычу в Агамтану, он забрал в Аншан»6 [ABC, с. 106, II, 1-4].

Некоторые сведения о войне персов с Мидией содержат и строительные надписи Набонида. Согласно Сиппарскому цилиндру, бог Мардук послал Набониду сон, в котором велел восстановить храм бога Сина Эхульхуль в Харране (город в Верхней Месопотамии). Этот храм был разрушен и превращен в руины мидийцами во время войны с ассирийским войском еще в 609 г. и с тех пор лежал в развалинах. Набонид отвечает во сне Мардуку: «Умман-манда7 окружают храм, который ты велишь соорудить, и велика мощь их». На это последовали такие слова Мардука: «Ни умман-манда, о котором ты говоришь, ни страны его, ни царей, идущих на его стороне, уже не существует. Когда наступил третий год8, боги подняли Кураша, царя Аншана, его9 малого раба, и он со своим малым войском разгромил многочисленных умман-манда. Он захватил Иштумегу, царя умман-манда, и в плен увел его в свою сторону» [NKI, с. 218 и сл. I, 8 и сл.]. В другой надписи Набонида также говорится, что храм Эхульхуль пятьдесят четыре года лежал в развалинах после того, как умман-манда разрушили и разграбили его [NKI, с. 284, X, 12 и сл.].

Таким образом, восстание Кира, по-видимому, началось в 553 г. Астиагу пришлось отозвать из Харрана, который после падения Ассирии в 609 г. принадлежал Мидии, свой гарнизон. Вавилоняне, воспользовавшись трудным положением Астиага, около 552 г. захватили Харран. В тот период Набонид, очевидно, считал Кира своим союзником. Некоторые ученые даже полагают, что между ними был заключен договор [124, с. 224; 122, с. 36 и сл.; 273, с. 160], однако в пользу такого мнения нельзя привести никаких данных.

В 550 г. закончилась война между персами и мидийцами. Теперь Экбатаны стали одной из ахеменидских резиденций. Кир на некоторое время поселился во дворце мидийских царей, описание которого нам известно из трудов античных авторов. Согласно Геродоту (I, 98), он был окружен семью концентрическими крепостными стенами. При этом одна стена возвышалась над другой лишь на высоту бастиона, а сами бастионы были окрашены в различные цвета, и два бастиона, примыкавшие к дворцу, были соответственно посеребрены и позолочены. По Полибию (X, 27), дворец этот имел в окружности семь стадий (более 1 км), а его потолки и портики были из кедра, обшитого золотом и серебром.

Сокровища, накопленные во дварце Астиага в течение многих десятилетий, были увезены в Пасаргады, и на Мидию как на покоренную страну наложена подать. Однако часть мидийской знати сохранила свое привилегированное положение при Кире, как и при его преемниках.

Покорив Мидию, Кир формально сохранил Мидийское царство и принял официальные титулы мидийских царей («великий царь, царь царей, царь стран»). Но фактически страной правил персидский наместник.

Персы заимствовали мидийскую систему государственного управления, во многом восходившую еще к ассирийской. В державе Ахеменидов Мидия находилась на втором месте после самой Персии. Поэтому греки, иудеи, египтяне и другие народы древности рассматривали захват Мидии как передачу престола по наследству от Астиага к Киру и называли персов «мидийцами», считая историю персов продолжением мидийской. По этой же причине эллины называли Греко-персидские войны «мидийскими» (Herod. I, 206; IV, 197; Diog. Laert. II, 5; Diod. IX, 31; Plut., Them. 6—8; IGIDS, с. 6). Хотя в исследовательских частях своего труда Геродот тщательно различает персов и мидийцев и их обычаи, в новеллах он смешивает их [на это было обращено внимание А. И. Доватуром: 20, с. 81]. Феогнид, Симонид и другие греческие поэты также называют персов «мидийцами» [см. ссылки: 20, с. 81; ср. выражение «мидийцы и персы» у Даниила (V, 28; VI, 8; VIII, 20) и Эсфирь(X, 2). Относительно египетских и других источников, в которых персы называются «мидийцами», см. у Э. Мейера: 294, т. III, с. 24, примеч. 1].



3 Т. е. в 550 г., который традиционно считается датой победы Кира над Астиагом. Однако в настоящее время некоторые ученые считают эту дату недостоверной [см. литературу: 147, с. 1, примеч. 2]. По их мнению, нет оснований предполагать, что Вавилонская хроника датировала разгром Мидии в войне с персами шестым годом правления Набонида, поскольку предшествующая часть текста отломана и поэтому неизвестно, к какому году относилось указанное событие. Правда, сразу после интересующей нас части хроника переходит к изложению событий седьмого года Набонида, но в ней освещаются не все годы. Поэтому Р. Дрюс полагает, что, согласно Вавилонской хронике, падение Астиага можно датировать лишь периодом между первым и шестым годами правления Набонида, т. е. 554—549 гг., поскольку все цифры с обозначениями дат до седьмого года упомянутого вавилонского царя в этом источнике отбиты [147, с. 2]. Далее, ссылаясь на Сиппарский цилиндр Набонида, Дрюс склонен отнести победу Кира в войне с мидийцами к 554—553 гг. [147, с. 4]. Судя по этому источнику, в 553 г. войско Астиага действительно было разгромлено персами, но данная победа могла быть лишь одним из эпизодов долгой войны, а не ее завершением. Таким образом, дата разгрома Мидии пока не может считаться окончательно установленной.
4 Астиаг, реальное вавилонское произношение — Иштувег.
5 Доел, «город царственности».
6Вероятно, кубок ассирийского царя Ашшурбанапала с его надписью, хеттский кубок и много других-ценных вещей, найденных в Персеполе, попали из Ниневии в Экбатаны, а оттуда были доставлены в ахеменидские дворцы [ср. 335, т. II, с. 84].
7Относительно этого этнического названия, под которым в данном тексте имеются в виду мидийцы, см. подробную литературу и различные интерпретации у Г. Комороци [255].
8 Имеется в виду третий год царствования Набонида, т. е. 553 г. В политическом памфлете, направленном против Набонида, также говорится о восстановлении храма Эхульхуль в том же году.
9 Т. е. Астиага, а не Мардука, как полагает С. Лэнгдон [NKI, с. 221] и вслед за ним и многие другие исследователи, поскольку в таком случае в прямой речи было бы сказано «мой», а не «его» [ср. CAD, S, с. 182; 166, с. 13].
Просмотров: 2304