Лев Гумилёв

Конец и вновь начало. Популярные лекции по народоведению

Империя против Вечного города

 

   Тут против римских легионов выступили провинциальные: в Сирии поднялся Песценний Нигер, в Британии – Клодий Альбин, в Паннонии – Септимий Север, про которого очень остроумно сказал какой-то римский сенатор: «Ему нельзя было родиться или нельзя было умирать». Это был жесточайший человек, родом из всаднической фамилии. Командовал он уже не римлянами, а вновь набранными в провинциях фракийцами и иллирийцами (иллирийцы — это те, кого сейчас называют албанцами). Это были отчаянные ребята (так же как и фракийцы), потому что на Востоке уже произошел тот самый пассионарный толчок, который вызвал Великое переселение народов.
   Север, находясь близко от Рима, вступил в Вечный город без боя. Дидий Юлиан, покинутый и преданный преторианцами, был убит в своем дворце после 63 дней царствования. Столько понадобилось преторианцам, чтобы пропить полученные деньги.
   Однако преторианцы, вышедшие навстречу узурпатору с лавровыми ветвями, просчитались. Септимий Север уничтожил корпус преторианцев, состоявший из римлян: преторианцев оцепили, иллирийские легионеры направили на них копья, разоружили, выслали из Рима и разослали по провинциальным частям – два человека на когорту. Весь корпус претория (основа римского могущества в социальном смысле) был заменен. Как социальный институт он остался, но людей туда назначали уже не из римлян, а из иллирийцев, фракийцев, мавров, галлов, германцев, приходивших на службу сарматов, арабов – из кого попало.
   Таким образом, покоренные некогда Иллирия и Фракия одерживали верх над Римом. После окончательной победы над Нигером и Альбином Септимий Север облегчил положение солдат и увеличил армию, как и корпус преторианцев, за счет уроженцев восточных провинций: все тех же иллирийцев, фракийцев, галатов, мавров, языгов, арабов и т. п. В результате к началу III в. почти вся римская армия оказалась укомплектованной иноземцами. Это значит, что римский этнос, переставший поставлять добровольных защитников родины, потерял пассионарность. Структура, язык и культура империи по инерции еще держались, в то время когда подлинные римляне насчитывались отдельными семьями, даже в Италии, которую заселили выходцы из Сирии и потомки военнопленных рабов – колоны.
   Вот такой была Римская империя во время царствования Септимия Севера, который не верил сенаторам, не верил всадникам, ненавидел Рим, хотя сам был римлянином, опирался на провинциальные, очень надежные войска. К Риму это уже не имело никакого отношения: Рим остался просто столицей огромной системы, которая перестала быть выражением или осуществлением римского этноса. Римский этнос оказался в своей стране в положении одного из многих, пока еще равноправного этноса.
   Следующим актом трагедии был эдикт Каракаллы – наследника Септимия Севера. Это был убийца, изверг, развратник. Самое страшное, что он был садист и лжец. Он издал закон, по которому римскими гражданами объявлялись все свободные подданные Римской империи, все, кроме рабов, и, кстати, египтян туда не зачислили, потому что они не проявляли никакого интереса к общественной жизни. Иллирийцы, фракийцы, германцы, галлы, греки, испанцы, мавры – все они считались одинаково римлянами, поскольку были свободными подданными империи.
   Таким образом понятие «римлянин» переменило свое содержание. Если раньше это были потомки патрициев и плебеев, основавших город Рим и завоевавших себе Средиземноморье, то теперь оказалось, что это жители того самого завоеванного Средиземноморья, которые пополняли легионы и через легионы – командование. Самым худшим в этой Римской империи было даже не положение несчастного податного населения, которое обжимали всеми возможными способами, а положение Сената – людей довольно богатых и издававших указы, якобы действительные по всей империи. Сенаторов убивали когда хотели и сколько хотели. Сенат должен был раболепно ползать на животе перед императором, потому что каждая попытка самостоятельности вызывала казни. К счастью, Каракаллу зарезали в персидском походе.
   Таким образом, военная диктатура Северов продлила существование римской системы всего на 40 лет, а потом началось... В 235 г. солдаты убили Александра Севера и его умную мать – Маммею, передав престол фракийцу Максимину. Проконсул Африки, исконный римлянин Гордиан выступил против него вместе со своим сыном... Оба погибли. В 238 г. солдаты убили Максимина, а преторианцы – двух консулов – Пупиена и Бальбина. Гордиана III убил префект преторианцев Филипп Араб в 244 г., а его самого – Деций в 249 г. После гибели Деция в битве с готами солдаты убили Галла, потом Эмилиана. Империя развалилась на части: на западе – узурпатор Постум, на востоке – пальмирский царь Оденат, отразивший персов.
   Император Постум был в Галлии довольно долго. Потом, когда он был убит своими солдатами, Галлию снова подчинили Риму. Но каким образом? Тут тоже нелишне остановиться на одном очень существенном моменте. От Постума унаследовал Галлию некий Тетрик – очень хороший человек, дисциплинированный, который меньше всего на свете хотел восставать против законного римского правительства. Но солдаты поставили ему, как и Вителлию, альтернативу – или будешь нас возглавлять, либо тебя убьем и назначим кого-нибудь другого. Тетрик согласился не быть убитым, повозглавлял это войско, а потом перед решающим сражением сбежал к своему противнику Аврелиану и доложился, что, мол, так и так. Но его, конечно, никто не обижал, никто не тронул, потом его назначили на очень большую должность – коректора (соправителя) Италии. А легионеры? – Сражались, пока не были перебиты.
   При каждом солдатском мятеже, а в III в. их было очень много – примерно через каждые полтора-два месяца, солдаты расправлялись со своими злейшими врагами. А кто злейший враг у солдата? – Старшина и взводный! Легионеры убивали тех младших командиров, которые поддерживали среди них дисциплину. А так как вакансии все время надо было заполнять, то постепенно ухудшалось качество унтер-офицерского состава – скелета армии. Легионы превращались из лучшей в мире обученной армии в банду или несколько банд, которые соперничали друг с другом, а командование подчинялось собственному усмотрению.
   Именно их руками были последовательно убиты императоры Галлиен, Авреол, Клавдий II и Квинтилл, царствовавший 17 дней.
   Гибель императора Валериана в 260 г. произошла опять-таки по вине его собственных закаленных легионов. Перед битвой они потребовали, чтобы император Валериан отправился к персидскому шаху и договорился о свободном отступлении. Им, видите ли, сражаться не хотелось. Ему пришлось под угрозой смерти отправиться туда, а персы взяли его в плен, изуродовали, посадили в «башню молчания» – тюрьму и издевались над ним так, что он умер. К несчастью для него, это все-таки долго длилось – девять или десять лет. А легионеров, лишенных командования, персы перерезали. После этого персы захватили Малую Азию, Сирию, Египет, и императору Аврелиану пришлось выгонять персов и брать Пальмиру, которая овладела тоже большим количеством азиатских земель и стала самостоятельным арабским государством.
   Аврелиан был очень крепкий человек, именно он воевал с Тетриком и помиловал его. Он помиловал и пальмирскую царицу Зенобию, но он совершенно безжалостно обращался с сенаторами, и сенаторы считали его, не без основания, палачом. Кроме того, он, иллирийский крестьянин, воин по призванию, очень не любил беспорядки и нечестность.
   Когда выяснилось, что один из его министров финансов портит монету и страшно на этом наживается, он казнил этого министра и велел порченую монету изъять из обращения. Это вызвало финансовый кризис, и Рим восстал. Семь дней шли бои на улицах Рима, усмирять которые пришлось легионерам, между прочим не римлянам. Аврелиан навел порядок и хотел уже идти на войну против персов, когда выяснил, что один из его ближайших сотрудников, вольноотпущенник Мнестий – жулик. Когда это выяснилось, тот, зная характер императора, решил, что ему долго не жить. Тогда он подделал подпись императора под смертным приговором его ближайших сотрудников. Те убили императора. Но когда обман раскрылся, Мнестия бросили на съедение хищным зверям.
   После Аврелиана были поочередно убиты старец консуляр Тацит, его брат Флориан, паннонский офицер Проб, Кар, Нумериан, Апр. Лишь в сентябре 284 г. был провозглашен Диоклетиан, который воспользовался тем, что его соперник Карин (сын Кара) был убит своими сподвижниками, и стал царем. Республика кончилась.
   Это длинное перечисление цареубийств позволяет понять ход этнического развития, если мы учтем, что простых людей убивали куда больше.
   При такой обстановке любая пассионарная система рассыпается. Пассионарий силен там, где его окружают или слабопассионарные люди, или народ более сильный пассионарно, но увлеченный каким-то идеалом – далеким прогнозом, или гармоничные, равновесные особи, которые, охотно доверяя своему вождю, поддерживают его и не стремятся даже его заместить – это самое надежное.
   Но когда пассионарные люди окружены со всех сторон «жизнелюбами» – положение становится крайне тяжелым. У субпассионариев инстинктивные реакции (выпить – непременно сейчас, пожрать, найти гетеру, избить кого-то, кто не понравился) не имеют противовеса в виде сдерживающей пассионарности, и потому «жизнелюбы» находятся во власти своих несдерживаемых эмоций. Когда любителей жить весело и просто становится много и в руках у них оружие, поддерживать существующую систему становится трудно. И ведь нельзя сказать, что в Риме в это время не было ни одного волевого полководца или умного дипломата (таких в огромной стране хватало!), но вот верных исполнителей было мало.
   Диоклетиан понял, что только отсталая провинция может его спасти. Поэтому он разделил заботы по охране границ с тремя сподвижниками, а резиденцию учредил в малоазиатском городе Никомедии, далеко от Рима, и окружил себя войсками из иллирийских, фракийских и мезийских горцев, еще не потерявших боеспособности. Он создал бюрократию, потому что с полным основанием не доверял растленному обществу. Он воздвиг гонение на христиан и манихеев, потому что эти общины жили по своим, а не по его законам. Короче, он использовал инерцию не этноса, ибо таковая иссякла, а культуры, созданной предыдущими поколениями. Но и он капитулировал перед силой вещей, так как стал не главой республики (princeps), а царем государства (dominus).
   И все-таки, несмотря на трагичное положение, римская армия удерживала границу по Рейну, вал по Твиду и неплохо справлялась с нумидийцами и маврами. Тяжелее было на Востоке.
Просмотров: 1352