Валерий Гуляев

Шумер. Вавилон. Ассирия: 5000 лет истории

Прочные традиции российского востоковедения

 

   Теперь о другой важной теме – о вкладе нескольких поколений российских ученых в исследование древней Месопотамии.

   «Россия никогда не вела раскопок в Ираке, на родине клинописи, – писал в 1965 г. С.Н. Крамер, – и тем не менее у русских была и есть замечательная школа научного изучения „клинописи“. Что касается раскопок, то действительно русские археологи не прикасались к сокровищам месопотамских теллей вплоть до 1969 г. Но зато в России существовала с XIX в. и существует поныне пользующаяся всемирной известностью школа востоковедения: М.В. Никольский, B.C. Голенищев, Б.А. Тураев, В.К. Шилейко, В.В. Струве, А.И. Тюменев, И.М. Дьяконов – вот лишь некоторые, самые громкие, имена.

   Выходец из богатой купеческой семьи города Санкт-Петербурга Николай Петрович Лихачев (1862–1936), унаследовав от родителей огромное состояние, употребил его для путешествий по разным (в том числе и восточным) странам и покупки египетских папирусов, средневековых арабских рукописей и глиняных табличек с клинописью. Всесторонне образованный человек, историк и этнограф, искусствовед и книголюб, он не только собирал всевозможные раритеты, но и широко раскрыл двери своего дома-музея перед русскими учеными. В числе этих редкостей находилось и несколько сотен глиняных табличек с шумерскими клинописными текстами из города Лагаша. Именно благодаря уникальной коллекции Н.П. Лихачева (впоследствии академика, организатора и руководителя Музея палеографии) во многом стала возможной и плодотворная работа «отца русской ассириологии» – Михаила Васильевича Никольского (1848–1917). «В течение десяти лет, – отмечает отечественный историк А.А. Ковалев, – М.В. Никольский изучал документы из архива Лагаша. Результатом стала во многих отношениях до сих пор образцовая публикация „Документы хозяйственной отчетности древней эпохи Халдеи“ (I, II, 1908, 1915). Значение и объем проделанной им работы становятся понятны, если учесть, что он читал тексты на шумерском языке», который тогда ученые только начинали понимать. Всего он прочитал, изучил, прокомментировал и опубликовал 855 табличек. Для сравнения можно упомянуть, что французы в то время располагали в хранилищах Лувра 1500 подобных текстов, а издали из них (в виде механического копирования клинописи) всего 51. Русский же ученый привел все тексты в строгую систему, снабдил описанием, подробнейшим комментарием, списками имен собственных, городов, рек, каналов и храмов.

   М.В. Никольский первым из ассириологов понял большое научное значение так называемых «Багдадских табличек». Еще в 1880 г. он верно определил их природу, указав, что это древнейшая форма шумерского письма, относящаяся к Протописьменному периоду.

   Перу М.В. Никольского принадлежит и ряд общих исторических трудов, таких как «Древний Вавилон» (М., 1913) и «Саргон, царь ассирийский» (СПб., 1881).

   Однако первыми русскими ассириологами были профессиональные египтологи – B.C. Голенищев (1856–1947) и Б.А. Тураев (1868–1920). B.C. Голенищев собрал большую коллекцию египетских и переднеазиатских древностей (свыше 6000 предметов), которая хранится сейчас в Музее изобразительных искусств им. А.С. Пушкина в Москве. Он составил также подробный словарь по клинописи – «Опыт графически расположенного ассирийского словаря», 1888 г. В 1891 г. ученый издал «Каппадокийские таблички» – клинописные документы, найденные на территории Малой Азии, на месте ассирийской торговой колонии Каниш, и раскрывающие характер международной торговли во II–I тыс. до н. э.

   Б.А. Тураев – человек широчайшей эрудиции и колоссальной работоспособности: прожив всего 52 года, он сумел опубликовать свыше 500 трудов. И среди них его широко известная двухтомная монография «История древнего Востока».

   Первым к преподаванию аккадского языка в России приступил в Санкт-Петербурге академик П.К. Коковцев (1861–1942). Его учеником был В.К. Шилейко (1891–1930) – знаток аккадского языка и литературы, шумеролог и великолепный поэт-переводчик. О том, как глубоко проник в круги русской интеллигенции интерес к истории древней Месопотамии, говорит лишь один факт. Известный поэт Николай Гумилев, трагически погибший в застенках ЧК, перевел на русский язык вавилонский (шумеро-аккадский) эпос о Гильгамеше (Гильгамеш. Вавилонский эпос / Изд. З.И. Гржебина. – СПб., 1919), а введение к этому изданию написал В.К. Шилейко. Вот как выглядит начало эпоса в поэтическом переводе Николая Гумилева:

 

О том, кто все видел до края вселенной,

Кто скрытое ведал, кто все постиг,

Испытывал судьбы земли и неба,

Глубины познанья всех мудрецов.

Неизвестное знал он, разгадывал тайны,

О днях до потопа принес нам весть,

Ходил он далёко, но устал и вернулся,

И выбил на камне свои труды.

 

   Уже в советский период ученик В.К. Шилейко – А.П. Рифтин (1900–1944) вновь организовал преподавание ассириологии в Ленинградском университете и, собрав вокруг себя молодых и талантливых ученых, заложил прочную базу современной российской науки о древней Месопотамии. Поэтому совсем не случайно, что и ранее, и в настоящее время главный центр отечественной ассириологии всегда находился в Петербурге-Ленинграде. Именно здесь жил и плодотворно работал в Институте востоковедения Академии Наук (СССР – России) выдающийся ученый-шумеролог Игорь Михайлович Дьяконов. Здесь же, продолжая старые добрые традиции российской науки, ведут свои исследования в области языка, истории и культуры Шумера, Аккада, Ассирии и Вавилонии такие всемирно известные ученые, как В.А. Якобсон и М.А. Дандамаев (его книга «Рабство в Вавилонии» была издана в России и на Западе).

   Заметных успехов достигли в изучении древностей Месопотамии и отечественные археологи. С 1969 по 1980 гг. они успешно работали на северо-западе Ирака, раскопав несколько важных поселений ранних земледельцев VIII–IV тыс. до н. э. (руководитель экспедиции – член-корр. РАН Рауф Магомедович Мунчаев). А с 1987 г. археологи Института археологии РАН продолжили свои раскопки уже в Северной Месопотамии, на территории Сирии, где всестороннему исследованию подверглись не только ранние памятники (Телль-Хазна 2), но и грандиозный дворцово-храмовый комплекс шумеро-аккадского периода (Телль-Хазна 1). Эти работы продолжаются и по сей день.

   За более чем полуторавековую историю российской ассириологии в нашей стране были изданы тысячи первоклассных научных статей, монографий и сборников почти по всем важнейшим аспектам древнемесопотамской цивилизации. Кроме того, удалось перевести и опубликовать большинство наиболее интересных трудов зарубежных ученых по данной теме – как специальных, так и научно-популярных: от «Богов, гробниц и ученых» К.В. Керама и до фундаментальных монографий выдающихся английских археологов Сетона Ллойда (Археология Месопотамии. – М.: Наука, 1984) и Леонарда Вулли (Ур халдеев. – М.: Наука, 1961).

   Таким образом, хотелось бы посоветовать всем, кто берется освещать в нашей стране прошлое Ирака, почаще обращаться к богатейшему наследию российской исторической науки.

Просмотров: 3199