Валерий Гуляев

Шумер. Вавилон. Ассирия: 5000 лет истории

Новые властители страны

 

   Ашшурназирпалу наследовал на ассирийском троне его сын, Салманасар III (858–824 гг. до н. э.). Истинный царь-воин: по количеству и масштабам своих военных кампаний он намного превзошел своего отца: из 35 лет его правления 31 год был отдан войнам. Ассирийские солдаты вторгались в Армению (Урарту), Палестину, в глубину гор Тавра и Загроса, на берега Персидского залива; они опустошали все новые земли и страны, осаждали и брали штурмом новые города, испытывали свои силы в сражениях со все новыми врагами. Но поскольку эти враги были гораздо сильнее арамейцев Джезиры и небольших племен Иракского Курдистана, то победы временами омрачались отдельными неудачами. Не удалось сокрушить Урарту. Повторные попытки захватить Сирию также закончились провалом.

   Конец долгого царствования Салманасара III ознаменовался крупными внутренними беспорядками в самой Ассирии. Один из его сыновей, Ашшурданин-аплул, поднял против отца восстание 27 городов, включая Ашшур и Ниневию. Тогда старый монарх, уже не покидавший покои своего укрепленного дворца в Нимруде, отправил другого сына, Шамши-Адада, с большой армией для подавления бунта. По сути дела, это была настоящая гражданская война, и она прекратилась лишь через четыре года. Трон занял Шамши-Адад (823–811 гг. до н. э.), но с началом его царствования Ассирия вновь провалилась в черную бездну почти столетнего упадка.

   Ададнерари III (810–783 гг. до н. э.), сын Шамши-Адада, был еще совсем мал, когда умер его отец, и поэтому в течение пяти лет страной управляла мать престолонаследника – Саммурамат, она же – легендарная Семирамида. Каким образом эта царица, правление которой почти не оставило следов в ассирийских летописях, приобрела репутацию «самой красивой, самой жестокой, самой могущественной и самой страстной из всех восточных цариц» остается почти неразрешимой загадкой.

   Возможно, что Геродот, который, собственно, и создал легенду о Семирамиде в V в. до н. э., получил свои основные сведения от жрецов Вавилона. Если Саммурамат была вавилонянкой по рождению, то она должна была активно участвовать в пропаганде вавилонских религиозных идей и обрядов среди ассирийцев. Вавилонское жречество, естественно, гордилось «своей» царицей, и есть основания предполагать, что многочисленные легендарные истории о ней были созданы искусственно, а уже потом включены в описание реальной жизни Семирамиды.



   Илл. 121. Данники. Рельеф из дворца Ашшурназирпала II в Нимруде



   Горячее воображение «отца истории» Геродота, вдохновленное личностью этой незаурядной женщины, довершило дело. Последующая античная литературная традиция еще более преувеличила как достоинства, так и недостатки Семирамиды. В конце концов ей стали приписывать даже такие фантастические дела, как строительство Вавилона или завоевание Египта и Индии. Практически она как бы узурпировала все деяния и всю доблесть царей Месопотамии, правивших до и после нее. Однако следует помнить, что реальная Саммурамат имела очень мало общего с легендарной царицей Семирамидой.

   Пока страна решала свои внутренние проблемы, на внешнем фронте появилась грозная опасность – быстро набирающее силу государство Урарту в Закавказье, а также мятежная Сирия и вечно враждебный месопотамцам Элам. У Ассирийской империи практически не было выбора: оставалось либо победить, либо погибнуть.

   И в этот драматический момент страна получила энергичного и умного правителя в лице Тиглатпаласара III (745–727 гг. до н. э.). Он реорганизовал армию и провел давно назревшую административную реформу, которая, наконец, принесла Ассирии столь необходимый ей внутренний мир. Главная цель этой реформы состояла в укреплении царской власти и сокращении чрезмерного могущества высшей аристократии. Внутри страны существующие провинции были уменьшены в размерах и увеличены в числе. За пределами Ассирии, в странах, вернувшихся благодаря победоносным походам Тиглатпаласара III в лоно империи, местные правители отстранялись от власти, а сами страны превращались в обычные провинции, управляемые ассирийскими чиновниками, подчиненными непосредственно царю. Была создана очень эффективная система коммуникаций между царским двором и имперскими провинциями. При Тиглатпаласаре III ежегодный набор был заменен постоянной профессиональной армией, формируемой из контингентов, набираемых на подчиненных территориях империи. Военная мощь Ассирии увеличилась во много раз.

   Военные кампании Тиглатпаласара III носят весьма продуманный характер. Первый поход был организован в Южную Месопотамию, чтобы освободить Вавилон от давления со стороны арамеев. Затем ассирийское войско атаковало Сирию, а точнее – скопище арамейских и неохеттских царьков, возглавляемое Мати-илу из Арпада, который, в свою очередь, повиновался могущественному царю Урарту – Сардури III. Тот бросился на помощь своим союзникам, но был разбит близ Самсата на Евфрате и, спасая свою жизнь, позорно бросил остатки войск и бежал. Осажденный Арпад сопротивлялся три года, но, наконец, был взят и стал главным городом одной из ассирийских провинций. Затем Ассирии покорились северо-западная Сирия и Финикия.



   Илл. 122. Два ассирийских сановника. Фрагмент росписи из дворца наместника в Тиль-Барсибе



   Разделавшись таким образом с сирийскими вассалами Урарту, Тиглат-паласар III повернул свой меч на восток – на горцев Загроса и на центральные районы Ирана. Позднее (вероятно, в 735 г. до н. э.) был организован поход даже непосредственно против Урарту: осаде подверглась столица страны – город Тушпа, но взять его так и не удалось.

   Еще одно нововведение в политике ассирийского царя – практика массовых переселений (депортаций) жителей покоренных земель. Он, вероятно, считал, что наилучший способ предупреждения восстаний это подавление «национального чувства» – верности местным богам и традициям – путем смешения населения из разных областей империи. Например, в 742 и 741 гг. до н. э. 30 000 сирийцев из района Хама были отправлены в горы Загроса, а 18 000 арамеев с левого берега Тигра насильственно переселены в Северную Сирию. Печальные сцены таких депортаций нередко изображаются на ассирийских барельефах: длинные вереницы мужчин, держащих за руку своих изнуренных детей и идущих под конвоем ассирийских солдат, в то время как их жены едут с поклажей на повозках. Вероятно, многие переселенцы умирали на бесконечных, выжженных солнцем дорогах от жажды, голода и лишений. Однако с теми, кто выживал, в целом обращались не так уж и плохо: они находили какое-то жилье среди руин сожженных селений или же в крепостях, основанных царем, им выделялся участок земли для пахоты и какой-то пищевой рацион. В итоге их новые господа считали, видимо, что дух сопротивления среди переселенцев сломлен навсегда. Этой жестокой политике ассирийские цари следовали и позже. Но желаемого результата они не получили: восстания и мятежи возникали со все возрастающей частотой. А невиданные по бесчеловечности акты депортации вызывали по отношению к ассирийцам ненависть по всему древнему Ближнему Востоку.

Просмотров: 2392