Валерий Гуляев

Шумер. Вавилон. Ассирия: 5000 лет истории

Шествие мертвеиов

 

   Под завывание набирающей силу бури выходим на восточную часть теменоса, в районе царского могильника. Здесь Леонард Вулли раскопал 16 гробниц правителей города I династии Ура, царствовавших в первой половине III тыс. до н. э. Эти находки не только прославили имя исследователя, но и навечно внесли сокровища урских царей в анналы мировой археологии. Правда, все найденные в могилах вещи находятся в данный момент в музеях Багдада, Лондона и Филадельфии. На месте же, в Уре, уцелело лишь несколько поздних (и, увы, ограбленных еще в древности) гробниц III династии со сводчатым перекрытием, сложенным из обожженного кирпича. От более древних захоронений остались лишь глубокие ямы.



   Илл. 60. План царской гробницы в Уре. III тыс. до н. э.



   Осторожно спускаемся по крутым кирпичным ступенькам внутрь одной из гробниц на глубину до 10 м. В погребальной камере пусто и сыро. Никаких следов былой роскоши и богатства. Но в памяти тут же возникают яркие описания раскопок царского кладбища в Уре из прочитанных прежде научных отчетов и книг.

   «Наиболее знамениты две гробницы I династии: гробница Мескаламдуга и гробница жрицы или царицы, имя которой мы не умеем еще с уверенностью прочитать; если читать его по-семитски, оно, вероятно, звучало бы Пу-аби[4]… Пу-аби была погребена в подземном сводчатом склепе, где она лежала… на деревянном ложе, в плаще из синих лазуритовых бус, в пышном головном уборе из золотых листьев, венков и заколок в виде цветов. Вокруг склепа было выкопано довольно обширное помещение, в котором с серебряными лентами в волосах и в цветных плащах сидели трупы десятков женщин из свиты, музыкантов, видимо, усыпленных или добровольно отравившихся.





   Илл. 61. Женский головной убор и ожерелье из золота и драгоценных камней царицы Пу-аби. Ур. III тыс. до н. э.







   Илл. 62. Золотой шлем и золотой кинжал с ножнами из гробницы Мескаламдуга. Ур. III тыс. до н. э.



   Тут же найдены поразительной работы арфы; к их резонаторам были приделаны золотые или серебряные головы быков с лазуритовой бородой (образ быка бога Луны Нанна) или священной коровы богини Нингаль. Найдены также золотые туалетные приборы, доски для игры в кости (вроде нардов) и разная драгоценная утварь. В засыпанном землей пологом спуске-коридоре, ведшем с поверхности земли в склеп, были обнаружены повозки, скелеты волов и их погонщиков, а также воинов в шлемах-шишаках и с копьями, как бы охранявших вход. Все эти люди, сопровождавшие Пу-аби в загробный мир, вряд ли могли быть рабами и рабынями… Поскольку шумеры были убеждены в продолжении жизни и в загробном мире, перспектива остаться там в свите властителя или властительницы едва ли особенно удручала тех, кто обречен был следовать за ними и в смерти». Так описывает это захоронение И.М. Дьяконов.

   Еще более поразительные находки ждали археологов в могиле Мескаламдуга. «Тело, – вспоминает Л. Вулли, – лежало в обычной позе спящего на правом боку. Широкий серебряный пояс распался; к нему был подвешен золотой кинжал и оселок из лазурита на золотом кольце. На уровне живота лежала целая куча золотых и лазуритовых бусин – их было несколько сот. Между руками покойного мы нашли чашу, а рядом – еще одну, овальную, тоже золотую, но крупнее. К правому плечу был прислонен двусторонний топор из сплава золота и серебра… Кости настолько разрушились, что от скелета осталась лишь коричневая пыль, по которой можно было определить положение тела. На этом фоне еще ярче сверкало золото, такое чистое, словно его сюда только что положили. Но ярче всего горел золотой шлем, который все еще покрывал истлевший череп. Шлем был выкован из золота в форме парика, который глубоко надвигался на голову и хорошо прикрывал лицо щечными пластинами. Завитки волос на нем вычеканены рельефом, а отдельные волоски изображены тонкими линиями… Локоны на щечных пластинах изображают бакенбарды… Если бы даже от шумерийского искусства ничего больше не осталось, достаточно одного этого шлема, чтобы отвести искусству древнего Шумера почетное место среди цивилизованных народов».

   На двух золотых сосудах и на светильнике из могилы повторяется надпись: «Мескаламдуг. Герой Благодатной страны». Исключительное богатство погребения и почетное звание «Герой Благодатной страны» наводят на мысль, что Мескаламдуг был принцем из царского рода, а возможно, и правителем Ура.



   Илл. 63. «Штандарт» из Ура



   Одной из самых выдающихся находок при раскопках царского некрополя по праву считается так называемый «штандарт» – две деревянные прямоугольные пластины длиной 55 и шириной 22,5 см, инкрустированные фигурами из перламутра по синему фону из ляпис-лазури. Фигуры образуют сложные композиции со сценами мирной жизни (пиршество знати) и военных действий (царь на боевой колеснице, шествие пленных, бегство разбитого неприятеля и т. д.). Л. Вулли попытался восстановить все детали похоронной церемонии в Уре III тыс. до н. э. По его мнению, это происходило так. Когда умирал царь (или царица), прежде всего выкапывали большую прямоугольную яму глубиной девять-десять метров. У одной ее торцовой стороны сооружали наклонный спуск – вход в могилу. На дне, в углу ямы, строили затем усыпальницу: каменный склеп с крепким сводом из обожженного кирпича. Потом к могиле подходила траурная процессия с мертвым владыкой, лежащим на повозке, запряженной волами и с несколькими приближенными, которые занимали отведенные им места рядом с трупом внутри склепа. Этих людей, очевидно, отравляли каким-то ядом. После завершения погребальной церемонии вход в гробницу замуровывали. Начинался второй акт ритуала. Похоронная процессия – придворные, слуги, возницы, воины стражи и женщины-музыкантши – подходила к яме и опускалась в нее по наклонному настилу, усыпанному цветами. Женщины были одеты в яркие красные одеяния, на которых сверкали драгоценности. Военачальники шли со всеми знаками отличия, музыкантши – с арфами и лирами. За ними въезжали повозки или сани, влекомые волами. На повозках сидели пажи или возницы, ездовые вели упряжки под уздцы. В конце концов все занимали заранее отведенные им места; дежурные воины, замыкая процессию, становились на страже у выхода.

   У всех мужчин и женщин в руках было по небольшой медной чаше – единственному предмету, необходимому для завершения обряда. Некоторые жертвы в последние минуты своей земной жизни должны были еще выполнять задания. По крайней мере, точно известно, что музыканты до самого конца играли на своих инструментах. И когда через тысячелетия гробница была вскрыта, их руки все еще судорожно сжимали струны арф или лир. В одной из гробниц археологи нашли посередине ямы большой медный горшок, в который, очевидно, был налит яд. По команде люди выпивали смертоносное зелье. После этого каждый садился на свое место в ожидании смерти и перехода в иную жизнь вместе с царем или царицей. Затем могильщики убивали жертвенных животных, клали лиры и арфы на тела умерших музыкантов и обрушивали сверху на еще борющихся со смертью людей груды земли, пока вся яма не оказывалась засыпанной.

Просмотров: 4138