коллектив авторов

Тамерлан. Эпоха. Личность. Деяния

Глава о походе на Индию

 

По высочайшему указанию аромат сих подобных реляций прежде всего ощутило это счастливое сочинение. Целью его составления является описание покорения стран и крепостей Индостана, что ниже будет изложено и подробно описано. Внешне дело обстояло так. Когда прошел тридцать один год со времени владычества и царствования над государствами всех поясов земли и над областями стран мира его величества, счастливого монарха, и он изволил возвратиться в резиденцию своего могущества и счастья, когда тиран-небо положило на плечи концы попоны служения и повиновения ему, когда злобное время опоясалось поясом любви к государю, заботящемуся о своих рабах, а жестокий рок продел себе в ухо кольцо верности повелителю земной поверхности, - тогда последний пожелал предоставить каждое владение, бывшее до сего в обладании того или иного государя, назначенному им принцу из числа могущественных, как небо, принцев своего дома, кои суть драгоценности счастливого царственного ларчика и звезды в зодиаке могущества его величества. Из всех государств владение султана Махмуда Гази - да освятит Аллах его гробницу! - его величество препоручил отпрыску владыке людей, принцу Пир Мухаммаду, - да длится его правление! Тот счастливый молодой султан отправился в отведенные ему пределы и водрузил там свои счастливые знамена.

До августейшего слуха его величества, счастливого монарха, дошло затем, что то новолуние Пир Мухаммад в повседневных затеях владычества над вселенной осадил крепость Мултан, бывшую одним из больших городов Синда. В этой же области преобладают гебры огнепоклонники, язычники и разные еретики. Уместно было бы объявить «священную войну» им и постараться, чтобы возобладала среди них мусульманская религия. Его величество счастливый монарх, ради возвеличения славы высшей истины и возвышения знамени ислама выступил походом против тех стран. Ради уважения к вече Мухаммадовой - да почиют над ним, пророком, благословения и приветствия Аллаха! - он много испытал трудностей и перенес бесчисленные лишения. До оного места было по нескольку горных перевалов, так что мнение было такое, что много счастливых людей пожертвуют своею жизнью на вершине их и много драгоценных душ покинут свои тела у подножия этих гор. Таким образом, со времен Сулаймана пророка - да благословит его Аллах и да приветствует! - ни один государь не достигал тех пределов.

Его величество с божьей помощью остановился в том опасном месте, которое называют Китвар, в рамазане 800 года (май - июнь 1398 г.) и с твердостью и непоколебимостью распорядился, чтобы осуществились победа и преуспеяние. Одни из неприятелей были перебиты, другие захвачены в плен; от последовавшего грабежа и расхищения дым поднялся из домов с имуществом китварцев, и знамя неверия и многобожия было ниспровергнуто, как это говорится в предвечном слове: «И потому народ, предававшийся нечестию, был истреблен до последнего человека. Хвала Аллаху, господу миров».

«Поистине сердца царей - сокровища Аллаха на его земле». Смысл этого хадиса тот, что как лик солнца сияет из-за завесы, так и сердца государей на земле являются сокровищницей божественных тайн; сокровенные мысли государей мира суть проявления бесконечных милостей. Как движется перо предвечной воли, исполняя то или иное божественное приказание из ряда других предначертаний, так в высоком уме счастливого монарха выявляется некое твердое намерение, которое он решает осуществить силою. Подобно тому, как калам божественной воли направляется для выявления того или иного большого дела и великого общего решения, так и в глубине светозарного сердца нового Александра нашего времени и Фаридуна эпохи возникает нечто такое, из-за чего он старается приступить к делу. Чистая внутренность и бодрствующее сердце могущественного, как небеса, государя есть разведыватели сокровенных тайн и чаша, показывающая мир, а его бдительный разум, призираемый милостивым взором творца, - свеча, разгоняющая мрак, и солнце, украшающее мир.

Цель составления настоящего предисловия та, что так как всегда до слуха величия достигает то, что в областях Синда и Инда множество гебров, язычников и разного рода еретиков упорствуют в своем уклонении от истины и в заблуждении, то благороднейшая и высочайшая мысль его величества обратила внимание на это обстоятельство с тем, чтобы в тех районах поднять пыль своим походом, дабы там улеглась пыль смуты и неверия, и обнажить меч злобы для того, чтобы вложить в ножны саблю тирании и многобожия. С этой целью его величество принял решение объявить священную войну против упомянутых выше неверных и опоясался поясом рвения ради прославления славы Аллаха, возвышения знамени ислама и ниспровержения знамени неверия. С войском, многочисленным, как пылинки, сверкающие в солнечных лучах, и подобным неисчислимым каплям дождя, он выступил в поход из столичного города Самарканда, являющегося центром его могущества, величия и восхода солнца его вечного совершенства.

С этим твердым решением его величество совершил переход в первый день месяца зу-л-хиджжа 800 года (15 августа 1398 г.) со времени бегства господина всего сущего и сущности существующего, Мухаммада-избранника, - да благословит его Аллах и да приветствует! - и остановился в месте сияния двух лучей, в Кабуле, который является пограничным городом с Индостаном. Неусыпное счастье было вождем августейшего знамени, а несокрушимое могущество безотлучно находилось при счастливом высочайшем кортеже. В этом походе благодаря удаче принца людей, султана Пир Мухаммеда, луч солнца справедливости и благодеяний послужил основанием зданий могущества и величия.

Особенно отличился благодаря покровительству Аллаха, всевышнего владыки, принц Халил Султан-бахадур, - да длится его господство! - в благословенной внешности которого светятся око мира и взор вселенной, а не его благородном челе безотлучно были видны и запечатлены знаки доказательства его миродержавия. И как это будет ниже объяснено, он целиком погрузился в кровопролитие сражения и в водовороты смерти. В одном из сражений, где был выстроен ряд могучих, огромных и страшных, как море, слонов, спешивших на арену боя подобно огню и ветру, Халил Султан, повернувшись лицом к неприятелю, бросился с саблей на одного из слонов, горообразного, свирепого, сущего дьявола по качествам и демона с виду, хобот которого, действуя, как чауган, подхватывающий шары, хватал и уносил людские головы. Из истории неизвестно, чтобы в какую-либо эпоху тот или иной принц в расцвете юности и в пору молодости, в возрасте пятнадцати лет, так бы выступил и таким образом вписал в книгу времени свое славное имя и честь! Да, Абу ан-Назр Утби - да смилуется над ним Аллах! - в книге «Китаб-и Йамини» рассказывает, что султан Махмуд Гази - да озарит Аллах его гробницу! - был в, возрасте пятнадцати лет, когда его отец, эмир Насираддин Сабуктеген - да будет ему мир! - препоручил ему командование войском и его построением. Утби приводит по этому случаю такое арабское четверостишие.

Смысл этого тот, что он, султан Махмуд, в возрасте пятнадцати лет уже вел войска, тогда как его ровесники были заняты играми; их незрелый ум находился еще в стадии слабости и недоразвитости, а у него царственный разум, царская отвага и храбрость достигли высшей степени. Однако между водительством войска, между разгромом врага и управлением в войне слонами существует большая разница. От предводительства войсками до риска своею жизнью расстояние весьма большое. Из тонкостей божественного промысла и день ото дня увеличивающегося счастья, каковые чудесно проявлены над его хаканским величеством, следует отметить те, кои украсили его царственное семейство и его державную династию блеском и величием его мужественных детей. Что же касается его царственной могучей руки и его величия, то они придали их драгоценному бытию силу и крепость. Секта пророка, кои суть цари избранной страны, просили у всемогущего господа достойное дитя, а касты пророков, кои восседают на избранных тронах, требовали у божественного порога благородное потомство. Сказал в Коране Аллах благословенный и всевышний: «Господи, даруй мне по благости своей хорошее потомство. Поистине ты слышишь мою мольбу!» Отсюда следует, что нет более благородного дара свыше, как счастливое дитя, нет никакого подарка, противопоставляемого преуспевающим потомкам. Прямой смысл небесного откровения категорически указывает на это: «Господи наш, даруй нам отраду очей в женах наших и детях наших и соделай нас вождями благочестивых!» Ибо высокодостойные дети - свет счастливых дней своих могущественных отцов, что ясно подтверждается словами Корана: «Мы дали Давуду Сулаймана, какой он был прекрасный наш раб! Поистине он постоянно каялся перед нами» Блистательный довод в пользу того, что счастливые дети бывают результатом прибежища родителей к святейшему творцу мира и плодами их устремления и обращения к чертогу милостей и благодеяний господа-питателя. Хвала всевышнему Аллаху, вид непоколебимо существующего государства украсил с прелестью мироукрасительной грации именитых потомков его величестве ибо море, рассыпающее перлы их природных качеств, есть сокровищница божественных тайн. Величием же подобный небу внушительный высочайший двор осветился светом жизни царственных потомков, потому что их высокая энергия есть фокус бесконечного счастья, особенно тем светом в зрачке государства, светом в саду убежища веры, который осеняется тенью феникса счастья Халил Султана. Применительно к арабской пословице: «Львенок еще учится», он, подобно льву, способен возвыситься до степени миродержавия. Высоко парящий над его головою сокол счастья извещает его, что он достигнет осуществления великих целей и высоких стремлений. Из горы его храбрости будет сверкать, как солнце, рубин власти; из моря его энергии будет блистать, как светлый день, перл царского достоинства. Солнце - в апогее его счастья, которое светит с самых первых дней его жизни, а новая луна на небе - начало его господствования, которое увеличивается раз от раза в стадиях совершенства. От четырех опор его слов и действий слышится, что власть пять раз стучит перед дверью его покоя и с шести сторон мира слышится голос, что под сенью милостей его могущественного, как небесная сфера, деда, его счастливого отца он добьется осуществления своих желаний. По существующему арабскому выражению: «Он пойдет стопами счастья по широкой дороге безопасности». Язык фактов говорит о его врожденных качествах и свойствах словами последующих стихов, правдиво выражающих смысл сего…

Так как убежище шариата, наш господин, величайший верховный судья в мире Насир ал-Хакк ва-ш-Шариат ва-д-Дин Омар, - да продлит Аллах над ним тень своего покровительства! - достиг высоких степеней совершенства в извлечении пользы из очагов знания и в распространении мудрости, и поскольку в нем гармонично сочетались превосходство в храбрости и мужество с красноречием и ученостью, то уместно заметить, что он является и брачным покоем благородных нравственных качеств. Опередивши в них великих людей, обладателей нравственных доблестей, он и в опасных сражениях, где отказывались принимать участие ученые мужи и люди, подобные им, опередил храбрейших людей прежнего времени. На поприще искренней преданности и доброжелательного отношения к сему высокому дому убежища вселенной, - тень благостей которого дома да будет Распростерта над головами людей до крайних пределов мира! - названный выше Насираддин Омар опоясался поясом ведения священной войны и самоотверженности, несмотря на то, что в этом походе всё время безотлучно находился при его величестве и ни при каких обстоятельствах не отлучался от высочайшего стремени и мирозавоевательного кортежа.

Так как своим проницательным взором и знакомством с истинным положением вещей он понимал, насколько глубоки милость и сочувствие его величества, убежища халифского достоинства, к сему первому плоду из сада его царствования и государства, то по желанию его хаканского величества он украсил предисловие к сей августейшей истории и счастливой книге всяческого преуспеяния высоким именем этой молодой ветви из сада величья и могущества Халил Султана, который в рядах войск, участвующих в сражении, в битвах и стычках, со всем пылом юности, как свирепый лев, и страшный тигр, представил доказательства своей военной опытности.

Несомненно, что упоминание государей в исторических текстах является причиною увековечения их имен, а упоминание красивого молодого человека, как Халил Султан, по этой же причине навсегда останется на страницах дня и ночи. Иным способом не запечатлеть в памяти людей высокую степень и большое состояние великих людей, и никакой из даров не может заменить этого…

Теперь мы опять перейдем к изложению обстоятельств, сопровождавших каждую остановку, упоминаний о стоянках и войне за веру его величества, счастливого монарха, подробно остановившись на движении и покое победоносного его знамени в районах Индостана.

В этом походе были участниками высокая колыбель, Балкис своей эпохи и своего времени, убежище и пристанище всех госпожу мира Сарай Мулк-ханым - да умножится ее величие и да будет вечным ее целомудрие! - и победоносный принц человеческого рода, блеск господа, царственный именной перстень и рубин из копей бесконечного счастья, принц Улугбек-бахадур - да длится его правление! В тот же день последовало разрешение, чтобы они во избежание трудностей похода в благополучии и под счастливою звездою направились в столичный город Самарканд, что объяснялось любовью его величества к сему красивому, благонравному и похвальных качеств принцу, у которого на благословенном челе ясны и видны, как солнечный свет, сияния зрелости и миродержавия и признаки божественного блеска как при движении его, так и в спокойном состоянии. Всё это было -. выражено в такой степени, что без вида его счастливого лика и без августейшей с ним встречи меньше всего чувствовалось спокойствие сердца и душевное удовольствие, а не видя его дорогие черты, трудно было быть веселым.

Как ни хотелось его величеству, чтобы они находились при нем неотлучно, чтобы не расставаться ему со светом своих очей и с плодом сердца, но он подумал, что не дай бог, если жара Индостана дурно повлияет на благословенное здоровье Улугбека. Если разлука с тем дорогим его сердцу принцем создавала затруднительное положение для его величества, тем не менее высшие побуждения религиозного порядка его величества явились причиною того, что он предпочел разлуку с этим любимым ребенком. Правда, любовь, составляющая потребность человеческой природы, не давала разрешения хотя бы на один час разлучиться с принцем, но поскольку его величеству, счастливому монарху, свойственны избранные постановления и одобряемый законом образ действий, то религиозные соображения одержали верх над чувствами любви к Улугбеку. Страсть же к войне с неверными, гебрами и тиранами крепко вцепилась в подол августейшей энергии. Как бы сам принц тварей мира Улугбек-бахадур внешне ни был далек от всегдашнего присутствия при хаканском дворе и от ковра монаршего благоволения, всё же он всем своим существом, всем сердцем и душою всегда присутствовал на пространстве высочайшего двора, подобно тому, как солнце небес пророческой миссии и луна неба величия, глава послов и пророков, Мухаммад-избранник, - да благословит его Аллах и да приветствует! - когда в некоторых ведшихся им священных войнах его сподвижники - да будет над всеми ними благоволение Аллаха! - по необходимости не принимали в них участия и лишались общения с пророком и служения ему; говаривал: «Ни на одной остановке, ни в одной долине не случалось перехода без того, чтобы они не были в общении с нами и в созерцании нас, иначе говоря, перед нашими духовными очами они были неотделимы от безотлучного при нас пребывания». Сказал посол Аллаха: «да благословит его Аллах и да приветствует!» - «Поистине Аллах не смотрит на образ ваш и дела ваши, но он взирает на сердца ваши и на ваши намерения». Художник предвечности, - да будет он могущественным и великим! - создав всякий цвет, заключил в него определенное значение, кроме которого обширный ум ничего другого не признает. Извечный мастер, выводя из-за завесы потустороннего мира на равнины всеобщего обнаружения каждый образ, заключает в него определенное качество, которое святой дух, кроме него, другому не отвешивает.

Его хаканское величество также на всех станциях и переходах хранил в памяти дорогой образ своего внука и уделял воображаемому созерцанию его потаенный уголок в своем сердце.

Словом, мирозавоевательная мысль его величества приняла решение отправиться «священною войною» на неверных и приложить всяческие усилия, чтобы устранить тиранию и злоумышления разбойных элементов и даровать мусульманам освобождение от всего этого, чтобы купцы и все приходящие и уходящие могли посещать эти страны в полной безопасности, а мусульмане Со спокойною душою могли бы жить под покровительством справедливости и хорошего обращения.

Государь рода человеческого, султан султанов мира, наиболее достойный из царей суши и океана, есть Гийас ал-Хакк ва-д-Дин султан Махмуд-хан, высота происхождения и величие дома которого возвышаются над эфировым сводом, над вершиною солнца и блестящего месяца, превосходство военных достоинств которого признает его хаканское величество. Исходя из нужд миродержавия, его величество всячески заботится об укреплении его могущества на престоле государства и во всякой стране ислама, которая оказалась захваченной его величеством, он хутбу и монеты украшает его августейшим именем и титулами, так что молва о благородстве сего потомка великого рода Чингис-хана охватила весь мир, а упоминание о его правлении, о его достоинстве, как венценосца, и о его царственном господстве с быстротою ветра распространилось по разным странам мира, будучи написано пером Меркурия на страницах Солнца и Луны. Этот славный султан Махмуд-хан соизволил отправиться из вышеназванной остановки из Кабула; с ним выехали сопровождавшие его на правах служения ему именитые принцы и великие эмиры, кои суть свет очей святых, огонь, прожигающий вражескую грудь, и крепкая мышца царства и нации, вроде принцев Султан Хусайн-бахадура, Рустам-бахадура и Джахашнах-баха-дура, Гийасаддин «тархана», Хамза Тугайбуга «барласа», эмира Шайх Арслана, Сунджик-бахадура и прочих эмиров.

Девятого числа месяца зу-л-хиджжа явились послы от Тимура Кутлуг-углана, от эмира Идику и Хизр Хаджа-углана. Удостоившись облобызать высочайшую подстилку, они сделались полными соучастниками вкушения вина царской милости. Они были обласканы его величеством, в честь их было устроено пиршество; на них были надеты великолепные халаты; их просьбы были удовлетворены в форме писаного высочайшего победоносного указа, и они получили разрешение вернуться обратно. Смысл посольской миссии каждого и содержание привезенного каждым послом письма, поскольку послы были приняты, как высокочтимые начальники, были такие: «Мы все выкормлены милостью его величества, счастливого государя; введенные в чертог убежища вселенной и допущенные к его небоподобному двору мы в течение некоторого времени по наущению сатаны и под влиянием наших дурных страстей вышли из пределов служения и из сферы повиновения ему и, подобно смущенным и растерянным ворам, скитались в пустынях без пристанища. Теперь же вследствие направления руководящего ума и правильного образа мышления мы снова обрели правильный путь и настоящую дорогу, открывшуюся нам от очей мудрости, овладели опять пониманием необходимости подчиняться ему, которое до сего вышло было из рук содействия нам. Несколько времени мы шли, повинуясь влечению своих страстей и не зная, какого отчета от нас потребует жизнь. Мы раскаиваемся теперь перед этим великим государем и надеемся, что оттуда, где содержатся хаканские милости, он прикроет наши прегрешения подолом поблажки и снисхождения, зачеркнет чертою прощения страницы наших грехов и проступков, чтобы после сего мы были на большой дороге повиновения и подчинения ему непоколебимыми и стойкими. И мы - те же самые рабы и слуги его, как и все; слуги и подчиненные, какими мы были…

Его хаканское величество благосклонно принял их извинения, удовлетворил их просьбы и нужды, пожаловал им указы, украшенные прощением и укрепленные высочайшею печатью милостей, и послал вместе с ними достойные подарки его царственного благоволения. Веселые, довольные, счастливые и в спокойном состоянии они вернулись восвояси. Роза радостного настроения выставила лицо из бутона достигнутой цели: запах удовольствия с луга удовлетворения желания донесся до обоняния сердец. Получив полную долю из сокровищницы его беспредельных милостей, взяв обильную часть из казны его бесценных благодеяний, счастливые и умудренные люди со всех концов мира с надеждою стремятся к тому, чтобы занять благородное место у этого порога, касающегося райских садов. Благосклонно принятые и удостоенные высокомилостивого взора, они ожидают и надеются, что достигнут у сего небоподобного по могуществу порога благоприятного для себя случая.

В тот же день было и то, что эмирский сын Шайх Нураддин Мухаммад, сын эмира Сарыкбуга, который, принадлежа к знати н приближенным высочайшего двора, достиг при дворе убежища вселенной, счастливого монарха, высоких степеней и цветущего положения и был утвержден его величеством в должности даруга в области Фарса, с захваченной добычею, счастливый и радостный, прибыл в августейший лагерь. Прояснив свои счастливые глаза прахом благоприятствующего высочайшего кортежа, он доставил в этот юрт, в ставку его величества, солидные подношения: охотничьи птицы, вереницы верблюдов, мулов и арабских коней, обитые золотом седла, дорогие конские уздечки, превосходные щиты и другое оружие, разные редкие вещи, традиционные девятки платьев и одеяний, драгоценные камни и золотые и серебряные приборы. Всё это ошеломляло зрителя, пальцы же счетовода от подсчета подношений приходили в утомление. В течение трех дней секретари дивана последовательно записывали всё это на приход. Приготовив в надлежащем порядке тетради, они и великие эмиры представили их на высочайшее благовоззрение.

Все эмиры в этот день собрались и представили доставленное на могущественное обозрение счастливого монарха. С самого появления утра на подковообразном горизонте, когда небо положило, как подарок на блюдо, золотой диск солнца, почти до полудня он пропускал перед высочайшими глазами эти подношения Шайх Нураддин Мухаммада. В тот день на этом собрании присутствовали послы, посланники, высокие представители войска окрестных областей вроде Тайзи-углана, прибывшего с посольством из Китая, и послов Тимур Кутлуга. Все они смотрели на эти драгоценные вещи и на все эти бесподобные формы выражения услуг и удивлялись тому, что один из рабов его величества вроде этого эмирского сына смог представить такого рода подарки на высочайшее благовоззрение. Его величество изволил пожаловать всем посланникам и представителям от военачальников разнообразные предметы из этих превосходных подарков, сделав их издольщиками в представленных ему редкостных вещах. Старания эмирского сына Шайх Нураддина удостоились чести получить высочайшее одобрение и похвалу, и он был по-царски обласкан. Вследствие этого его голова от гордости поднялась до небес, и он языком фактов говорил: «Могу ли я не быть обязанным его величеству за такую милость, от которой глаз моей надежды осветился светом счастливого лица и августейшим его хаканского величества видом, а площадь моего желания превратилась в цветник от дуновения зефира счастья, выпавшего на мою долю»,

На этой же остановке многие из подданных и народа области Ирийаб принесли жалобу на притеснения и несправедливости, испытываемые ими от разбойников-афганцев, племя которых называлось вазказни. Они говорили: «Этот сбившийся с пути народ предал на поток и разграбление наше достояние, захватил наши земли и имущество, напал ночью на эмира нашей тысячи, который был из числа рабов вашего величества, убежища халифского достоинства, и в ночной резне убил его. Теперь этот вилайет захвачен афганцами, которые засели у начала путей, и ни одно существо не сможет по ним благополучно пройти и проехать от чинимых ими обид».

Когда его величество услышал об этом, в нем загорелся огонь заботы о благе подданных и поднялся кверху небывалым языками; его благословенное лицо изменилось, и знаки злоб показались в складках его бровей и августейшего лба. Оставив вследствие этого путь на Газнин, он избрал путь на Ирийа Он шел, сопутствуемый со дня на день увеличивающимся счастьем в степени постоянного согласия с его желаниями и благоприятствующей удачей в местах, где он требовал подчинения и сдачи себе, когда, наконец, его мирозавоевательное знамя достигло подступов к крепости Ирийаба и в ее окрестности натянулись веревки шатра величия и счастья. Крепость та была известна; она была так обширна, что посреди помещались соборная мечеть, другие большие мечети, дома и разные высокие здания, но афганцы опустошили эту крепость и сильно ее разрушили. Его величество прежде всего решил восстановить здание основ религии, которая была в поле зрения августейшего внимания, и поставил целью своего высокого ума восстановить благосостояние мусульманской страны, что всегда являлось неразлучной спутницей его светозарной мысли. Ради народа и обитателей той области, ради безопасности путей и благополучия будущего и настоящего положения последовал письменный мирозавоевательныи указ, чтобы ту крепость Ирийаб опять восстановили. Всё сословие ремесленников и подмастерьев, собравшись, столь большую крепость в течение четырнадцати дней восстановило и привело в благоустроенный вид; дома, бывшие внутри крепости, были заново отстроены. Окончание восстановления и отделки соборной мечети, расположенной посреди крепости, было возложено на эмира Шах Малика и величие ислама. Всех разбойников, которых называют вазказни, привели в августейший лагерь, где они внешне выразили покорность и явно положили головы на черту рабского служения его величеству, а ноги поставили в круг повиновения и подчинения ему. Два-три дня они исполняли условия службы и, находясь в составе высочайшего кортежа, медь, покрытую золотом лицемерия, выдали за наличные чистые деньги верности. В конце концов мерзость их сердец, уловки и коварство воочию обнаружились, и их воровской характер, который глубоко пустил корни в их природу, вырвали с головою.

В ночь на пятницу шестнадцатого числа зу-л-хиджжа афганцы попытались убежать и уйти из крепости. Но так как слуги его величества держали под своим наблюдением крепостные ворота и охраняли их, афганцы не могли пробраться из крепости наружу. На утренней заре, когда Джамшид-солнце был еще далек от горизонта восхода и царственные планеты собрались за скрывавшей их завесою, афганцы, воровски подкравшись, бросились на караулы и ранили некоторых из рабов высочайшего. На следующий день, когда блестящее утро подняло с лица вселенной черное покрывало ночи и сверкающий, как алмаз, меч сорвал с солнечного лика щит, солнце украшающей мысли его величества узнало о коварстве афганцев и осветило тьму этого положения. В пятницу, в полуденное время, последовало повеление высочайшего, которому повинуется мир, чтобы взяли задержанных изменников и окрасили кровью этих злодеев блеск кинжала и закалом огнеподобного меча бросили на землю унижения тела этих злополучных люден, кои подняли взор бунта. Двести этих воров было перебито, их души были вручены владыке ада, и зло, причиненное этими злонамеренными людьми Мусульманам, было в корне пресечено. Жены, дети и имущество их были переданы тем обиженным жителям области Ирийаб, которые испытали от рук этих людей бесчисленные притеснения и насилия, родственники же их были перебиты. Большую часть этого афганского племени и большинство захваченных в плен главарей разбойников отдали старейшинам крепости Ирийаб и наследникам убитых разбойниками людей, чтобы эти наследники осуществили полагающуюся по непреложному шариату кровную месть, отомстив тем самым за насильственную смерть близких своих.

Всякий, являющийся началом зла и беззакония, попадает в конце концов в шестистворчатый круг бед, во власть несчастья и тяжелого положения и испивает чашу своей преступной развращенности и несправедливости.

Сословие истинных господ и людей, шествующих путем веры, чтущих бога и отшельников и путешествующих по миру, каким языком могут воздать благодарность за дарованное благо этому счастливому монарху, величием подобному Александру Великому, в августейшую эпоху которого открылся день базара безопасности и спокойствия, темная ночь мятежей обратила тыл, огонь отнял руку угнетения от края легко загорающейся ваты и вода благодаря соседству с камнем прекратила крики о помощи? Естественно, что каждое сословие людей всеми способами молитвенно поднимает руки и просит долгой жизни его величеству у святейшего царя царей - да будет он прославлен и возвеличен! Безмятежность личного покоя и спокойствие своего времени они умоляют продлить над его могущественной державою, ибо спокойствие народа под его сенью.

Когда закончилось устройство дел области Ирййаб и тамошние дела упрочились, семнадцатого числа месяца зу-л-хиджжа его величество изволил выступить оттуда, направив свое победоносное знамя в страну шинвариев. По прибытии туда он изволил находиться в пределах этой страны в течение двух дней. Случилось так, что по высочайшему приказу был выделен отряд войска в несколько тысяч всадников, чтобы они отправились к крепости Н. г. р., а принц рода человеческого, Халил Султан-бахадур, на благословенном челе которого светилось, как сияющее солнце, раннее утро счастья, с группою великих эмиров пошел бы дорогою через Кабчигай, в местность Бану. Перед этим в Кабуле был издан приказ, которому повинуется вселенная, чтобы принц Сулайман-шах выступил с хорасанскими войсками для постройки крепости Н. г. р. Девятнадцатого числа упомянутого месяца зу-л-хиджжа победоносные войска достигли укрепления Н. г. р. Принц Сулайман-шах и эмиры, прежде его выступившие в эти пределы, уже построили крепость Н. г. р. Приложив все усердие к тому чтобы крепость была прочна и крепка, Сулайман-шах и эмиры в ожидании соединения с находящимися в пути могущественными, как небо, знаменами главных сил Тимура довели до августейшего сведения, что племя парнийани, которому был дан письменный приказ завоевателя мира, чтобы оно пришло со своим войском в лагерь убежища победы и опоясалось поясов службы его величеству и безотлучного при нем пребывания, не выказало повиновения и не прислало войска. Как прекрасно, что злонравие народа на пути обмана такого государя, который осведомлен о тайнах неба, проявляется лишь внешне и не соответствует внутреннему настроению! Как отрадно, что заблуждение того или иного племени, которому пришла в голову мысль о неповиновении, выйдет лишь на один кончик волоса из границ рабского служения его величеству!

В тот же день его величество сел на быстроходного коня, объезжающего вселенную, быстрый ветер от которого в день битвы не видел и зефир, облетающий мир, а поднимаемую им густую пыль не пронизывал и пронзительный северный ветер.

Воссев на коня, его величество направился против тех стран. Его победоносное войско, которое пресекает день неприятельской атаки, подков коней которого и во сне не видит колесо, двигающее вселенную, а лев, сидящий в колеснице небесной сферы, не рассекает пыли, поднимаемой копытами его лошадей, обрушилось набегом на племя парни. Много народа из него отправили в адский огонь блеском закала индийских сабель и копытами своих быстрых арабских коней подняли пыль с макушек голов парниев. Жены, дети, имущество и вся утварь, и запасы пищи этих разбойников были отданы на расхищение и разграбление, их дома были сожжены, а пепел развеян сильным ветром гнева его величества. И дым мщения, поднявшийся с поверхности земли, достиг до самых Плеяд. Скопище парниев обратилось в бегство. Мироукрасительная мысль его величества, видящая в зеркале существующего положения вещей образы будущего, и прекрасная распорядительность, назад отдергивающая кончик нити предопределенного, признали за благо остановиться в этих горах, дабы с божьей помощью и с господним покровительством весь этот мятежный народ захватить в плен, изгладив их зло со страницы времени, освободить все пути в той области от страха и опасностей, причиняемых разбойниками и бунтовщиками, охранить переправы и дороги от вреда, наносимого предерзостными грабителями, и освободить купцов и караваны путешественников из оков бедствий и тенет изнурения.

Тем временем главарь этого народа, движимый чувством преданности и искренностью своих намерений, направился в августейщую ставку и там, где пребывал величайший монарх, - да пребудет это место всегда Кабою надежд человеческого рода! - совершил обход и удостоился облобызать высочайший ковер. В качестве средства своего спасения он принес покаяние и просьбу о прощении в своих проступках. Благороднейшая высочайшая мысль, которая своею царственною проницательностью по внешним проявлениям безошибочно судит о внутреннем состоянии человека, ясно уразумела истинность его намерения. В благословенном уме счастливого монарха запечатлелось одно, что этот человек по чувству своей правдивости и искренности отвернулся от разбоя, воровства и мерзостного поведения. С чистым сердцем придя в местопребывание мира и рабского служения, получил за преуспеяние в своей правдивости полную долю из сокровищницы царственных милостей и государева милосердия, а из семени своей добросовестности получил плод избавления от наказания.

Принц Сулайман-шах после того как устроил и привел в надлежащий вид крепость Н. г. р., как об этом было выше упомянуто, получил известие, что племя килати, являющееся сильным, многочисленным и представительным, допустило задержку и промедление в повиновении мирозавоевательному ярлыку его величества и до сих пор не послало своего войска в августейший лагерь. Когда Сулайман-шах узнал об этом, то он за два дня до прибытия высочайшего кортежа выступил из крепости Н. г. р. со своими войсками и свитою, сделал набег на то племя и, несмотря на то, что в нем были люди сильные и могучие, он их всех победил и вверг в несчастье; некоторых предал блестящему мечу и сыплющему искры кинжалу, некоторых пленил; извлек ветром грабежа и погрома дым из их домов и имущества, а детей взял в плен. Во исполнение же августейшего повеления он выступил из пределов страны племени килати и присоединился к лагерю убежища вселенной, соблюдая все правила геройства и воинской чести. Утро удачи и победы взошло с востока счастья, и естественным образом он испил из чаш царственных благосклонностей и милостей сладостную холодную воду; он облекся в халат государевой ласки, полученной из сокровищницы попечения его величества о своих рабах и щедрых к ним милостей.

В первый день месяца мухаррама 801 года (13 сентября 1398 г.) его величество вернулся из мест, занятых племенем парниев, и остановился в окрестностях крепости Н. г. р. Восьмого числа упомянутого месяца знамя убежища победы простерло свою тень над берегами реки Синд, и веревки, натягивающие царственную палатку, протянулись до самой яркой звезды Аййук. Последовал приказ, коему повинуется вселенная, чтобы через реку Синд навели могольский мост. Тотчас приступили к делу и построили прочный мост, подобного которому не было ни у кого из прежних государей, и могущественная рука прежних хаканов была коротка, чтобы соорудить подобный мост. В этот день некоторые послы прибывшие из окрестных государств, получили распоряжение отправиться обратно, вроде сейида Мухаммада Мадани, который прибыл от обоих священных мест Аравии, из Меккй и Медины, - да прославит всевышний Аллах их оба! - к порогу убежища вселенной, являющегося Кабой всех упований рода человеческого. Посольские миссии всех султанов, эмиров и благородных людей того государства, известив его величество о целях своего приезда, доложили его могуществу, что они пребывают в ожидании и надежде на то, чтобы мирозавоевательные знамена, как феникс распростерши свои крылья, бросили тень на головы всех, и те земли, на которые падет тень, его величество взял бы под свое милостивое покровительство и под сень своей защиты. В числе послов в августейшем лагере были также послы Искандар-шаха кашмирского, которые засвидетельствовали от имени своего государя выражение готовности служить и повиноваться его величеству. Выполнив его поручение, они должны были вернуться обратно. Последовал высочайший приказ, коему повинуется вселенная, чтобы Искандар-шах лично удостоился явиться в город Дибалпур для лобызания высочайшего ковра вместе со своими войсками и свитою. Во вторник двенадцатого числа упомянутого месяца мухаррама победоносное знамя его величества соизволило переправиться через Синд и остановиться на окраине Чул-и Хусрау. Эти пределы его величество сделал центром своего могущества и величия и местом своего счастливого лагеря.

Эта степь Чул-и Хусрау известна в исторических сочинениях под названием Чул-и Джалали по той причине, что, когда султан Джалладдин Манкубарти убежал от Чингиз-хана, последний отправил в погоню за ним войско. Султан бросился в эту степь и тем спасся от монголов.

На окраину этой степи, на территорию, занятую небоподобным могуществом, направились, чтобы стать проводниками вечно бодрствующего счастья, начальники и раджи гор Джуд. Они надели на шлемы ошейники рабства, положили головы на черту подчинения его величеству, вступили в сферу повиновения ему и постарались выполнить требовавшиеся от них условия предоставления скота для армии, соблюдения обычаев подношения подарков и соблюдения военной службы.

Щедрыми и, как солнце, блистательными милостями и благодеяниями его величества они были осыпаны. Последовали высочайшие приказы, коим повинуется мир, относительно внимательного к ним отношения и соблюдения их интересов, и они, довольные, со спокойной душой, в безопасности и благополучии вернулись на свою родину. Во всяком случае молодое дерево Дружбы и покорности, будучи продуктом собственного преуспеяния, принимая великодушную поливку луга верности и искренней службы, приносит в результате счастливый плод.

Перед этим в течение нескольких месяцев эмирский сын Рустам Тугайбука «барлас» неоднократно направлялся его величеством с несколькими тысячами кавалерии в направлении Мултана и оставался там по нескольку дней, в результате этого тамошние раджи опоясались поясами покорности и безотлучного пребывания в свите его величества, выполнили причитавшуюся с них поставку фуража и продовольствия и проявили отличную готовность служить интересам его величества.

Разумеется, они удостоились достойных и бесценных милостей и беспредельной благосклонности; охранение же прав каждого слуги является одной из обязанностей его величества, счастливого монарха, а наблюдение за службою слуг есть одно из свойств и качеств хаканского двора.

Просмотров: 1747