А. А. Сванидзе

Средневековый город и рынок в Швеции XIII-XV веков

2. Оформление сделки и складывание коммерческого делопроизводства

 

Первый же вопрос, который решается правом в отношении рынка – правомочность вступления в сделку и самой сделки. Согласно Биркрэтту, сделка считалась действительной, если она сопровождалась следующими последовательными действиями: "битье по рукам" продавца и покупателя (handzlagh, vpslaghi), пожертвование последним в пользу церкви или бедняков (denarium Dei, gozpaeningar), уплата им задатка (fxstpaeninger), наложение на товар клейма нового владельца, "обмывание сделки" (lidköpit)250. Судя по областным законам, большая роль при сделках, прежде всего па недвижимость и крупную движимость (драгоценности, скот и др.), отводилась свидетелям251. Законодательство XIV-XV вв. и городские книги XV в. подтверждают эти правила252, в том числе о свидетелях. Так, согласно Законам о воровстве Стадслага253, если некто был обвинен в том, что не купил, а украл те или иные товары – скотину254, изделия из золота и серебра или другие ремесленные изделия, оружие, одежду ("раскроенное сукно") или что-либо подобное, он мог отвести обвинение, доказав законность совершенной покупки при помощи тех же двоих свидетелей, которые при ней присутствовали. Товары, которые упоминаются в связи со свидетелями сделки, здесь, как и в других случаях, те же, что перечислены в гл. 1 Законов о торговле.

Гласность, публичный характер сделки остаются важнейшим правилом ее оформления. Этот факт очень важен: он говорит об относительной узости профессиональной торговли. К такому же выводу приводит и сравнительно позднее – примерно в конце XIII – начале XIV в. – признание необратимости торговой сделки. Возможно, de facto это правило действовало и раньше, но формально оно фиксируется лишь в Стадслаге, где выглядит законодательным нововведением. Действительно, по Биркрэтту и Земским законам, сделка на движимость, оформленная в соответствии с перечисленными правилами, могла быть в течение какого-то времени (например, до захода солнца следующего дня) расторгнута, т. е. произведен обратный процесс размена товара и платежных средств. Стадслаг допускает расторжение только "незаконной сделки" (olagliga køpslaghan)255, а именно – при недееспособности сторон, доказанной "фальсификации" товара256, несоблюдении установленных правил о времени, месте и т. д. торговли. Правило 9 необратимости законного коммерческого соглашения было, конечно, важным шагом к упорядочению рынка.

Правом вступать в сделки обладали совершеннолетние граждане обоего пола, являвшиеся владельцами продаваемого товара или уплачиваемых за него средств либо законным образом уполномоченные на совершение подобной сделки соответствующими владельцами. Шведское законодательство предупреждало от вступления в какие-либо отношения, чреватые материальными обязательствами, в частности в торговые сделки, с лицами, не располагавшими собственным имуществом, кредитом, необходимыми полномочиями. Согласно областным законам жена бонда имела право купить не более чем на 8 пен; сын, если он жил на отцовском коште, либо приравнивался к рабу и слуге и вообще не мог самостоятельно вступать в сделки, либо имел право на покупку предмета относительно ограниченной стоимости257. Земские законы XIV и XV вв. не упоминают в данной связи взрослых сыновей, но по-прежнему подчеркивают недействительность сделки, совершенной без согласия главы домохозяйства, если в уплату пошло более 4 пен, а также сделка с ребенком, слугой (служанкой) или с женщиной (женой)258. Стадслаг в отличие от Земского законодательства – и это весьма примечательно – наделяет замужнюю женщину полномочиями в области коммерческих отношений; реальность этого правила подтверждается затем свидетельствами дипломов и Памятных книг259. Нельзя вступать в сделки лишь с несовершеннолетним членом семьи и слугой, не имевшим полномочий от хозяина; судя по некоторым материалам, неправомочной была и девица, живущая в доме отца260.

Стадслаг подтверждает и правило о первой покупке. В принципе это правило означало право на приобретение товара первым же покупателем, предлагавшим "справедливую цену", и одновременно незаконность спекуляций, перекупки и так называемой "предварительной покупки" (förköp, farkøb) – приобретения товара до его поступления на законный городской рынок, т. е. вне положенного места, времени, формальностей. Общими преимуществами здесь пользовались представители властей, которым, например, по-прежнему дозволялось первыми выбирать товар, прибывший па любом корабле261. В этом отношении Стадслаг пошел дальше Биркрэтта.

Еще одно важное нововведение Стадслага касалось сделок на недвижимость. Известно, что Земские законы отдавали родичам преимущественные права в отношении arvegods – унаследованной недвижимости (право бюрда). Городские законы подтверждают это правило в отношении земли и подворья, но еще и в XV в. соблюдалось в практике отчуждения недвижимости262 оно не всеми и не всегда. Некоторые сделки по поводу недвижимости в пределах города, зафиксированные в стокгольмских земельных книгах, совершались либо вообще без участия (согласия) родичей, либо при участии (согласии) лишь прямых наследников. Когда же речь заходит о типично городских видах владения недвижимостью, родичи и вовсе отходят па задний план. Так происходит, в частности, при отчуждении доли в доме пли усадьбе, эксплуатируемых совладельцами. Если один из них хочет продать свою часть владения, правом преимущественной покупки, согласно городскому закону, обладают не родичи, а соседи по дому (widherboande mannenum, byggiandenom), родичи же могут лишь во вторую очередь – в случае отказа соседей – воспользоваться своим правом263. Если учесть нарушение права бюрда в практике купеческих компаний, ремесленных гильдий и в ходе кредитных операций, если вспомнить положение Стадслага о замене наследственной земли как ценза городского полноправия обычным (любым) земельным, владением либо денежным достоянием, то приходится признать факт разложения в городе права бюрда, отчасти констатируемый законом.

Еще одно существеннейшее достижение города – сосредоточение нотариальных операций, прежде всего по сделкам. Если сделки с движимостью, прежде всего рыночными товарами, проходившие непосредственно через торг, оформлялись главным образом путем устных соглашений, то сделки с недвижимостью, вообще все операции, с ней связанные, оформлялись в городских магистратах. Городские писцы-нотарии составляли диплом (купчий, закладной, передаточный и т. п. документ), его подписывали свидетели, бургомистры и советники города, затем ставились их печати и печать самого города (Stadz insigle)264; запись о сделке заносилась в городскую Земельную книгу. Если недвижимость располагалась в пределах города, сделка непременно оформлялась в магистрате, даже если обе стороны не были горожанами265. Сплошь и рядом магистраты оформляли также сделки на недвижимость в деревне266, в том числе переходящую от вотчинника к вотчиннику267, несмотря на то, что формально Стадслаг относит такую сделку к Ландслагу, т. е. к компетенции земских властей, а не городского закона (stadzins laghnm)268. Из 186 поземельных грамот, свидетельствующих владельческие права Арвида Тролле (по 1500 г. включительно), 90 были оформлены в городах269, причем это делалось и тогда, когда сама сделка совершалась через территориальный тинг, т. е. недвижимость располагалась вне пределов городской юрисдикции270.

Делопроизводство, нотариальная служба усиливали не только коммерческую роль городов, но их роль как центров гражданской администрации, которые влияли на общественную жизнь, на государство через бюрократические каналы271.

При оформлении сделки город требовал, чтобы все товары продавались "такими, какими они являются", и "каждый за себя"272. Это был важнейший закон рынка, направленный против "фальсификации" товара, т. е. его фактической подделки или выдачи за другой – иного качества, размера, сорта. При формулировании этого закона Стадслаг называет прежде всего продукты питания, а также воск и ароматические вещества (курения – rökilse), необходимые для церковной службы273. Но это было общее правило, которое действовало и на свободном рынке, и при приобретении товаров, сделанных на заказ в ремесленных мастерских274. Его соблюдение достигалось следующими мерами: свидетельством изготовителя или первого владельца, которые ставили на вещи свое клеймо; контролем за качеством товара на рынке, в порту, у ворот и т. д.; экспертизой товара – в случае жалобы на его "подделку"; наказанием "фальсификатора".

Клеймо или печать (merkie, merke) как знак собственности и удостоверение качества фигурирует уже в Биркрэтте. Стадслаг говорит о печати особенно в Законах о торговле, в связи с порядком экспорта стапельных товаров, которые помечались не только клеймом владельца275, но и печатью вывозной гавани276. В XV в. клеймение товара личным тавром предписывается цеховыми уставами и внутригородскими постановлениями277.

Контроль за качеством товара был многообразным. Местные ремесленные изделия проверялись цеховыми и городскими властями, привозные товары – в процессе таможенного досмотра, который производили в фискальных целях; качество и состав экспортных товаров проверялись в вывозных портах278. В составе муниципалитетов были особые советники, проверявшие па самом рынке торговлю хлебом (brodh skodare), другими продовольственными и главными промышленными изделиями, меры и вес ("упаковщики" – pakkarene), деньги и т. д. Если покупатель жаловался, что приобретенный им товар "фальшивый", город назначал экспертную комиссию из 12 чел.; в случае подтверждения жалобы товар публично сжигался, виновный платил высокий штраф, покупателю возвращались его деньги279. Иногда требовалось целое расследование, чтобы обнаружить того, кто первым фальсифицировал товар либо пустил фальшивый товар в рыночный поток280. Видимо, в шведском городе применялось правиле caveant emptor, согласно которому факт продажи вещи вовсе не означал ручательства за ее качество; если покупатель не потребовал у продавца такого ручательства281, он принимал риск сделки на себя и мог взыскать убытки лишь уличив продавца в умышленном обмане. Продавец же старался оправдаться тем, что сам был обманут при приобретении данной вещи. Поэтому в городские магистраты время от времени приходили группы людей, которые клялись, что такой-то продавец отнюдь не фальсифицировал (либо, напротив, фальсифицировал) данный товар282.

Наказание за незаконную сделку было строгим. В каких-то случаях Стадслаг отсылает к уголовному праву, главным образом. Законам о воровстве. Но чаще Законы о торговле предлагают свой приговор, нередко более суровый, чем соответствующее взыскание Земского законодательства. Так, за фальсификацию товара Ландслаг Магнуса Эрикссона присуждал к 3 мк штрафа, а Стадслаг – к 40 мк, причем распространял на эти разделы правило об уплате долга телом (отработке), обычно прилагавшееся всякий раз, когда штраф составлял столь значительную сумму283.

Городское делопроизводство, правовое регулирование сделок вели к их упорядочению и стимулировали рыночные отношения в целом.



250 Bjr, b. 38. О внесении "божьих денег" говорится еще в судебнике Сёдерчёпинга, более древнем, чем Биркрэтт.
251 SdmL, Km, b. 1, 2; VmL, Km, b. 2 (сделка на рынке между горожанином и жителем деревни, свидетели приглашены обеими сторонами); ср.: ChrL, TjB, XV; KmB, I, IV, V ("köptwitnom").
252 MESt, KmB, I.
253 MESt, TjB, I, 2; ifr; ibid., RB, VII, 1, XXXIII; BgB, XV, 2.
254 Лошадь или рогатый скот. – Stadslag, s. 133. anm. 2: s. 283, anm. G.
255 Cp. Atb, s. 2.
256 St. tb 2, s. 34.
257 ÖgL, D, b. 10(2), 21: на 3 мк серебром, в случае надобности заменив их на 6 мк пен., 3 мк вадмала (по эре за 12 локтей), 3 взрослых крупных рогатых скотины.
258 ChrL. KraB, IV; Add. С 2 (s. 42).
259 St. tb 1. s. 6 а. о.
260 Речь, собственно, идет о незаконности покупки у таких лиц (MESt, KmB, III. 1); St. tb 1, s. 40, a. 1475. Совершеннолетие наступало в 15 лет (MESt, SviB, IX).
261 MESt, SkB, I (право королевского фогда или замещающих его лиц).
262 MESt, JB, I; ATjb, N 175, 176 (покупка двора в городе с соблюдением права бюрда "в соответствии со Стадслагом").
263 MESt, BgB, IX, 2. Здесь речь идет о доме, который был построен несколькими семьями (как бы в складчину), заселившими затем разные его этажи; в одной из рукописей Стадслага также соседи названы "состройщиками" – byggiandenom, widherbyggiandenum.
264 ATjb, N 129 (Векшё, а. 1480).
265 ATjb, s. 250-251 (1494 г. – сделка между бюргером и небюргером на землю в Сёдерчёпинге), № 84 (1475 г. – сделка па двор в Нючёпипге между двумя дворянами); ср. № 50, 128 и др.
266 См. дипломы из Вадстены, Линчёпинга, Стренгнесса. Або (SMR 32, 44, 221, 254, 406), Шеннинге, Стокгольма (DS, № 1351, 7415), Чёпинга (Ör. perg. Revals museum. Fot. – RA).
267 Векшё, а. 1436 (SMR, N 488).
268 MESt, JB, XI, XIII; XVI, 1.
269 В Стокгольме, Вадстене, Векшё, Вестервнье, Кальмаре, Лючёпинге, Шеннинге, Арбуге, Скаре, Сёдерчёпинге, Линчёпинге, Хальмстаде (Сконе), датском Копенгагене.
270 ATjb, N 77, 91, 174 а. о.
271 Ср.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 28, с. 322.
272 "Alt godz skal saljas epler thy thet är, ok hwart vm sik" (MESt, KmB, III, 2).
273 Ibid., b. III; op. b. II, XIX, 2.
274 Об этом говорят буквально все уставные предписания.
275 Ср.: "sub ejus signeto" (LUB, 2 Abt., Bd. I, N 23, a. 1484).
276 MESt, KmB, XXI; cp. KgB, XVI ("каждый город должен иметь свою печать"). Личные клейма от тюков с тканью найдены при раскопках гавани Нового Людоса (Andersson IL, Altman A. Nya Lodose, s. 16).
277 So, s. 64, 162, 221 o. a.: St. tb 2, s. 152.
278 MESt, KmB, II, XVI, XVII, XIX, XX, XXII, PRF, N 203, 276-278, 281, 288; MSUB, s. 2, II, 13. 348; So, s. 49, 63, 144 o. a.; St. tb. 1, s. 189, 298 o. a.; St. tb 3, s. 103; DD, N 855, 944 о. a.
279 MESt, KmB, III.
280 St, tb 2, s. 107, 151, 152, 150, 157.
281 Ср. право Висбю: покупатель должен проверить, "что он покупает" (Vst, II, 35).
282 St. tb 1, s. 1; ср. MESt, KmB, II.
283 MESt, KmB, II, III, XIV, (2) o. f. а. Кроме того, Стадслаг требовал 6 или 12 свидетелей, а Ландслаг – 3 или 6. В Памятной книге Йёнчёпинга имеется и такое свидетельство: бонд из вестйётского херада Кинд был уличен в том, что на ярмарке (vm marknadhin) в Йёнчёпинге продал два куска масла, внутри которых были камни. Его присудили к смерти либо к уплате штрафа в 220 мк (!): 100 – королю, 100 – городу, 20 – жалобщику (Jib, s. 14).
Просмотров: 1669