А. А. Сванидзе

Средневековый город и рынок в Швеции XIII-XV веков

1. Консолидация и характер земельных владений феодалов

 

Постановления о "деревенской торговле" называют среди нарушителей городской торговой монополии пасторов, клириков, свенов, служащих (должностных лиц – ämbetsmän) и "урожденных фрельсисманов"1278. Это представители господствующего класса и министериалы, социально противостоящие крестьянству и горожанам, но отнюдь не однородные.

Система господского землевладения в рассматриваемый период характеризовалась тенденцией к перераспределению земельной собственности и связанных с ней прав в пользу верхушки класса феодалов. Отмеченная тенденция более всего коснулась двух сфер: отношений между коронными (государственными) и частносеньориальными владениями и отношений между сеньориальными владениями разного типа.

Согласно средневековому обычаю вся общинная земля в государстве принадлежала короне, являлась ее регальной собственностью. Возникновение земельной регалии (grundregalen) шведских королей принято относить примерно к последней трети XIII в.: историографическая традиция, опирающаяся на документы первой четверти XVI в., гласит, что в 1282 г. риксрод, собравшийся в Стокгольме, заслушав жалобы Магнуса Ладулоса на значительное оскудение королевских финансов, принял решение (Helgeandsholmensbeslutet) предоставить королю верховное право собственности на все имеющиеся в стране земли и их богатства: рудные залежи, самые крупные и обильные рыбой водные бассейны (шхеры, заливы, озера, проливы, протоки и т. п.), а также на самые большие лесные массивы. Все эти земли обязаны короне земельным налогом (skatt) и податью (avrad); последняя представляла собою долю промысловой добычи и обычно равнялась 1/3 ренты. Уже к концу прошлого века историки оспорили подлинность хельгеандсхольмского решения1279. Однако первые следы права короны на общинные земли действительно восходят к еще более раннему времени – к XII в., когда "коронные альменнинги" занимали до 1/3 общинных земель в ряде территорий свеев1280. Судя по грамоте от 1303 г., такими же правами – так называемой королевской долей (konungslut) – корона обладала на территории эстйётов1281. В дипломе от 1317 г. упоминаются "коронные альменнинги" в Сёдерманланде, на берегах Брувикена1282; С. Д. Ковалевский не исключает, что они принадлежали короне уже в XIII и даже XII в.1283 Одновременно фиксируются права короны на территорию домена и в отношении отдельных видов угодий, в частности промысловых.

Формирование королевской земельной регалии продолжалось до середины XVI в. Не вдаваясь в подробности этого особого вопроса, отметим, что источники XIII-XV вв. обнаруживают в отношении королевских земель две противоборствующие тенденции. Известная шведская исследовательница Б. Фритц в фундаментальной монографии "Замок, ланд и лен. Администрация в Швеции в 1250-1434 гг.", показала, что к рассматриваемому периоду развилась тенденция раздачи коронных владений, особенно в лены, в результате чего происходило отчуждение верховных прав и функций короны, пусть и не вполне полное. Другая тенденция, сопутствовавшая процессу централизации, – "собирание" земель в казну путем возвращения розданных коронных владений, покупки и т. д. Такую редукцию произвела королева Маргарита в 1396 г., имея в виду возвращение земель, розданных короной отчасти в собственность, отчасти в лены при короле Альбректе Мекленбургском (т. е. после 1363 г.), когда эти раздачи приняли действительно катастрофический для казны характер. Постепенно, однако, коронные земли – в виде пожалований и ленов – стали снова расходиться между крупнейшими дворянскими семьями1284.

Итак, система ленов получила всеобщее распространение со второй половины XIII в. Как и во всей Европе, шведские лены представляли собою не чистое "кормление"1285, а скорее "кормление-управление" – специфический синтез административной и бенефициальной систем с длительным сохранением именно служебных функций. Кроме того, над их жителями сохранялась верховная судебная и политическая власть короны. Но Швеция не знала такой завершенной вассально-ленной системы, как континентальная Европа: шведские лены не передавались по наследству, ими становилась любая выданная в управление частному лицу территория. Ближе всего к континентальным образцам были "княжеские лены", жаловавшиеся в кормление младшим отпрыскам королевского дома: эта практика имела место в XIII в., при сыновьях ярла Биргера, и в начале XIV в., когда братья короля Биргера Магнуссона герцоги Эрик и Вальдемар получили в наследственное и полное владение половину королевства; этот договор был аннулирован после их смерти, и подобные случаи более не повторялись1286.

В течение второй половины XIII в., когда страна покрылась сетью королевских замков, она была поделена на крупные "замковые лены", каждый во главе с управляющим-фогдом или комендантом, который должен был за счет податей с большой прилегающей к замку территории содержать гарнизон. Кроме того, существовали и небольшие лены, состоявшие из одной сотни, нескольких приходов и даже одного двора, не вошедших в состав замковых ленов1287. Эти лены предоставлялись от короны в управление отдельным феодалам на определенные (короткие) сроки и на определенных условиях. По условиям пожалования лены делились на несколько типов. "Казенные" или "подотчетные" давались на условии полной подотчетности королю и передачи в его казну всего дохода; ленник там был действительно управляющим короля. "Служебные лены" представляли противоположность "казенным" и были кормлениями, так как не обусловливались отчетом или платежом со стороны ленника; этот тип лена почти не распространился. Наиболее широко практиковался "податной лен": ленник – обычно крупный феодал – управлял территорией, следил за соблюдением порядка, законов, прав короля и собирал государственные подати, отчисляя себе часть казенных поступлений. На практике такой лен являлся срочным бенифицием: условной собственностью на известную территорию, с вещными правами на землю и отчуждением в пользу бенефицианта-ленника административных, судебных, полицейских, отчасти и фискальных прав короны; король сохранял на этих землях лишь право на фуражную повинность налогообязанных хозяйств и экстраординарные налоги. Как разновидность этих ленов существовали: "залоговые лены", которые раздавались короной в залог за денежные займы, вероятно, на условиях "служебного лена"; епископские лены – округи управления и кормления епископов, которые церковь стремилась удержать за собой на возможно более длительные сроки; должности областных и сотенных судей – лагманов и херадсхевдингов, которые к концу средневековья также стали жаловаться в виде ленов. Права ленников особенно расширились в период унии и сузились к концу XV в. благодаря централизаторской деятельности регентов дома Стуре; изменения этой системы добился лишь Густав I1288.

Имеются безусловные свидетельства, что ленники злоупотребляли властью: брали с крестьян произвольные поборы, присваивали королевские подати1288a. Так делал рыцарь, член Государственного совета Оке Йёнссон (род Сварте Сконунг), который в начале 60-х годов XV в. имел замковый лен Аксвалль в Вестерйётланде с городами Шёвде, Хьё и Лидчёпинг; поступления с этих территорий (натуральные) он сбывал через ганзейских купцов1289.

Ленные пожалования имели краткосрочный характер даже в тех случаях, когда они передавались членам королевской семьи. Так, Магнус Эрикссон в 1357 г. передал сыну Эрику на два года свое право на Стокгольм и весь Упланд (за исключением области Нэрке и усадьбы Конунгснэс) со всеми землями тамошних арендаторов на условии, чтобы Эрик или его администратор рыцарь Нильс Турессон доставляли королю половину всех ежегодных повинностей и штрафов; Эрик не должен отменять и изменять действующие привилегии городов, ландов, церквей и монастырей, нарушать права собственности короля и допускать недобросовестность в делах; при леннике состояли два королевских уполномоченных1290.

Крупнейшими ленными комплексами, затем разрушенными редукцией Маргариты, владели в последней четверти XIV в. семьи Аксельссонов (Тутт) и Грип. Грипы были одним из древнейших феодальных родов Швеции. Представители его заседали в государственном совете еще при короле Биргере (1315 г.), участвовали в редактировании областных законов Сёдерманланда, были губернаторами Стокгольма в середине XIV в., в разное время лагманами Сёдерманланда и Эстерйётланда и т. д. С 70-х годов и до редукции 1396 г. Грипы (Бу Йёнссон, его сын Кнут Буссон и его кузен Нильс Буссон) держали прямо от короля Альбректа громадные лены: большую часть Вестманланда, территории с городами Нючёпинг, Кальмар и крепостью Стэкехольм, доли в Медной горе и др., получая крупные доходы от шахт и плавилен и сбывая металл любекским купцам. Владея Стэкехольмским леном, будучи лагманом Эстерйётланда (с 1381 г.) Бу Ёнссон Грип присвоил себе власть над херадом Тьюст, приобрел там ряд усадеб и принудил линчёпингского епископа сдать ему на откуп сбор десятины в этом уезде. Он поставил под контроль своих фогдов торговлю жителей Вестервика, опутал город сетью долгов, за счет которых приобрел в городе и его округе ряд земельных участков, капустные огороды, прибыльные лавки, расположенные у побережья, и, наконец, единственную городскую мельницу. К концу своей жизни Бу Йёнссон держал в ленах разного типа финские земли, Норланд, Свеаланд (за исключением Эребру, фогдств Стокгольма и Кенингсхюс), ряд херадов Эстерйётланда, все замки Смоланда (кроме Треллеборга), ряд фогдств Вестерйётланда. Его владения составили большую часть редуцированных Маргаритой земель1291.

Система ленных пожалований сыграла большую роль в консолидации крупной земельной собственности, которая особенно усилилась с "аграрным кризисом": укрупнение владельческих комплексов знати за счет разорения среднего и низшего дворянства. Со второй половины XV в., когда явления "кризиса" были в основном изжиты, процесс округления личных владений знати не прекратился, что обеспечивало феодальной верхушке ключевые позиции в политической сфере1292. Так составились крупнейшие состояния второй половины столетия – Аксельссонов (Тутт) и Арвида Тролле. Архив Арвида Тролле, заботливо им подобранный и включающий дипломы, подтверждающие права на землю, опись всех владений и доходов с них, дает яркое представление о складывании и структуре крупного феодального земельного владения – владения стурмана ("большого человека").

Арвид Тролле принадлежал к семье датского происхождения, которой, как известно, было суждено сыграть заметную роль в шведской истории конца XV – начала XVI столетия. Сам Арвид (умер в 1505 г.), выменивая, покупая, отсуживая земли и трижды выгодно вступив в брак, собрал 977 земельных владений. В их числе была недвижимость в сельской местности (полные и частичные подворья, дома, земельные участки, пустоши), недвижимости в шести городах, 54 мельницы с "протоками", четыре кузни и плавильни, множество лугов, островков и т. д.1293 Главные его владения сосредоточились в Смоланде, где Арвиду Тролле принадлежало до 1/4 всей фрэльсовой недвижимости1294. Затем он имел значительные владения в Уплапде, Эстерйётланде и на Эланде, а также в Сёдерманланде, Нэрке, Вестерйётланде, немного в Вестманланде. В городах Стокгольме, Нючёпинге, Сёдерчёпинге, Кальмаре и Векше он имел усадьбы, в которых жил во время наездов. В Кальмаре, кроме того, имел еще несколько участков. Стокгольмский дом сдавал за ренту в 22 мк, как и ряд лавок и других городских владений.

Разбросанность и разнообразие владений позволяли господину получать специализированную ренту, состав которой соответствовал хозяйственной направленности областей, их районов и отдельных дворов. С городских держаний он получал только деньги1295; с мельниц (в том числе городских) – деньги и угрей, муку, масло1296; с угриных садков – угрей; с сельских дворов – деньги, мыло, муку, ячмень, угрей1297; с кузен и плавилен – железо или деньги1298. Некоторые держания давали только деньги (в уезде Aasede, например), другие, по соседству, – только масло и т. д.1299 В целом из Смоланда Арвид Тролле получал по преимуществу масло и деньги, из Эстерйётланда – ячмень и деньги, из Упланда – зерно, масло, птицу, яйца и деньги (в ряде случаев – как коммутированную барщину1300), из Сёдерманланда – зерно, деньги, масло и т. д.

В некоторых случаях держание имели ремесленники, с них брали обычно деньгами1301, хотя при переходе двора к ремесленнику от бонда могла сохраняться рента маслом и т. п.1302

Аналогичные ренты получал со своих земель Ивар Аксельссон (Тутт), член Государственного совета и самый крупный земельный собственник страны во второй половине XV в., владевший комплексами дворов преимущественно в йётских областях. В Вадстену, где была резиденция фогдов Ивара Аксельссона, поступали: масло, рыба и зерно, деньги – из Смоланда; масло и деньги – из Вэренда; масло, сыр – из Вестерйётланда; с владений в Упланде Аксельссоны брали ренту в основном деньгами1303.

Интересный материал о структуре крупного владельческого комплекса содержится в документах Скуклостер-цистерцианского монастыря, в XIII в. переехавшего из Смоланда в упландское поселение Sko. Сохранились латинские оригиналы земельных книг монастыря от 1302 и 1489 гг. (сравнительно недавно опубликованные): регистрация владений, приобретений, рент и расходов. Опись 1302 г., наименее точная, называет ряд комплексов, состоящих в ведении конвента, аббатиссы и т. д. и представляющих собою, помимо прочего, правовой округ (rectoria); всего там зарегистрировано 90 с лишним маркландов земли, расположенной главным образом в Сёдерманланде, Упланде, на Эланде и др. Она распределялась между примерно 100 отдельными дворами, минимум 2/3 которых определенно было в держаниях (sub colonis). Рента с них в 1302 г. составила более 200 мк и записывалась только в деньгах1304. Книга 1489 г. более детально1305 описывает повинности, но не указывает размеров держаний.

Таблица 10. Структура держаний и ренты Скуклостер в конце XV в. (согласно земельной описи 1489 г.)


1. Натуральная часть рент вносилась зерном, много реже — мукой. Исключение см. в прим. 8.

2. Все это дворы, характерные названия которых (Bagarboda, Piparaboda, Quernaslath и др.) показывают, что там жили ремесленники и промысловики (Skjb, s. 26-31). Платили преимущественно смешанную ренту" Лишь два двора из них фиксировались еще в 1302 г. (Skomakarebod, Pukaboda).

3. В том числе мельничное держание, рента шла зерном.

4. 7 держателей в одном поселении (Ekeby).

5. В одном из поселений не показаны ренты, само оно не идентифицируется,

6. Обозначены: predia non cadencia sub abiquo rectore (s. 53-59).

7. Одно из держаний обозначено неопределенно (лишь как "имущество конвента"),

8. Два держателя платили железом (по одному фату), держатель мельницы платил мукой.

9. Это: лавка на рынке (gatubodh paa torgith, рента 3,6 мк) и земельный участок (рента 2 эре).

10. Рубрика: Holmis (s. 60).

11. Три земельных участка (рента 3 мк, 4 мк и необозначенная). В этих городах монастырь имел еще три недвижимости, с общей рентой 1 мк 6 ape (Skjb, s. 61).

12. Обозначены: predia extrauagancia noua (s. 62).


Табл. 10 показывает сохранение таких общих черт крупных земельных владений, как их разбросанность, дробность, эгализация состава повинностей в отдельных районах. Видно, что во владениях монастыря резко увеличился объем поземельнозависимого "городского элемента": выросло число держателей-ремесленников в сельской местности, приобретена недвижимость в крупных городах, в том числе лавки и земля в оживленных торговых районах1306. Весьма интересно преобладание натуральных платежей во владениях монастыря, причем они тщательно фиксируются. Рента 1302 г., как говорилось, фиксировалась только в деньгах, что позволяет предположить преобладание тогда денежной ренты и соответственно эволюцию ренты во владениях Скуклостер в течение XIV-XV вв. в сторону увеличения натуральных платежей.

Таким образом, крупные земельные владения в Швеции были разбросаны по разным областям и районам страны. Это были оброчные хозяйства, вся или почти вся земля в которых находилась в держаниях и аренде. Оброк был смешанный, в ряде случаев альтернативный и почти всегда специализированный: его состав точно соответствовал местному хозяйственному профилю. Значительную роль в складывании доходов стурманов играло отчуждение регальной собственности и связанных с ней прав короны. Наконец, характернейшей чертой крупных хозяйств были их отношения с городом: господа имели в городах недвижимость, резиденции свои и своих управляющих, пункты сбора ренты. Именно в городе и через горожан стурманы были связаны с рынком сбыта и снабжения.

География земельных владений крупных дворян – того же Арвида Тролле, Туттов, Грипов и других – неоспоримо свидетельствует, что в течение второй половины XIV – первой половины XV в. их собственность не только расширилась, но и стала группироваться в меньшем, чем ранее, числе областей, тяготея к торгово-перевалочным пунктам побережий моря и больших озер1307.



1278 Bjorkoa Ratten, s. 30 f.; USP, N 17; ChL, KmB, VI; So, S. 301 (Cod. B, § 17).
1279 Скорее всего документ был сработан в канцелярии Густава I для придания законности и "древности" указу 1542 г., официально закрепляющему все незанятые земли, леса, воды и недра Швеции за короной (Carlson A. W. Grundskatterna, deras uppkomst och ratta natur, s. 21 f.)
1280 Вэренд, Финнведен и Ньюдунг в лагсаге Десяти херадов. Ковалевский С. Д. Образование классового общества, с. 183-184.
1281 DS, N 1403; ср. N 139.
1282 DS, N 2106.
1283 Ковалевский С. Д. Указ. соч., с. 219.
1284 Fritz В. Hus, land och lan, 1, 2.
1285 lan, ср. – верхнем, len – "плата".
1286 Lan (KNL, XI, 1966), s. 104.
1287 Ibid., s. 105.
1288 Lundholm K.-G. Sten Sture den aldre och stormannen, s. 209 о. karta IX.
1288 Запреты таких поборов ленников см. в областных законах (SdL, KmB. 13 и коронных декретах того же времени (DS, N 799).
1289 Hammarstrom I. Finansforvaltning, s. 152.
1290 ST, II, N 332; RPB, N 336; D. Dan. III, 5, N 70.
1291 DD, IV, Suppl.; Lindberg F. Vasterviks historia, s. 12, 13 f.; Fritz B. Op. cit., 1, s. 68, 114-115, 120, 122, 125-127-128; 2, s. 21, 26, 33. Ср.: ленные владения в конце XV в. Ивара Аксельссона (Тутта); Боргхольмский с Эландом; Стегебургский и Стокгольмский, Разеборгский, Выборгский, Сэльвесборгский, Тавастский, Олофсборгский. Все это были замковые лены с крепостями и городами, на больших торговых магистралях (Yrwing H. IvarAxelssonsfall, s. 121 f.; Idem. Sten Sture, Ivar Axelsson och unionsfragan, s. 100 f.).
1292 Larsson L.-O. Det medeltida Varend, s. 152-181; Norborg L-A. Storforetaget Vadstena Kloster, s. 172 f.
1293 В опись Арвида Тролле не вошли 11 дворов, выменянных им в 1490 г. (ATjb, bil., s. 170).
1294 Во введении к "Земельной книге" Арвида Тролле ее издатель Ю. А. Альмквист указывает, что в 1562 г. бывшие земли Тролле в Смоланде делились по меньшей мере между 226 лицами. Ср.: Larsson L.-O. Op. cit., s. 263.
1295 ATjb, N 85, 88, 92, 93, 94.
1296 ATjb, s. 42, 46, 48, 50, 53, 58, 93. При мельничных запрудах часто устраивали угриные садки. Бывало и так: рента с мельницы шла мукой, а с относящегося к ней лужка или двора – маслом (ATjb, s. 42, 46).
1297 Из 18 владений в Смоландском уезде Хэмбо 6 платили только угрями, от 1,5 до 19 чугов. – ATjb, s. 44, 54.
1298 ATjb, s. 57, 58.
1299 ATjb, s. 58-60.
1300 ATjb, s. 89-91.
1301 ATjb, s. 90.
1302 ATjb, s. 41.
1303 Hammarstrom I. Finansforvaltning, s. 155-158 (на основании архивных материалов).
1304 Skjb, s. 16-25.
1305 Skjb, s. 26-64.
1306 Примечательно, что сельские ремесленники-держатели нередко платили ренту монастырю не изделиями своего ремесла, а либо деньгами, либо в смешанной форме, принятой в данной местности: и для землевладельца они подчас оставались "крестьянами" прежде всего.
1307 Ср.: расположение земель Арвида Тролле (смоландский куст), Бу Пенссона Грипа (Лeckscher Е. F. Svenskt arbele, s. 35).
Просмотров: 2484