А. А. Сванидзе

Средневековый город и рынок в Швеции XIII-XV веков

3. Прочие товарные промыслы

 

Из прочих специальных промыслов в городах был особенно распространен мельничный. Огромное значение мельницы – одной из первых машин, созданных человеком, общеизвестно. Известно также, что чрезвычайную роль мельница стала играть, когда ее начали использовать в промышленности, прежде всего в сукноделии, а также для дробления, промывки руды и т. п. Сведения такого рода имеются и по Швеции: в Tvååker (поселение в Халланде) еще в конце XII в. была построена мельница для промывки железа, видимо для обогащения болотной руды. Такие же мельницы существовали и в рассматриваемый период, в частности, в Бергслагене1116. В городских документах фигурируют преимущественно мукомольные мельницы, которые заняли уже заметное место в социальных отношениях.

Вообще хлебные злаки были экспортным товаром Швеции, но вывозили главным образом зерно, так что мельницы были рассчитаны прежде всего на внутреннего потребителя. В городах, как и в деревне, право помола зерна входило в число бапалитетов, что создавало для горожан серьезную проблему (не случайно бонды везли в город не только зерно, но и муку)1117. В XIII-XV вв. города в числе прочих привилегий получали и право иметь или строить свои мельницы (обычно водяные), но отдельные привилегии такого рода были редкими1118; возможно, право на свою мельницу входило в права чёпстада. В частности, городок Вэ (в полумиле к юго-западу от совр. Кристианстада), который в рассматриваемый период не стал чёпстадом, получил разрешение иметь городскую мельницу лишь в 1508 г., а с конца XIII в. его жителям дозволялось пользоваться лишь ручными мельницами1119. В Стокгольме второй половины XV в. было не менее 7 мельников (mölhare, mollare) и, возможно, столько же мельниц1120. Судя по городским книгам, их было не менее двух в чёпстадах Йёнчёпинге, и, возможно, в Кальмаре1121, несколько в Норчёпинге1122; есть сведения о мельницах в Арбуге (1359 г.), Сёдерчёпинге (1369 г.) и других городах1123.

Мельница представляла большую ценность. В 1332 г. мельница в Сёдерчёпинге была заложена за 140 мк (притом с правом выкупа)1124, другая мельница тогда и там же оценивалась в 72 м1125. Две соседние мельницы, расположенные в сельской местности, были заложены в 1356 г. вместе с дворами, которые к ним прилегали, за 29 мк серебра1126. Наличие мельниц в составе недвижимости поднимало цену последней и всегда оговаривается в дипломах, фиксирующих движение земли; при этом в городе чаще, чем в деревне, мельницы отчуждались отдельно, даже без; "протока"1127, на котором они стояли.

Мельницы, расположенные в городах, принадлежали обычно частным лицам, в том числе бюргерам, а также монастырям; известно и паевое владение мельницами. Владельцы мельниц, обычно не называются мельниками, из чего следует, что мельники большей частью либо служили за плату, либо были арендаторами (единоличными, на паях) мельничного сооружения. Впрочем, по XV в. как будто имеются уже свидетельства о мельницах, находящихся во владении самих производителей1128. Так или иначе, но мельничный промысел в городах с их рынком и скученным населением, естественно, принимал более концентрированный и коммерческий характер.

Обычным промыслом для всей Швеции была охота на пушного зверя. Судя по областным законам, бонды имели в своих хозяйствах наборы всевозможных охотничьих принадлежностей, особенно силков (nät), и помимо индивидуальной охоты занимались коллективной, например, травлей волков, медведей и других зверей, причинявших ущерб скоту1129. Специально охотой занимались главным образом в обширных лесных районах севера страны, где добыча пушнины издревле была одним из главных занятий местного населения – "лесных людей" (skogmän, skogskarlar), как называли тогда этих охотников за зверем и птицей1130. Меха имели универсальный сбыт. Крестьяне и горожане вследствие известных запретов носили дешевые меха (белки, волка, барса, лося, оленя, лисы, зайца, медведя), городские патриции и особенно знатные господа – более дорогие (куницы, горностая, бобра, ласки, высшие сорта белки). И те и другие виды меха закупались и вывозились ганзейскими купцами, причем в больших количествах (белку и ласку, например, вывозили десятками тысяч шкурок, бобра – десятками и сотнями шкурок). В самой Швеции меха ж шнуры диких зверей служили сырьем для городских ремесел: развитие скорняжного ремесла в городах, весьма заметное, базировалось на местном промысле1131. Мелкие партии меха на внутренний рынок поставляли как промысловики-охотники, так и крестьяне1132. Но там, где формировались основные экспортные (оптовые) партии меха – в Норланде, Хэрьедалене, финских, карельских, саамских землях (особенно Хельсингланде и до средней Лапландии)1133, промысловики сдавали меха особым скупщикам – знаменитым биркарлам, которые сами или с помощью ганзейцев вывозили мех на континент1134, проведя его предварительно через контрольно-пропускную и фискальную систему городов. Города в свою очередь находили в северных промысловых районах не только рынок сырья, но и рынок сбыта; об этом говорят и сложные орудия охотничьего промысла, в числе которых были, в частности, огромные стационарные арбалеты (stången)1135.

* * *

Суммируя материал по истории важнейших специализированных промыслов, можно отметить, что при всех различиях в формировании и развитии этих столь несходных хозяйственных отраслей, решающую роль в самой их специализации и дальнейшей эволюции играли города как средоточия населения и капиталов, как центры товарного обращения и производства. Одновременно заметна и роль промыслов в развитии городов, внешнего н внутреннего товарообмена. Наиболее передовые и технически оснащенные промыслы обнаруживают тенденцию к сближению с городской промышленностью – по формам организации производства и сбыта, по характеру товарных связей, по типу общностей. И даже "присваивающие", наиболее рутинные промысловые хозяйства под воздействием рынка, купеческого капитала, исходящего из городов, приобретают значительно усложнившуюся социальную структуру.



1116 Bergsbruk. – KHL, I, s. 481; DS, N 6326; Jacob Ingelssons berattelse, s. 31.
1117 Ср.: So, s. 315.
1118 PRF, N 79, 93, 113, 137, 146.
1119 PRF, N 261a, 375. С другой стороны, чёпстад Мальме получил мельничную привилегию лишь в 1481 г. (впрочем, неясно, была ли она первой). См.: PRF, N 334.
1120 St. tb. 1, s. 70, 142, 191, 279, 336, 354, 360.
1121 PRF, N 36; DS N 898; Jtb, s. 26, 27, 52; Ktb, s. 164.
1122 DS, N 6893; SD, N 7512 (ср.: RPB, N 590, 764; SMR, N 195).
1123 RPB, N 411, 865.
1124 Диплом-подтверждение от 8 декабря 1441 г.: O XI 785 (papp. RA).
1125 Фотокопии оригинального диплома: Orig. perg. Borkhult-Saml. LStb (Fot.). – RA.
1126 DS, N 5649 (ср.: RPB, N 274). Закладывание мельницы около Норчёпинга церкви в Стренгнесе (вместе с запрудой и рыбной ловлей там) см.: Norr. М, N 14 (а. 1354). Спор из-за мельницы между человеком (sven) короля и вестеросским каноником разбирался в королевском суде (13.XII 1366 – DS, N 7463).
1127 Ср. диплом о лагманстинге от 19.IX 1471. (Подтверждение от 19.1 1626, perg. – RA).
1128 Ek S. Vaderkvarnar, s. 35.
1129 Ср.: Nilsson A. Vargskall, s. 107 f.
1130 Ekman S. Norrlands jakt och fiske, s. 1.
1131 MESt, s. 186; So, s. 313-315; Ekman S. Op. cit., s. 208; Хорошкевич А. Л. Торговля..., с. 110.
1132 Например, в Далекарлии охотой на пушного зверя занимались практически все бонды, мех входил в их налоги (Boethius В. Dalarnas bransleskatter, s. 61 f).
1133 Schuck A. Studier, s. 48; Smith W. Aldre svenskt tallvasen, s. 30; Lonnroth E. Statsmakt, s. 38, 39.
1134 К XVI в. пушные запасы страны южнее Норланда, были уже исчерпаны. – Ekman S. Op. cit., s. 208.
1135 Обзор орудий охотничьего промысла см.: Ekman S. Op. cit., s. 2-12, 45, 48, 50, 272, 276; KleinE. Vart aldstanaringsfang, s. 131-138.
Просмотров: 1581