А. А. Сванидзе

Средневековый город и рынок в Швеции XIII-XV веков

3. Формы торговых общностей в среде ремесленников

 

Важная роль ремесленников как субъектов рыночных отношений обнаруживается по двум основным линиям. Одну условно можно назвать "бытовой" или пассивной: в обстановке присущей городскому ремеслу специализации ремесленник вынужден был приобретать на рынке все или большинство основных жизненных средств. Вторую линию связи можно обозначить как "активную": ремесленник сам приобретал сырье для своего производства и сам же сбывал готовую продукцию. По этой последней линии в среде ремесленников возникали профессиональные общности – объединения тех же основных типов: корпоративные и личные (операционные) союзы. Там, где сложились ремесленные цехи, функции общности по торговле осуществлялись в рамках этих корпораций: наряду с прочими делами цехи регулировали и в какой-то мере организовывали торговлю. Городские профессиональные объединения-цехи назывались: "братство", "гильдия", но также "служба" (embete, embetedh в смысле "занятие", "профессия"), компания (compani), товарищество (selskap)975. Они сложились прежде всего в мастеровой среде, объединив в городах носителей главных, наиболее массовых ремесленных специальностей – портных, сапожников, пекарей, бондарей, всякого рода металлистов, ювелиров, специалистов по обработке кожи и меха, строителей. Так же были организованы и те специалисты, чей основной труд лежал в сфере торговли, но был сопряжен с ремеслом: мясники, занимавшиеся убоем скота, копчением мяса, изготовлением колбас; носильщики, которые были также упаковщиками, и т. п.

В средневековой Швеции корпоративные объединения ремесленников не достигли полного развития. Оформление городских ремесленных цехов началось лишь в XIV в. в Стокгольме, Кальмаре и Висбю. До конца рассматриваемого периода цехи оформились также в Арбуге и Вестеросе. Но и в этих городах они сложились не во всех ремеслах, нередко объединяли лиц смежных профессий и не имели полной автономии в регулировании внутренних дел. Шведские ремесленные цехи XV в. были объектом ряда исследований, прежде всего Ф. Линдберга. Автор этих строк также изучал генезис, устройство, функции и структуру цехов976. В данном случае ремесленные корпорации интересуют нас в связи с формами организации товарного обращения.

Надо сразу отметить, что установления, связанные с рынком – сбытом продукции, закупкой сырья, занимают в цеховых уставах весьма значительное место. Монополия на производство членами цеха того или иного товара утверждалась и поддерживалась во многом именно через рыночную политику (торговый протекционизм в отношении членов цеха и соответственно ограничение или полное устранение с рынка изделий чужаков). В этом смысле цехи выступали как привилегированные гильдии, т. е. как корпорации с монопольными правами в области сбыта определенного товара.

Так, в Стокгольме цех портных монополизировал производство и сбыт одежды из импортной ткани977; цех сапожников к концу XV в. вытеснил изделия нечленов цеха с городского рынка, а изделия бондов – из пределов городской округи (за исключением Троицкой ярмарки)978. Полной монополией на сбыт изделий в мастерской добились цехи кузнецов, пекарей и ювелиров; последние имели монополию сбыта также на городском рынке979. Бондари (изделий которых всегда не хватало) пошли по другому пути: они подчинили себе неорганизованных ремесленников, принуждая их соучаствовать в выполнении некоторых заданий980. Цеховые мясники полностью монополизировали розничную, наиболее прибыльную в рамках города продажу мяса и мясных изделий, оставив чужакам сферу оптовой торговли981.

Предоставляя своим членам преимущественные права на рынке, цех тщательно нивелировал распределение этих преимуществ между членами цеха, т. е. обеспечивал равную долю цеховых мастеров в привилегиях (и доходах) цеха, что справедливо считается центральным пунктом цеховой организации.

С эгалитарной целью цех подвергал регламентации условия сбыта и объем продукта, определял максимум его пены, а также условия закупки сырья. Последнее особенно волновало "братьев". Они запрещали "перехватывать" сырье путем так называемой предварительной закупки, устраивали коллективные закупки или устанавливали их порядок982. Равенство поддерживалось также соблюдением эталонов качества, засвидетельствованных личными клеймами983, что одновременно было и средством завоевания рынка. Цехи очень строго наказывали "братьев" за "подделку" товара984, за вытеснение членом гильдии своего собрата по цеху с его места на ярмарке (да еще "со злыми словами")985, за превышение расценок986.

В ремесленных братствах принципы средневекового корпоративного правообязательства достигли своего наивысшего выражения; соучастие в привилегиях, избранность "братьев" имели оборотной стороной эгалитаристское ограничение индивидуальной свободы, "подчинение кругу деятельности" и связанной с ним социальной группе.

При нераспространенности, недоразвитости цехового строя сословно-корпоративная общность ремесленников достигалась за счет мер муниципального и государственного регулирования. Роль такого регулирования была в Швеции преобладающей даже в тех городах и отдельных ремеслах, где цехи сложились. К числу важных моментов, создающих характерную (привилегированную) общность городских товаропроизводителей в сфере торговли, относится, в частности, право на беспошлинную торговлю бюргеров на своем городском рынке, ограничение торговли чужаков, приобретение бюргерских прав как условие занятия стационарной торговлей в городе и т. п. Все это – элементы той бюргерской общности, в которую входили и ремесленники.

Об индивидуальных, личных объединениях – складничествах и т. п. – цеховые уставы и городские предписания специально не говорят. Но, судя по случаям совместной закупки сырья, вхождения в различные торговые складничества и т. п., можно предположить, что в принципе цехи не препятствовали кратковременным товариществам в своей среде, разумеется, в рамках устава. Сановники Стокгольма даже внесли в свой устав особую статью, запрещающую члену цеха "побуждать другого иметь дело с собою, своим отцом или братом, или кем-то другим, прежде чем тот добьется бюргерства и вступит в компанию сапожников согласно установленной процедуре"987. Парами часто работали и носильщики, что также подразумевает какую-то форму складничества – внутри цеха или наряду с ним.

Особенно был распространен в ремесленной среде такой тип личностного объединения, как семейно-профессиональная общность. Оно и понятно. Весь строй мелкого городского производства – наличие собственной мастерской и своего хозяйства, трудность овладения мастерством, борьба за клиентуру в условиях узкого рынка и т. д. – неизбежно привязывал ремесленников к насиженным местам и конкретной специальности. Наследование этой специальности, обусловленное стремлением сохранить с трудом приобретенную собственность и поколениями выработанные навыки труда, являлось в ремесленной среде необходимостью, а потому – редко нарушаемой традицией.

Генеалогические изыскания относительно шведских ремесленников даже по XV в. очень трудны. Некоторое исключение здесь составляют только "аристократы ремесла" – ювелиры, и исследование Ф. де Вруна о стокгольмских ювелирах действительно выявило систематическое наследование этой профессии детьми и другими ближайшими родственниками988. Некоторые косвенные данные свидетельствуют о том, что подобная система существовала и в других отраслях ремесленного производства. Известно, например, что почти все цеховые уставы предоставляют льготные условия вступающим в цехи женам и детям мастеров989, фиксируют их право наследовать место покойного мастера в цехе990, запрещают мастерам работать на паях с родственниками (отцом, братом), не являющимися членами цеха991, и др. Эти данные общего характера подкрепляются непосредственными упоминаниями в городских документах прямых родственников – представителей одной специальности, в том числе – наследственных бюргеров992, а также предписаниями уставов о браках в цеховой среде993.

В ремесленной среде существовали и какие-то профессионально-территориальные общности. Это были объединения "по соседству", по стационарному местожительству. Расселение ремесленников и промысловиков одинаковой или смежной специальностей (о чем отчасти говорилось выше) "кустами" отмечается уже в материалах древней Бирки994, в течение XIII-XV вв. оно зафиксировалось в названиях улиц многих городов995, отразилось в налоговых описях столицы (вторая половина XV – начало XVI в.). В среде, объединенной общим местом проживания, конечно, действовали и общие установления в отношении торговли.



975 Ср.: So, s. 47; embethe, compani ok selskap. Цеховой устав skra, "скра" – от skrabo (кожа особой обработки, на которой записывались уставы; восходит к лат. scribo).
976 Сванидзе А. А. Некоторые особенности развития стокгольмских цехов в конце XIV и XV в. – СВ, 1963, вып. 24; Она же. Некоторые вопросы истории цехового строя Стокгольма (конец XIV – XV век). – СВ, 1964, вып. 25; Она же. Ремесло и ремесленники..., с. 218-268 (гл. 4. "Организация городского ремесла и цеховой строй").
977 Нечленам цеха разрешалось перешивать старое суконное платье, а новое делать только из вадмаля (So, s. 115, 116).
978 So, s. 31, 32; St. tb. 2. s. 93, 381.
979 So, s. 66, 148, 212. Аналогичные права имели цеховые кузнецы Истада (Sandklef A. Op. cit., s. 58).
980 Всем городским бондарям предписывалось, в частности, "помогать цеху, когда дается заказ со стороны властей" (So, s. 221, 224; ср.: St. tb. 1, s. 155).
981 So, s. 50, 51. Ср. привилегии цехов пекарей и канатчиков Мальме (Nilson A. Studier, s. 143; Sandklef A. Op. cit., s. 58).
982 So, s. 27, 48, 50, 63, 214, 220; St. tb. 2, s. 10, 24, 27, 47, 89, 90, 105. У цеховых бондарей столицы индивидуальную закупку сырья инспектировали три мастера, выделенных для этой цели, причем мастер заранее оповещал о своем неучастии в коллективной закупке. Сырье для всего кузнечного цеха Истада закупал их олдерман. —So, s. 220, § 5; Sandklef А. Op. cit., s. 59.
983 So, s. 64, 162, 221.
984 См.: о продаже "фальшивого" золота и серебра, мяса больного или павшего скота, неисправных кузнечных изделий и т. п. (So, s. 144, 154, 158, 49, 70, 221, 244).
985 Этот колоритный пункт вписали в свой устав члены столичного ювелирного цеха (So, s. 151).
986 So, s. 51, 72, 86-87, 197, 202-203.
987 So, s. 17, § 8 (a. 1474).
988 Brun F. de Guldsmeder i Stockholm.
989 So, s. 17-18, 145.
990 So, s. 17-18, 203; Nilson A. Studier, s. 143; Sandklef A. Op. cit., s. 56.
991 So, s. 62-63.
992 Отец и сын Evert pansarmakare о. Hans pansarmakare (St. tb. 1, s. 300); Hans Est dragare, Mattis Est dragare (ibid., s. 121. 138) o. s. v.; ср.: St. tb. 1, s. 121, 138, 300; Ktb., s. 22, 58, 74 o. f. a.
993 Подробнее см.: Сванидзе А. А. Некоторые особенности, с. 132, 135.
994 Arbman Н. Birka, s. 119-120.
995 В Сёдерчёпинге – Кузнечная, Столярная, Убойная улицы (1250 г.), в Вестервике – Сапожная (XIII в.), в Стокгольме – Сапожная (начало XIV в.), Пивоваров, Шорная, Медная (начало XV в.), Кузнечная (XV в.), и др. См. по этому вопросу: Langenfelt G. Namnproblem, s. 15-16; Lindberg F. Hantverkarna, s. 35-36; Brun F. de. Bland gator, s. 107.
Просмотров: 1128