Роман Светлов

Великие сражения Востока

ХОД СРАЖЕНИЯ

 

   Известия о сражении при Дхармате чрезвычайно расстроили Дару. Он жаждал реванша и стал готовиться к личной встрече с младшими братьями на поле боя. Большинство его военачальников не верило в успех предприятия. Наиболее верные сторонники Дары, равно как и сам Шах-Джахан, советовали подождать подхода сил Сулеймана Шикоха, у которого находились наиболее боеспособные части.
   Однако наследный принц не желал никого и ничего слушать и рвался в битву. Мобилизовав значительную часть мужского населения Дели и его окрестностей, 22 мая он вышел к Дхолпуру на реке Чамбал, что в 40 км к югу от Агры. Здесь войска Дары заняли удобную позицию и стали поджидать Аурангзеба и Мурада, сооружая оборонительные рубежи.
   Вначале братья действительно подошли к Дхолпуру и расположились лагерем напротив лагеря Дары, на противоположном берегу реки. Но поскольку через нее было трудно переправиться, они воспользовались изменой одного из раджей Дары и ночью снялись с лагеря, собираясь перейти реку в другом месте. Совершив глубокий рейд в обход позиций старшего брата, мятежники в конце концов расположились на подступах к Агре, в тылу у Дары, возле деревни Самугарх, спокойно занявшись подготовкой к сражению.
 
   Капитуляция Кандагара. Миниатюра из «Падишах-намэ», 1640–1645 годы. Рисунок демонстрирует крайнее разнообразие одежд, доспехов и вооружения армии Моголов середины XVII века
 
   Узнав об этом неожиданном маневре врагов, Дара был вынужден оставить свои укрепленные позиции и отправиться к Агре. Несколько дней обе стороны стояли друг напротив друга, не предпринимая никаких движений, не вступая в бой. Советники снова предлагали Даре подождать прихода Сулеймана. Но тот, не желая ни с кем делиться славой вероятной победы, все-таки отдал своим частям приказ строиться в боевой порядок.
   По словам Ф. Бернье, французского посланника при дворе Аурангзеба, армия Дары насчитывала не менее 100 тысяч всадников, свыше 20 тысяч пеших воинов, большое количество слонов и 80 орудий. Цифра эта наверняка преувеличена: немало воинов находилось в армии Сулеймана Шикоха; следует также принять во внимание большие потери правительственной стороны во время сражения при Дхармате. Вряд ли наследнику престола удалось собрать более 60 тысяч человек.
   Тем не менее это большая цифра – которая, правда, не позволяет нам говорить о высокой боевой эффективности армии Дары. В войске находились различные племенные, национальные и профессиональные группы, зачастую враждовавшие друг с другом и большей частью не имевшие боевого опыта. Среди воинов было немало людей, далеких от войны и годившихся разве что для охраны лагеря: мясников, цирюльников, кузнецов, портных, плотников и т. д. Многие из них были храбрыми людьми, однако их отвага не дополнялась хорошими воинскими навыками.
   Костяк ополчения наследного принца составляли раджпуты, славившиеся своей доблестью, а также старые ветераны Шах-Джахана. Армии не хватало слаженности и дисциплинированности, а между мусульманскими и индусскими командирами существовали довольно прохладные отношения. Первые ревниво относились к тому, что Дара одаривал своей благосклонностью последних, и потому многие из них втайне были уже готовы переметнуться к Аурангзебу.
 
   Полный конский доспех, типичный для империи Моголов. Северная Индия, середина XVII века
 
   Перед центром армии Дара устроил батарею из всех своих 80 тяжелых полевых орудий. Они были расставлены в один ряд и связаны цепями, чтобы помешать возможному кавалерийскому прорыву противника. Расстояние между пушками равнялось примерно 10 м. Во второй линии плотными рядами стояли несколько тысяч пеших мушкетеров. В третьей линии находилось 500 верблюдов, на которых сидели стрелки с тяжелыми мушкетами; за верблюдами располагались слоны в защитных панцирях. За слонами стояли основные силы армии Дары, располагавшиеся, в свою очередь, тремя эшелонами. Первый насчитывал около 12–14 тысяч человек – это была лучшая часть всего войска. В это число входили: раджпуты (5–7 тысяч); гвардия Дары (3 тысячи), восседавшего в самом центре на могучем слоне и превосходно видного с любой точки поля боя; наконец, афганцы (4 тысячи). Слона Дары окружало несколько слонов с музыкантами.
   Вторая линия главных сил была разделена по фронту на две части, в каждой из которых насчитывалось по 10–15 тысяч человек. Стоявшим слева корпусом командовал Рустам-хан и сын Дары Сифир Шикох, справа – Халилулла-хан. Позади боевой линии находился резерв численностью в 10 тысяч человек.
   Такое многоэшелонное построение армии было вызвано не рельефом поля боя (сражение происходило в пустынной местности, пересеченной неглубокими оврагами), а желанием сделать глубину войск максимальной, чтобы повысить их устойчивость в сражении с профессиональными солдатами мятежников.
 
   Миниатюра из «Шах-Джахан-намэ», изображающая офицеров армии императора Шах-Джахана. Офицер справа держит на плече небольшой мушкет, спусковой механизм которого укрыт чехлом; два офицера в центре вооружены булавами
 
   Аурангзеб также расположил артиллерию впереди, двумя батареями. За ней выстроился авангард из 10 тысяч человек во главе с Мухаммед-султаном, опытным и осторожным военачальником. Главные силы, находившиеся во втором эшелоне, состояли из правого и левого крыльев, примерно по 10 тысяч человек в каждом. Эти войска также были снабжены легкими пушками. Кроме того, здесь же расставили метателей небольших гранат, привязанных к палочкам и называвшихся банн. Эти индийские «гренадеры» бросали гранаты с расстояния в несколько десятков метров, целясь прежде всего во вражеских лошадей, пугая их и причиняя ранения, а то и убивая. Наконец, имелся резерв численностью до 5 тысяч человек, который находился за центром расположения армии. В самой середине войска в башенке на слоне находился Аурангзеб. Другие латные слоны были рассредоточены среди масс конницы и пехоты в качестве своеобразных опорных пунктов.
 
   Индийские тяжелые доспехи
 
   Дара приказал занимать позиции очень рано, еще до рассвета, не дав своим воинам выспаться. Построение из-за неопытности солдат заняло долгое время, но было завершено к восьми утра. Поскольку основная битва началась только в полдень, его люди вынуждены были много часов подряд стоять на одном месте, изнывая от жары и сухого ветра. Это лишило сил многих солдат еще до начала боя.
 
   Гвардия и знаменосцы войска Моголов. Миниатюра из «Шах-Джахан-намэ», 1656–1657 годы
 
   Боевой слон позднемогольской эпохи в полном доспехе. Около середины XVIII века
 
   Аурангзеб, наоборот, дал своим солдатам возможность выспаться. Вечером, накануне сражения, он обратился к воинам со словами напутствия, призывая стремиться к подвигам, способным прославить их имена во всем мире. В целом моральный дух в армии Аурангзеба был значительно выше, чем в войсках Дары Шикоха.
   Утром 29 мая 1658 года, пока армия Дары пассивно стояла в ожидании, братья приказали своим войскам начать наступление. Не теряя строя, их армии прошли за три часа несколько километров, отделявших вражеские силы друг от друга. Когда войска Аурангезеба приблизились, Дара приказал открыть огонь из пушек.
 
   Форт Агра – типичный образец военной архитектуры Моголов
 
   Поскольку он неверно рассчитал дистанцию, эта пальба не дала результатов, так что в течение целого часа порох расходовался впустую, только застилая черным дымом поле боя. Что касается Аурангзеба, то он приказал ответить лишь одним залпом пушек, приберегая порох для более важного момента. Зато его легкая кавалерия обрушила на противника шквал стрел – который, впрочем, как и огонь из пушек Дары, на какое-то время стих из-за внезапно начавшегося проливного дождя. Когда дождь кончился, обстрел возобновился с обеих сторон.
 
   Организация войск в государстве Великих Моголов в XVII веке
 
   Непосредственно битва началась в жаркий летний полдень. Дара скомандовал своим войскам идти в атаку по всей линии фронта и сам двинулся вперед. Возглавило наступление левое крыло под началом Рустам-хана. Артиллеристы Аурангзеба, которыми командовал Саф Шикан-хан, а также мушкетеры, стоявшие позади них, встретили атакующих мощным залпом огня и нанесли им серьезный урон. Нападавшие растерялись, однако Дара призывал свои войска продолжать движение. Рустам-хан попытался сместиться вправо, нанося удар по вражескому авангарду и выходя из зоны действия правой батареи Аурангзеба. Но пушки были и здесь: новый мощный залп оборонявшихся оказался точен и вызвал в частях Дары беспорядок.
   Однако наследный принц личным примером увлек за собой конницу, которая сумела прорвать фронт артиллерии Аурангзеба, обратила в бегство его верблюдов и пехоту. Один из отрядов прорвался до лагеря мятежников и захватил его, оказавшись в глубоком тылу вражеской позиции. Сам Дара вернулся в центр, окруженный своей гвардией.
   Аурангзеб наблюдал за ходом боя с высоты своего слона, и когда увидел успешное продвижение отряда Рустам-хана, отдал приказ о контратаке. Ее возглавил Бахадур-хан, однако он ненадолго задержал продвижение противника. Главные силы Рустама повернули с целью прорваться к самому Аурангзебу. Тому пришлось вызывать отряды из резерва и брать части с левого фланга, чтобы остановить наступление противника. После ожесточенной схватки продвижение Рустам-хана было остановлено, его отряд разгромлен, сам он убит. Остатки его соединения бежали.
 
   Княжеский слуга на охоте. Голконда (Центральная Индия), около 1615 года. Охотник вооружен кхандой – южноиндийским прямым мечом, напоминающим европейский палаш, в правой руке он держит небольшой боевой топорик
 
   Еще одной кризисным пунктом на поле боя стал левый фланг Аурангзеба. Раджпуты императорского авангарда под руководством Чхатра Сал Хады и Рам Сингха атаковали отряд Мурада Бахши, вбивая клин между восставшими братьями. Мурад получил три раны стрелами в лицо, а спина его слона, по словам очевидцев, была усеяна стрелами, как шкура дикобраза. Рам Сингх и многие другие раджпуты пали мертвыми в этой схватке, но отряд Мурада был вынужден отойти. При этом он оказался отрезанным от основных сил своего брата. Видя подобное положение дел, Аурангзеб поспешил на помощь левому крылу. Раджпуты успели развернуть свой строй и нанесли встречный удар. Однако личная гвардия вождя мятежников сумела не только остановить раджпутов, но и перехватить инициативу: вместе с пришедшим в себя отрядом Мурада они с двух сторон нажали на индусских воинов, к тому времени уже изрядно утомленных. Раджпуты, наверное, были бы перебиты все до единого, однако Аурангзеб, впечатленный их отвагой, проявил несвойственное ему великодушие и приказал остановить избиение.
   Удивительную пассивность все это время проявляло правое крыло Дары, которым командовал Халилулла. По словам Ф. Бернье, он:
   cite«...держался в удалении... как будто не участвуя в битве, и не позволял никому из своих всадников пустить хоть одну стрелу под предлогом, что они являются резервным корпусом {что было неправдой – С.П.} и что у него имеется приказ вступить в бой только в крайнем случае. Но действительной причиной, которую он скрывал в своем сердце, было старое оскорбление, нанесенное ему Дарой».
   Тем самым 10–15 тысяч воинов, имевших возможность реально повлиять на исход сражения, были фактически выключены из боя из-за предательского поведения их командира. По всей видимости, Халилулла находился в тайном сговоре с врагом и осуществлял заранее обдуманный план. В решающий момент он перешел на сторону Аурангзеба.
   Что касается самого Дары, то наследный принц заметил, что его левый фланг после первоначального успеха теряет организованность. Вскоре ему доложили о гибели Рустам-хана и об окружении силами противника довольно большой группировки кавалерии, выдвинувшейся далеко вперед. Дара решил идти на помощь своему левому флангу. Однако, покинув центр, он утратил контроль над большей частью армии. Здесь не осталось никого, кто мог бы отдавать распоряжения, все спуталось. Из-за черных клубов порохового дыма сложно было понять, что творится на другом конце поля битвы.
   Более того, поскольку армия Дары штурмовала позиции противника, она мешала огню собственной артиллерии, которая вынуждена была вообще замолчать, тогда как пушки Аурангзеба продолжали беспрепятственно выкашивать людей наследного принца, едва те приближались к неприятельскому центру.
   На флангах сражение между тем превратилось в схватки слабо организованных кавалерийских отрядов. На левом фланге оба противника пребывали в расстроенном состоянии, и Дара попытался именно здесь переломить ход сражения. Несмотря на пересеченную местность, он стал собирать конные отряды для нового натиска – однако получив сообщение о сложном положении, в которое попали раджпуты, бросился с лучшими своими всадниками на противоположное крыло. Этот рейд оказался бессмысленной тратой времени, так как помощь Дары опоздала, и ему пришлось возвращаться – мимо всей армии Аурангзеба – на левый фланг.
 
   Казнь Шах-Лоди. Миниатюра из «Шах-Джахан-намэ» (1656–1657) показывает нам варианты доспехов и вооружения индийских солдат середины XVII века
 
   Тем не менее он рассчитывал на победу, надеясь, что новое усилие сокрушит противника. Действительно, беспорядок царил и на позициях мятежников. Аурангзеб в какой-то момент под рукой имел только 1000 конных лейб-гвардейцев, которые еще не были вовлечены в рукопашные схватки.
   Наступила решающая фаза сражения. Всеми забытый авангард Аурангзеба сохранял позицию в самой середине поля битвы все это время и весьма экономно тратил силы. Видя, что большая часть войск Дары опрокинута, а его центр находится в беспорядке и не пытается перейти в наступление, Мухаммед-султан, командовавший здесь, развернул обе свои батареи против отрядов, собиравшихся вокруг Дары, и атаковал его при поддержке артиллерийского огня. С другой стороны, резерв Аурангзеба под командованием Шейхмира предпринял обходной маневр, намереваясь окружить наследного принца. Неприятель со всех сторон охватил еще сражающиеся отряды правительственных войск.
 
   Индийская сабля, принадлежавшая очень богатому военачальнику. Железная рукоять инкрустирована золотом и украшена орнаментом, клинок – с прорезным долом, в который вставлены перекатывающиеся жемчужины
 
   Это стало началом конца. Слон Дары превратился в удобную мишень для неприятеля, и приближенные посоветовали ему пересесть на коня. Подобный шаг стал причиной растерянности среди солдат: увидев, что сиденье на царском слоне опустело, императорские воины уверились, будто их военачальник погиб. К растерянности добавлялись также физическая усталость и жара; лишенные необходимой мотивации, воины Дары прекратили сопротивление и в панике бежали с поля боя. С ними бежал и сам Дара, спасаясь верхом на коне.
   Победа была полной. В армии наследного принца пало 10 тысяч человек, весь его лагерь, все пушки были захвачены Аурангзебом. Особенно тяжелые потери понесли отряды раджпутов: в двух сражениях, при Дхармате и Самугархе, погибли двенадцать раджпутских вождей знаменитой царской семьи Хада, не считая глав менее высоких родов.
   В знак своей победы (честь которой он, впрочем, дипломатично приписал своему брату Мураду) Аурангзеб повелел переименовать Самугарх в Фатехабад, что означает «Город победы».
   Прибыв в Агру, униженный Дара Шикох не осмелился встречаться с отцом (который, напомним, советовал ему до поры до времени не вступать в битву с братьями) и, забрав семью и горстку приближенных, отправился в Дели, чтобы попытаться там еще раз собрать армию и дать очередной бой Аурангзебу и Мураду.
Просмотров: 2341