Эммануэль Анати

Палестина до древних евреев

Глава 13. Происхождение новой эпохи

 

>
Последовательность культур

С эпохи неолита по наши дни жители Палестины пытаются сменить сельский образ жизни на городской. Первым укрепленным городом здесь был Иерихон. Благодаря своему уникальному расположению, это поселение возникло целых девять тысяч лет назад. Правда, вполне возможно, что Иерихон не был единственным неолитическим городом, хотя распространяться подобные поселения стали только в начале городского периода (в конце 4-го тысячелетия до н. э.).

Первую стадию городской эпохи археологи назвали протогородской (или позднеэнеолитической). В традиционной терминологии последующие этапы ее развития получили название бронзового века. Сейчас эта терминология считается устаревшей, так как доказано, что бронза начала использоваться за тысячу лет до окончания этого периода. С другой стороны, термин «бронзовый век» используют ученые, специализирующиеся на истории и археологии древней Европы и других областей, описывая общества, не знавшие городов. К тому же хозяйство, социальная структура и политический строй этих народов сильно отличались от тех, что были характерны для Ближнего Востока того же периода. Следовательно, с помощью словосочетания «городская эпоха» можно намного лучше описать жизнь людей того времени.

С археологической точки зрения основным признаком этого периода является появление крупных укрепленных поселений городского типа, которые на протяжении долгого времени существовали на одном месте, перестраиваясь снова и снова. На протяжении своей истории эти города, окруженные оборонительными укреплениями, несколько раз разрушались и возводились заново, и каждый раз от предыдущего периода бытования города оставался целый слой мусора. Так постепенно вырастали искусственные холмы, названные ближневосточными археологами «телями».

Ученые делят эту эпоху на три стадии: раннюю городскую (включая начальную промежуточную фазу, получившую название «протогородскои», то есть завершающий его «переходный период»), среднюю городскую и позднюю городскую. Датируются они примерно так:


Ранний городской период 3300–1850 гг. до н. э.

Средний городской период 1850–1550 гг. до н. э.

Поздний городской период 1550–1200 гг. до н. э.



Археологи обнаружили в слоях, относящихся к раннегородскому периоду, огромное количество оружия, следы разрушения и перестройки поселений, зафиксировали изменения в образе жизни и социальной организации различных народов, живших в Палестине.

В этот период здесь использовали в основном медь, а бронзу, являющуюся сплавом и требующую развитых технологических умений, применяли очень редко. В больших количествах бронзовые орудия и оружие стали изготавливать только в самом конце раннего городского периода, а крупные изделия из этого металла появились только в начале среднего городского этапа. В то время культура и обычаи Анатолии были очень похожи на палестинские. Там эта эпоха получила название медного века. В обоих регионах все еще широко использовались кремневые орудия, среди которых были длинные, похожие на ножи пластины с параллельными прямыми и очень аккуратными отщипами. Эти пластины иногда не очень удачно называют ханаанскими. Вероятно, они были составными частями кинжалов и ножей, а также наконечниками стрел и копий. Замена кремня металлом в процессе изготовления этих видов оружия происходила очень медленно.

Сосуды делали из дерева, кожи, бутылочной тыквы и других материалов, но лучше всего сохранились изделия из керамики. С самого начала городского периода она сильно изменилась. Проиллюстрировать изменение в эстетических представлениях людей можно, описав формы сосудов и виды из орнаментации.

В приведенной ниже таблице расписаны основные этапы раннего городского периода и названия, которые получили от археологов различные виды распространенной тогда керамики.



Эта таблица дает упрощенное представление о хронологии культур, но, как мы поймем при более детальном рассмотрении, на протяжении этого периода в Палестине рядом друг с другом жили несколько народов, а по ее территории передвигались многочисленные племена, в результате чего образовалась крайне пестрая картина.

Нам известно, что далеко не все народы жили в городах. Тогда в Палестине также были многочисленные деревни, селища и отдельные земледельческие хозяйства, а между ними бродили кочевые и полукочевые племена, занимавшиеся, как и прежде, скотоводством, торговлей и охотой. Понять, насколько разнообразны были существовавшие тогда модели культуры, можно, проанализировав погребальные обряды этих народов. Некоторые из них кремировали своих покойных, для других было характерно трупоположение в грунтовых могилах, третьи вырубали для мертвых искусственные погребальные камеры, а четвертые строили разнообразные мегалитические сооружения. Одни хоронили своих умерших в коллективных могилах, другие – на территории некрополей, а третьи – в отдельных погребальных ямах. Из того, что эти обряды были совершенно не похожи друг на друга, можно сделать следующий вывод: у каждого народа были свои представления о жизни и смерти и о положении человека в обществе.

На протяжении всего раннего городского периода в Палестину приходили новые племена и народы. Антропологи, проанализировав найденные археологами скелеты, установили, что в это время здесь жили люди нескольких типов. Доминирующей расой была «протосредиземноморская», очевидно напрямую произошедшая от живших в эпоху мезолита носителей натуфийской культуры. Но также были найдены представители «эуафриканского» населения с долихокефальными черепами, люди, похожие на альпийцев, и арменоиды. В Иерихоне, в трех коллективных захоронениях, изученных Готфридом Куртом, в которых были найдены останки более восьмисот человек, оказались представители двух различных групп: одни были низкорослыми, с долихокефальными черепами, представителями протосредиземноморской расы, имевшей, вероятно, местное происхождение, другие, более сильные и высокие, с более архаичными чертами, напоминают индивидуумов, найденных в Юмук-Тепе и на других памятниках Анатолии. Считается, что эти люди пришли откуда-то с севера. Алеш Хрдличка установил, что в Мегиддо жили представители как средиземноморской, так и негроидной расы, а Телль-Ассавир некогда населяли люди, относившиеся как к протосредиземноморскому, так и к альпийскому типу.

Очевидно, представители различных народов смешивались друг с другом не менее интенсивно, чем их культуры. Пожалуй, за всю историю Палестины никогда не происходило такого активного синтеза рас и культур, как в тот период. Но вполне вероятно, что такие процессы в 3-м тысячелетии до н. э. происходили по всей территории Ближнего Востока. Не зря этот регион всегда представляли в виде огромного котла, в котором варились различные расовые типы и идеи. Это сыграло большую роль в становлении ближневосточной цивилизации.


Социальное, хозяйственное и политическое развитие

Наиболее важной чертой этого периода было появление социума в полном смысле этого слова. Его представители научили поддерживать ежедневные контакты с другими сообществами и носителями иных культур. Его члены стали на протяжении всей своей жизни заниматься одним видом деятельности.


Контакты и взаимосвязи между различными группами людей – залог развития культуры. Изолированное сообщество людей развивается, лишь накапливая свой собственный опыт. Расширение информационного поля обогащает группу новыми знаниями и умениями, уже освоенными представителями других народов. Благодаря этому скорость культурной эволюции резко возрастает и начинает напрямую зависеть от активности взаимодействия с внешним миром.

Селищам и деревням свойственны менее активные контакты, чем городам. Чем больше сообщество, тем более широкие возможности для взаимодействия предоставляют торговля, война и другие способы восприятия чужих культур.

Необходимость строительства городов привела к изменению отношений и внутри отдельного сообщества. В городах рядом друг с другом живет большое количество людей, постоянно общающихся между собой и вынужденных сосуществовать и сотрудничать. Это приводит к расширению социальных связей каждого человека, к распространению новых моделей поведения и идей. Людей, входящих в одно крупное сообщество, объединяют общие интересы и социальный опыт. Но от них требуется узкая специализация труда.

Сложному городскому сообществу требуется огромное количество специалистов различного профиля, что открывает перед человеком возможность самостоятельно выбирать из множества вариантов род занятий. Для строительства укреплений, храмов и других общественных зданий требовались каменщики, нужны были ремесленники, которые изготавливали бы предметы быта, такие как керамические сосуды, металлическое оружие и орудия труда. Сложность работы возрастала, и для ее выполнения стали требоваться мастера узкого профиля. С развитием торговли возникла необходимость в специалистах в сферах коммерческой деятельности и перевозок. Увеличение численности населения и рост числа лиц, занимающихся такими выгодными видами деятельности, как торговля, привели к возникновению конкуренции и противостояния между людьми, претендующими на владение землями и естественными ресурсами. Для защиты сообщества требовались профессиональные солдаты.


Все большее число разновидностей орудий труда и оружия стало изготавливаться из металла, и люди начали осознанно искать и разрабатывать его месторождения. Эти рудокопы со временем объединились еще в одну профессиональную группу, хотя в некотором смысле они все же зависели от центра, из которого происходили.

Все усложнявшиеся социальная, политическая и экономическая структуры требовали выделения лидеров и управленцев, которые могли бы планировать деятельность населения и руководить ею, защищать его в случае войны и удостоверяться в том, что различные специалисты имеют все необходимое для работы, и удовлетворять нужды сообщества.

Централизация власти, выделение правящего слоя, огромные затраты энергии на строительство укреплений, храмов, дворцов, водохранилищ, складов, зернохранилищ и других общественных зданий – все это привело к тому, что некоторые люди вынуждены были превратиться в рабочих и слуг. Захват пленников на войне привел к появлению института рабства, благодаря которому появилась возможность эксплуатировать дешевую и многочисленную рабочую силу (в современной науке считается, что первоначально источником рабства были попавшие в долговую кабалу представители того же сообщества; их было относительно немного, и они по большей части играли роль домашней прислуги; порабощение военнопленных больше характерно для классических античных обществ. – Пер.).

Увеличение числа экономических, социальных и политических запросов сопровождалось одновременным усложнением духовных и ритуальных запросов населения. В каждом городском поселении появился свой религиозный центр. Первоначально он представлял собой святилище, которое постепенно превратилось в храм, а из храма – в священный участок со множеством различных зданий. Профессиональные жрецы стали удовлетворять религиозные нужды населения, превратившись в еще одну категорию специалистов. Общество городского периода было намного сложнее, чем во все предыдущие эпохи, став прототипом современного городского социума.


Ранний городской период не был временем постепенного поступательного развития. От самого его начала и до конца наблюдались некоторые общие тенденции в градостроительстве, материальной культуре и повседневной жизни, но это было результатом смешения элементов различных культур, подстегиваемого все новыми волнами иноземцев, появлявшихся на этой территории. В большинстве регионов все еще сохранялась племенная организация населения, а поблизости от городов некоторые люди жили в деревнях, селищах, в хижинах и землянках.

В ранний городской период в Палестине появились первые города-государства. Укрепленные города были окружены принадлежавшими им земледельческими угодьями, население которых жило в близлежащих деревнях и селищах. В начале эпохи первых городов экономическая и социальная организация крупных поселений Палестины была очень похожа на ту, что существовала в то же время в Месопотамии. Главные города, такие как Мегиддо, Беф-Шан и Беф-Джерах, находились либо недалеко от важнейших торговых путей, либо в основных долинах. Поблизости от них вырастали многочисленные селища.

Захоронения также свидетельствуют о том, что земледельческое население расселилось по всей территории страны. В городе жили политические лидеры и ремесленники, существовавшие за счет прибавочного продукта, производимого сельскими жителями. Именно здесь сосредотачивалась вся коммерческая и интеллектуальная жизнь, а также международные связи. Город становился все более безопасным местом, но наряду с этим вырастали и налоги, которые населению приходилось платить в казну за пользование принадлежавшими ей городскими территориями.

Появление городов и развитие торговли полностью изменили ход истории. Начиная с эпохи палеолита и до периода энеолита все большее число людей выбирало оседлый образ жизни, из-за чего возрастала локальность культур. Границы регионов их распространения сужались, а в ходе этого процесса контакты между соседними областями становились более регулярными. Но с развитием городских сообществ связи перестали носить местный характер и распространились на более отдаленные друг от друга территории.

Хотя в период неолита Палестина в хозяйственном и культурном развитии быстро обгоняла соседние области, в эпоху энеолита, в 4-м тысячелетии до н. э., другие районы Ближнего Востока, по большей части Месопотамия, северная Сирия и Египет, благодаря более активным контактам и тому, что там были более крупные зоны распространения местных культур, начали развиваться быстрее. В начале городского периода (конец 4-го тысячелетия до н. э.) на границах Палестины выросли два важнейших центра городской цивилизации – Сиро-Месопотамия и Египет.

Я уже говорил о том, что размер поселения влияет на развитие культуры. Когда люди впервые научились строить города и стали специализироваться на определенном виде деятельности, скорость развития сообществ, членами которых они являлись, резко возросла, из-за чего остальные народы начинали отставать. Египет и Месопотамия эволюционировали настолько быстро, что период городов-государств завершился там очень рано, уступив место государствам в полном смысле этого слова. В них входило уже несколько городов, административная и политическая организация которых еще более усложнилась. В тех районах, где городские центры появились сравнительно поздно, это событие также произошло с задержкой.

В начале 3-го тысячелетия до н. э. Верхний и Нижний Египет объединились под властью единого царя. В Месопотамии в 4-м тысячелетии до н. э. города-государства стали разрастаться, но первое крупное государство, Саргон, царь Аккада создал только во второй половине 3-го тысячелетия.

Месопотамия и Египет на протяжении всего 3-го тысячелетия до н. э. соперничали друг с другом. Причины этой «холодной войны» заключались как в экономических интересах и разделе сфер влияния, так и в амбициях местных князьков. Когда в Палестине все еще продолжался городской период, эти области превратились в две огромные империи, претендующие на власть над всем миром.

Довольно интересно посмотреть на современную политическую ситуацию в этих регионах, зная, что происходило на протяжении их четырехтысячелетней истории. Многие технологические новшества, изобретенные за последние полторы тысячи лет, распространились по всему миру, но в основном – среди индоевропейцев, бывших в описываемую нами эпоху полукочевым племенем, обитавшим где-то на северных окраинах ойкумены. Современные этические принципы мы унаследовали от евреев, которые в то время еще кочевали по восточной пустыне, изредка контактируя с жившими неподалеку народами.


Постепенное развитие знаковых систем привело к тому, что в начале 3-го тысячелетия до н. э. пиктографическое знаковое письмо Месопотамии и Египта постепенно превратилось в полноценную систему письменности. Это стало одним из важнейших достижений человеческой цивилизации, ознаменовавшим их переход от доисторического периода к истории. Благодаря появлению письменных источников увеличился объем наших знаний об этом периоде и у нас появилась возможность более подробно изучить административное устройство городов и храмов того периода, контакты, существовавшие между различными группами людей, правление верховных жрецов и князей и другие важные события.


Письменность появилась в Палестине только во 2-м тысячелетии до н. э., а до этого времени использовалось пиктографическое письмо. Оно, как правило, состояло из простых символов: звезд, крестов, прямоугольников и других геометрических фигур, а также схематичных изображений человека и животных. Они обычно ставились на печатях и знаках собственности, применявшихся для разнообразных целей, но чаще всего они ставились вместо подписей и торговых клейм. Лучше всего они представлены на керамических сосудах, в которых перевозились различные товары. В ранний городской период клейма нередко делались из камня, кости, в том числе и слоновой, металла и керамики. Можно также предположить, что некоторые из них изготавливались и из материалов, разрушившихся со временем.


Месопотамия и Египет вошли в историю уже в 3-м тысячелетии до н. э., а в Палестине ранней городской эпохи все еще продолжался протоисторический период. В египетских и месопотамских источниках содержатся отрывочные данные, позволяющие реконструировать некоторые аспекты истории Палестины, но в целом из них мы ничего не узнаем о причинах изменений в культуре, войн, а также разрушения и перестройки поселений в этой стране.

В гиксосский период круг и содержание исторических источников расширяются, а затем Палестина постепенно вступает в исторические времена.

Изучив дошедшие до нас в большом количестве письма местных князей, мы узнаем об особенностях жизни региона в поздний городской период, но письменная история, характеризующаяся ведением летописей, появилась в Палестине только после того, как эта область была завоевана евреями.


Городские поселения

Археологи называют городами только те поселения городского периода, которые были окружены оборонительными сооружениями и насыпями, превратившими их в тели. Дома в них стояли намного ближе друг к другу, чем в деревнях, а все свободное место занимали городские стены укрепления. Из-за этого быстро возникла необходимость планирования расположения узких городских улиц и площадей.

Городам, помимо оборонительной системы, присущи и другие признаки – общественные мероприятия и централизованная власть. Многие соседние дома часто имели одну смежную стену, а это говорит о том, что жизнь в городских поселениях требовала и определенной кооперации труда. В городах были святилища и храмы. В начале периода они занимали совсем немного места, но постепенно их значение увеличивалось. Там также строились большие здания, принадлежавшие, возможно, правителю или являвшиеся общественными. В городах сооружались дренажные каналы и специальные бассейны для сбора воды, а также зернохранилища и другие общественные склады.

В этих городах раннего городского периода семейная жизнь мало отличалась от той, которая ведется во многих современных ближневосточных деревнях. Однако, судя по тому, что здесь строились укрепления, храмы, дворцы и другие общественные здания, можно предположить, что структура и образ жизни городского сообщества уже тогда сильно отличались от деревенского.


Нам очень мало известно о планировке первых городов, но в Гае, Беф-Джерахе, Мегиддо и на других раскопанных телях значительное место внутри городских стен занимают именно общественные здания. Многие из них строились вдоль укреплений, внутренняя часть которых служила задней стеной таких строений, как склады, зернохранилища и даже храмы.

Иногда, как это видно на примере Гая, город строился вокруг центральной площади, на которой стояли дворцы, храмы и другие официальные и общественные здания. Частные дома занимали минимальную часть территории города, и вполне вероятно, что они принадлежали чиновникам и ремесленникам, таким как правитель, жрецы, администраторы, солдаты, каменщики, кузнецы, гончары и купцы, а многочисленное земледельческое население обитало в селищах, располагавшихся за пределами городских стен.

Можно проследить общий курс развития архитектуры, хотя на протяжении раннего городского периода частные дома, в которых жили семьями, практически не изменились. Порой архитектура приобретает ряд особенностей, но ни в одном палестинском центре не засвидетельствовано присутствие больших, рассчитанных на значительное количество людей жилищ или других зданий, появление которых говорило бы об изменении социальной организации. Таким образом, в городах постепенно увеличивалось число домов, населенных малыми семьями.

Круглые хижины Иерихона докерамического периода были «предками» городских домов. Позднее, когда были построены мощные стены, жители поняли, что прямоугольные здания лучше подходят для города – они позволяют экономить пространство и помогают лучше спланировать все поселение. Этот процесс перехода от круглых строений к прямоугольным, сопровождающий превращение деревни в город, происходил на протяжении всего протогородского периода снова и снова. Тогда за триста лет на всех основных теллях северной Палестины выросли городища. В тот переходный период у домов, как правило, была круглая стена с одной стороны и прямая с двумя углами – с другой. Такие здания получили названия апсидных и в эпоху формирования городов были широко распространены по всему Ближнему Востоку. В Беф-Шане, Беф-Джерахе, Мегиддо, да и практически во всех центрах Палестины этот процесс происходил одинаково, хотя и в разное время: сначала там стояли хижины, потом появились апсидные дома, сменившиеся затем прямоугольными. Это была переходная эпоха, время экспериментов и приспособления к новым условиям жизни, сопровождающееся многочисленными новациями в архитектуре.

По окончании переходного периода жилища стали похожи на те, что характерны для энеолитического поселения в Гхассуле. Центром семейной жизни был внутренний двор. По крайней мере, именно там были расположены очаг и другие удобства. Все время, кроме трех месяцев в году, когда постоянно шел дождь, в двух или трех комнатах скорее хранили запасы, а не жили. Также вполне возможно, что, как и в современных палестинских арабских деревнях, в доме обитали несколько кур, осел и собаки, принадлежавшие членам семьи, а в одной из комнат, вероятно, держали крупный рогатый скот.

Постепенно население города росло и там оставалось все меньше свободного места. Тогда некоторые богатые семьи стали строить двухэтажные дома, на верхнем этаже которых люди жили, а на нижнем хранили припасы, готовили пищу и занимались другими повседневными делами.

Во всех этих городах на главных улицах стояли храмы с открытыми площадками перед ними. Эти важные церемониальные центры должны были располагаться так, чтобы возле них по мере необходимости могло собраться все население. Таким образом, они способствовали объединению людей и созданию духа гражданственности, столь необходимого для поддержания в городе порядка (согласно другой точке зрения, в древневосточных обществах, в отличие от античных, религия не имела гражданской функции – она скорее была средством выживания человека во враждебном мире, возможностью задобрить богов, чтобы получить от них надежду на стабильное будущее, хотя это и не отрицает той роли, которую храмовые центры играли в градообразовательном процессе. – Пер.).

В энеолитическом поселении Гхассул археологи обнаружили несколько комнат, стены которых были покрыты фресками с мифологическими сюжетами, но ни планировка, ни находки, сделанные в этих постройках, не свидетельствуют о том, что они играли роль храмов и что в них собирались все жители селища, а не только члены одной семьи. К тому же до сих пор не найдено ни одного храма, относящегося к периоду энеолита. (Странное, очень большое здание, обнаруженное в Ен-Гедди, может стать исключением из этого правила, но подтвердить или опровергнуть данное предположение могут только дальнейшие раскопки.) Как мы говорили выше, их обнаружили в неолитических слоях Иерихона, но вновь они появляются только в протогородскую эпоху. В Палестине храмы строились только в наиболее развитых городских центрах, и, следовательно, их можно считать характерными для раннего городского периода. Будучи одним из общественных институтов города, они первоначально строились рядом с другими общественными зданиями, а впоследствии стали примыкать к укреплениям. Два таких примера были найдены в Мегиддо (слой XIX), в долине Эздраэлона и в Эт-Телле, недалеко от Иерусалима, где, как предполагается, находился библейский город Гай.


Со временем религиозные центры стали играть все большую роль, о чем лучше всего свидетельствует пример Мегиддо, где на протяжении нескольких столетий в самом сердце города располагался священный участок. Вокруг площади строилось несколько святилищ, а сзади устраивался бама, или круглый алтарь, вероятно своего рода святая святых, скрытое от любопытных глаз окружающими его стенами.


В Палестине были найдены два внушительных здания, относящихся к раннему городскому периоду. Некоторые ученые считают их храмами, хотя другие не согласны с этой точкой зрения. Так что до сих пор они остаются загадкой для археологов. Первый из них был обнаружен в Гае французской экспедицией под руководством Жудит Маркет-Краузе. Она нашла там лишь малую толику гигантского древнего комплекса. Второй «храм» был обнаружен в Беф-Джерахе, на побережье Галилейского моря, в ходе работы там экспедиции Еврейского университета. В качестве фундамента там были использованы плоские и ровные прямоугольные камни, а в целом стиль, в котором он построен, напоминает «дворец» из Гая.


Длина сохранившейся части здания в Гае – около 33,5 метра. В центре его находится зал, размер которого составляет примерно 12 на 7 метров. Его крышу поддерживали четыре массивные колонны, расположенные посередине. Это здание было построено в период господства хорошо обожженной керамики, получившей название металлической, но в плане оно имеет ту же апсидную форму, что и частные дома более раннего времени. Судя по всему, оно было двухэтажным, а большие размеры центрального зала позволяют нам предположить, что в нем собиралось большое количество людей. Для строительства этого дома была выбрана самая высокая точка города, в результате чего он должен был господствовать над местностью и всеми остальными постройками. Шмуэль Ейвин, возглавлявший эти раскопки, решил, что перед ним укрепленное святилище, но французский археолог Рене Дюссо и другие исследователи считают это сооружение резиденцией местного князя или правителя. В плане это здание очень похоже на храмы, найденные в Мегиддо и других городах, но в нем не было обнаружено ни алтарей, ни церемониальных предметов, но при этом не найдено там и жилых помещений. Остается только ждать, когда будут открыты похожие строения, окруженные более четким археологическом контекстом, а до тех пор эта постройка так и останется для нас загадкой.

Второе странное сооружение было обнаружено в Беф-Джерахе. Археологи, участвовавшие в его раскопках, датировали его постройку периодом господства хирбет-керакской керамики. Это здание внушительных размеров (более 39 на 35 метров), прямоугольной формы. У него был внутренний двор и продолговатый центральный зал более 9 метров в длину. Вход в этот зал располагался в центре одной из длинных сторон, а его крышу поддерживали две стоявшие посередине колонны. Вокруг двора и зала были обнаружены восемь загадочных круглых построек. Каждая из них была разделена на четыре части и имела узкий проход, который вел либо во двор, либо в зал. Во дворе был обнаружен очаг с подставкой для благовоний. Входы во двор и в зал располагались с восточной стороны, а само здание ориентировано по линии восток-запад. С другой стороны, практически во всех древних зернохранилищах были такие круглые помещения.

Сразу же после открытия этого сооружения ученые начали спорить о его природе: одни считали, что оно было святилищем, а другие видели в нем всего лишь зернохранилище. Вероятно, оба этих мнения частично верны – двор и продолговатый зал в настоящее время считаются элементами святилища, а круги – всего лишь окружающее его зернохранилище. Храмы похожего типа, относящиеся к тому же времени, хорошо известны в Месопотамии. Благодаря этому зданию мы можем узнать много нового о социальной структуре Палестины раннего городского периода. То, что зерно хранилось в храме, под надзором жрецов, предполагает теократический характер власти в Беф-Джерахе (возможно, это могло быть связано с тем, что зерно считалось священным. – Пер.), напоминающий устройство городов Месопотамии того же времени.


Укрепления – наиболее известный и самый важный вид общественных построек. Первенство в этом принадлежит Иерихону, который «обзавелся» этой отличительной чертой, свойственной каждому городищу, раньше всех остальных поселений. Докерамический Иерихон уже был окружен оборонительной стеной, усиленной рвом. Первые укрепления вокруг других городов появляются только в ранний городской период.

Лучше всего сохранившаяся стратиграфия укреплений была открыта археологами Чикагского восточного университета в Мегиддо. Там (слой XIX) первая окружающая городище стена, ширина которой была около 3 метров, сложена из кирпича-сырца и построена на тщательно разровненной подсыпке из гальки и других видов камня. Через некоторое время, когда Египет и Месопотамия уже начали поддерживать тесные контакты, а значение международной торговли быстро росло, первые стены Мегиддо показались его жителям недостаточно крепкими, и на их месте были построены новые. На этот раз они были полностью сложены из камня, а их толщина достигала 4 метров. Примерно в тот же период другие тели также были окружены укреплениями. Например, в Беф-Джерахе была найдена массивная стена, относящаяся к тому времени. Она была сложена из кирпича-сырца, как и первые укрепления Мегиддо, но качество кладки здесь было намного выше, и ее толщина составляла 8 метров.

В центральной Палестине археологи, занимавшиеся раскопками Гая, обнаружили очень интересную и сложную оборонительную систему с воротами и полукруглой башней рядом с ними. В южной Палестине, в Телль-Гате, Шмуэль Ейвин и его коллеги недавно нашли еще одну защитную стену, принадлежащую, судя по всему, к тому же периоду, что и описанные выше. Она отличалась от других тем, что в ней были выступы и ниши. Подобные укрепления были найдены в Египте, где они датируются эпохой Древнего царства. Этот тип оборонительных сооружений был очень популярен в более поздние времена, так как люди поняли, что подобные укрепления лучше подходят для целей обороны, чем ровные стены.


Все это помогает нам представить жизнь населения этих городов. Городища представляли собой скопление домов, окруженные оборонительными сооружениями. В их центре располагались храмы и другие общественные здания, соответствующие нуждам жителей и властей. Частная жизнь протекала в закрытых внутренних дворах, а общественная – перед храмами и другими постройками публичного характера. Город населяли различные специалисты. Земледельцы, обитавшие в соседних деревнях, приходили сюда, чтобы обменять свою продукцию на ремесленные изделия и другие товары и принять участие в общественных и религиозных мероприятиях. По узким улочкам люди водили своих ослов и других животных, а на воротах и вдоль оборонительных стен стояли солдаты, охранявшие поселение.

Просмотров: 5113