М.А. Дандамаев

Политическая история Ахеменидской державы

Захват Египта

 

С того времени, как персидские войска вступили в Вавилонию, Камбиз, по-видимому, большую часть времени проводил в этой стране. В частности, в городе Сиппар был расположен один из его домов [NRV, 17; Суг., 199].

Неискушенный горец, который в 538 г. явился на новогодний праздник вавилонян в эламской одежде, легко приспособился к деловой жизни своих новых подданных и не брезговал давать через своих агентов деньги в рост. Так, в 535 г. «писец царевича Камбузии» отдал одному лицу под залог дома в Вавилоне «1 1/3 мины серебра, имущество царевича Камбиза» [Суг., 177]. В текстах упоминаются несколько управляющих хозяйством Камбиза [Суг., 270, 335; NRV, 17], а также его раб — мастер по изготовлению печатей, учивший своему ремеслу других лиц [Суг., 325].

Согласно Геродоту (I, 208) Камбиз находился вместе с Киром во время похода на массагетов, но перед решающей битвой был назначен наследником престола и отправлен в Персию36. В августе 530 г. он стал царем Ахеменидской державы [Camb., I и сл.]. Возможно, что после гибели Кира Камбиз также стремился обезопасить северо-восточные границы государства от сакских вторжений, но источники об этом ничего не сообщают. Во всяком случае, он двинулся против Египта не сразу, а лишь через пять лет.

Тем временем египтяне, которые знали о грозящей им опасности, готовились к войне. В 654 г., после изгнания из Египта ассирийцев, к власти пришел Псамметих I, основатель XXVI династии, называемой саисской, поскольку теперь религиозной и политической столицей страны стал город Саис в Дельте. Начался период возрождения Египта, его экономический и политический расцвет; одновременно стали подражать древним традициям. В ущерб фиванскому богу Амону, в течение многих веков возглавлявшему египетский пантеон, выдвигаются боги Дельты — прежде всего богиня Нейт, покровительница Саиса, а также бог Мемфиса Птах и древний Осирис. Почитание животных дошло до крайности, появляются многочисленные кладбища животных.

В 610 г. Псамметих I умер, передав власть Нехо II, правившему до 595 г. Следующие два фараона — Псамметих II и Априй — правили соответственно в 595—589 и 589—570 гг., после чего наступило долгое царствование Амасиса.

Готовясь к неизбежной войне с Персией, Амасис поддерживал дружественные связи с самосским тираном Поликратом, лидийским и вавилонским царями, а также с Киренаикой, греческим государством к западу от Египта, на африканском побережье Средиземного моря. Особенно тесными стали связи с эллинским миром. Еще в VII в. эллины служили фараонам, военная мощь которых в значительной мере зависела от чужеземных наемников. При Амасисе, которого греки считали своим благодетелем и называли филэллином, наемники начали распространяться по всему Египту. Греческая фактория Навкратис в западной части Дельты, возникшая еще в VII в., превращается в крупный город с чисто греческим внутренним устройством и святилищами эллинским богам. По берегам Нила стали возникать новые греческие фактории. Однако, когда число эллинов и других чужеземцев в Египте чрезмерно возросло, между ними и местным населением начали происходить стычки. Есть основания полагать, что египтяне относились к грекам хуже, чем к финикийцам, иудеям и другим семитский поселенцам, поскольку греки держались обособленно от местного населения. Сказывалось также большое различие между египетскими и греческими обычаями, в то время как с семитами у египтян было много общего. Чтобы ослабить эту вражду, Амасис стал создавать «лагеря» (обособленные кварталы) для греков, карийцев и других чужеземцев и сосредоточил наемное войско в Мемфисе. Была также прекращена свободная торговля греков в Египте, но Навкратис получил монопольное право в греко-египетской торговле. Эта торговля имела для Египта большое значение, снабжая его греческим серебром, необходимым для содержания наемников. Амасис посылал также богатые посвятительные дары в греческие храмы на материке и на островах.

При Амасисе наступил наибольший хозяйственный расцвет Египта. По утверждению Геродота, в это время там было 20 000 городов, что, разумеется, является преувеличением. Население Египта, по всей вероятности, достигло 7—7,5 млн. человек — число, которое было существенно превзойдено лишь в начале нашего столетия [249, с, 274].

Но внешнеполитическая ситуация складывалась неблагоприятно для Египта. К середине правления Амасиса Египет потерял своих союзников — из них персидского плена избег лишь Поликрат Самосский. В конце 526 г. Амасис умер37. Его преемнику и последнему саисскому фараону Пса.мметиху III суждено было царствовать только шесть месяцев,

После долгой военной и дипломатической подготовки, в результате которой Египет оказался в полной изоляции, Камбиз выступил в поход. Египетские источники изображают персидское вторжение как нашествие жителей многих чужеземных стран («жители всех стран»), которые пришли в Египет вместе с Камбизом [327, с. 16 и 167; там же даны и ссылки на тексты]. Геродот (III, 1) также говорит, что вместе с Камбизом против Египта пошли «все покоренные им народы». В определенной мере эта картина подтверждается и одним документом из Вавилона, согласно которому некий Иддина-Набу продал в 524 г. «египтянку из своей добычи лука» вместе с ее трехмесячной дочерью [Camb., 334]. Очевидно, эта женщина была захвачена во время похода Камбиза в Египет, в котором, как можно заключить из документа, участвовали и вавилонские воины. К персидской армии были добавлены воински контингенты и из других покоренных народов, в том числе и греки из Малой Азии (Herod. Ill, 7 и 25).

Сухопутная армия персов получила поддержку со стороны финикийского флота. Союзник Амасиса Поликрат Самосский, владевший сильным флотом, перешел на сторону Камбиза и послал ему в помощь 40 кораблей. Правда, эта эскадра не прибыла к месту военных действий, так как Полйкрат. включил в нее лиц, которых он считал нужным убрать с острова, и те вернулись дороги, чтобы свергнуть своего тирана. Киприоты, которые при Амасисе попали в зависимость от Египта, также перешли на сторону Камбиза и поддержали его армию своими кораблями.

Войско было собрано в Палестине, а флот был сосредоточен в Акко. По сообщению Геродота (III, 7—8 и 88), Камбиз послал вестников к царю арабов, прося предоставить ему безопасный проход в Египет. Очевидно, имеются в виду арабские племена, кочевавшие в степях и пустынях между Египтом и Южной Палестиной. Царь арабов согласился на эту просьбу, заключив союз с Камбизом, и снабжал персидское войско при переходе через пустыню, пригнав туда верблюдов, навьюченных мехами с водой. За эту услугу впоследствии арабы считались не подданными, а союзниками персидского царя.

Армия Камбиза благополучно добралась до пограничного египетского города Пелусий (в 40 км от современного Порт-Саида)38. Дальнейший ход событий сильно напоминает захват Вавилонии Киром. Начальник египетского флота (он одновременно был и управляющим храмом богини Нейт в Саисе) Уджагорресент, по-видимому, и не помышлял о сопротивлении чужеземцам и лишь искал удобного случая, чтобы перейти на их сторону. Галикарнасец Фанес, командир греческих и карийских наемников, находившихся на службе еще у Амасиса, рассорился с ним из-за жалованья и затем перешел на сторону Камбиза39. Перебежав к персам, он доставил им ценные сведения о военных приготовлениях египтян и указал, как обойти укрепления, находившиеся на пути персидского войска.

Египетская армия ждала противника у Пелусия. Войско Камбиза также расположилось поблизости. В этот решающий час греческие и карийские наемники не растерялись и не поддались чувству страха. Принято считать, что наемники в периоды военных неудач ненадежны и легко переходят на сторону противника. Но наемники Псамметиха III (как и отряды греков, позднее служивших персидским царям) отнюдь не были лишены чувства воинского долга и чести. В гневе на своего бывшего командира Фанеса, перебежавшего к персам, греки закололи перед строем его сыновей, находившихся в Египте, смешали их кровь с вином и, выпив эту смесь, бросились в бой: Однако их мужественный поступок свидетельствовал и о том, что основной опорой фараона являлись чужеземцы.

Единственная крупная битва произошла весной 525 г. у Пелусия. Это было кровопролитноесражение, в котором обе стороны понесли тяжелые потери. Согласно Полиэну (Strat. Ill, 9), Камбиз долго осаждал Пелусий, египтяне оказывали отчаянное сопротивление, кидая из пращей камни и горящие головни и стреляя из луков. Но утверждение Полиэна, что Камбиз овладел Пелусием, выставив впереди своего войска кошек, собак и ибисов, которых египтяне считали священными животными и поэтому из опасения попасть в них воздерживались от стрельбы, носит анекдотический характер.

Битва при Пелусий окончилась победой персов. Остатки египетского войска и наемников в беспорядке бежали в "Мемфис. Геродот, который приблизительно через 70 лет посетил место боя, рассказывает, что еще в его время можно было видеть скелеты воинов, сваленные в кучи (Herod. Ill, 12).

Победители двинулись в глубь Египта по морю и по суше, не встречая сопротивления. Командир флота Уджагорресент не дал распоряжения об оказании сопротивления противнику и без боя сдал Саис и свой флот.

Камбиз послал в Мемфис корабль с вестником, чтобы потребовать капитуляции. Но египтяне напали на корабль и вырезали весь его экипаж вместе с царским послом. Началась осада города, и египтянам пришлось сдаться. 2000 пленников, включая сына Псамметиха III, было казнено в отместку за убийство посла. Но самого Псамметиха оставили в живых, он пребывал при дворе Камбиза.

Имущество бывшего фараона, надо полагать, было конфисковано: много различных предметов и добычи, на которых сохранились имена Нехо, Амасиса и Псамметиха III, было найдено археологами в персепольской сокровищнице. В Персеполе и в меньшем количестве в Сузах раскопаны также фигурки божеств Бэса и Исиды, египетские предметы из слоновой кости, алебастровые вазы [MDP, I, с. 117 и сл.; 327, с. 190; 355, т. I, с. 25, 182; т. II, с. 68 и 81—83]. Диодор (I, 46,4) пишет, что Камбиз увез из египетских храмов золото, серебро, слоновую кость и увел в плен ремесленников этой страны, чтобы строить дворцы в Персеполе, Сузах и Мидии. Ктесий (Pers. 13,30 = FGrH III, с. 459 и сл.) говорит об уводе в Персию Камбизом фараона Амиртея (ошибка: вместо. «Псамметиха») и 6000 египтян в Сузы. Ктесий пишет также, что при захвате Египта погибло 50 000 египтян и 7000 персов, но вряд ли эти цифры были основаны на каких-либо достоверны источниках.

Сохранился также коптский рассказ о вторжении армии Камбиза в Египет, но этот текст не содержит ценной информации, так как в нем персидский царь спутан с Навуходоносором II и два столь различных по времени похода объединены в один [236; 370, с. 239].

К лету 525 г. уже весь Египет был в руках персов. Время от 525 до приблизительно 450 г., когда египтяне отпали от Персии, принято называть первым периодом персидского господства в Египте.

Жившие к западу от Египта ливийские племена, а также греки Киренаики и город Барка добровольно подчинились Камбизу ив знак покорности послали ему дары.

К концу августа40 525 г. Камбиз был официально признан царем Египта. Судя по демотическим текстам, Камбиз вообще не признавал Псамметиха III (последние три документа, датированные по его царствованию, относятся к марту 525 г.) законным фараоном и период его шестимесячного правления добавил к своему царствованию, считая себя преемником Амасиса на египетском троне [322, с. 209 и сл.; 188, с. 98 и сл.]. Один египетский документ датирован даже восьмым годом правления Камбиза, хотя он умер через три года после захвата им Египта. Судя по этому тексту, возможно, что Камбиз считал себя египетским фараоном уже со времени, когда он вступил на престол в 530 г.

Камбиз основал новую, XXVII династию фараонов. Как свидетельствуют египетские источники, он придал своему захвату характер законной унии с египтянами, короновался по местным обычаям, пользовался традиционной египетской системой датировки, принял титул «царь Египта, царь (чужеземных) стран» и древние титулы «потомок (богов) Ра, Гора, Осириса». Он отправился в Саис, чтобы лично участвовать в религиозных церемониях в храме Нейт, и на коленях поклонился ей, приносил жертвы египетским богам и оказывал им другие знак внимания [ссылки на тексты см. 327, с. 170 и сл.]. Судя по египетским текстам, Камбиз продолжал политику фараонов предшествовавшей ему XXVI династии и стремился привлечь на свою сторону народ этой страны. На рельефах он изображен в местном костюме (а не в эламском!), коленопреклоненным перед богами [187, с. 85 и сл.].

Чтобы придать захвату Египта законный характер, создавались и пропагандировались легенды о матримониальных связях Ахеменидов с египетскими царевнами и о рождении Камбиза от брака Кира с египтянкой Нитетидой, дочерью фараона Априя, а преемник последнего Амасис изображался узурпатором (сохранились три версии этой легенды: Herod. I, 1—3; Athenaios XIII, 10; Ctes., Pers. fr. 13a). В этой связи Геродот отмечает, что «египтяне считают Камбиза своим», а не чужеземным царем. Но хорошо известно, что матерью Камбиза была Кассандана, которая происходила из ахеменидского рода. По всей вероятности, источником легенд о связях Кира с египетскими царевнами послужила не египетская, а персидская или малоазийская традиция [188, с. 155; 287, с. 176; 227, с. 87 и сл.].

Вскоре после персидского завоевания Египет снова начал жить нормальной жизнью. Юридические и административные документы времени Камбиза свидетельствуют о том, что первые годы господства персов не нанесли значительного ущерба экономической жизни страны [327, с. 169; 188, с. 69]. Правда, сразу после захвата Египта персидская армия совершала грабежи, и, возможно, была разграблена школа при Саисском храме. Но Камбиз, который, по-видимому, не был лично ответствен за эти насилия, приказал своим воинам прекратить бесчинства, покинуть храмовую территорию (по крайней мере в Саисе) и возместил причиненный храмам ущерб [327, с. 11 —16].

Об этих событиях рассказывает надпись Уджагорресента на наофорнои статуе (т. е. на статуе, держащей в руках изображение Осириса), датированная четвертым годом царствования Дария I. Наряду с трудом Геродота это важный источник о первых шести годах персидского господства в Египте. В этой своего рода apologia pro vita sua, оправдывающей переход ее автора на сторону персов, события выбраны и изложены тенденциозно (в частности, не упоминается указ Камбиза о сокращении доходов египетских храмов, в том числе и святилища Нейт в Саисе). Уджагорресент изображает себя правой рукой Камбиза и Дария I, которые, по его утверждению, были благочестивыми фараонами, и пишет, что благодаря своему влиянию на них он смог оказать большие услуги городу Саису, его богам и своей семье. Ж. Познер, который обстоятельно исследовал надпись, замечает, что, поскольку она была выставлена на видном месте и прохожие могли читать ее, не следует ожидать в ней значительного искажения событий [327, с. 166; текст, французский перевод и комментарий см. там же, с. 1—26]. В частности, Уджагорресент пишет о себе: «Почтенный у Нейт великой... казначей царя... писец... управляющий дворцом, начальник морских кораблей царя... Уджагорресент... говорит: "Пришел правитель великий нагорий всех Камбиз в Египет, и вот чужеземцы нагорий всяких с ним. Он стал властвовать над всей этой страной, причем они поселились там, и был властителем великим Египта и правителем великим нагорий всех. Предоставил мне его величество должность великого врача, приказал он, чтобы я находился возле него как друг, управляющий дворцом,и чтобы составил я ему титулатуру его... Я показал его величеству величие Саиса... Я обратился с просьбой в присутствии царя Верхнего и Нижнего Египта Камбиза по поводу чужеземцев всяких, которые поселились в храме Нейт, чтобы изгнать их оттуда, чтобы дать храму Нейт быть во всем его великолепии, как он был издревле. Приказал его величество изгнать чужеземцев всяких...разрушив дома их, нечистоту их всякую, которая в храме этом... Приказал его величество, чтобы был очищен храм Нейт, возвращены все люди его в него... Приказал его величество приносить жертвы Нейт великой... и богам, находящимся в Саисе, как это было издревле... Пришел царь Верхнего и Нижнего Египта Камбиз в Саис. Когда прибыл его величество самолично в храм Нейт, он бил челом перед ее величеством весьма, подобно тому как (это) делали цари все, и совершил он жертвоприношение большое из вещей всяких добрых для Нейт великой... и богов, находящихся в Саисе, подобно тому как (это) делали цари все превосходные... Сделал его величество полезное все в храме Нейт... Я установил жертвы для Нейт великой... сообразно с тем, что приказал мне его величество навечно"» (перевод О. Д. Берлева).

Следуя политике Кира, Камбиз предоставил египтянам свободу в религиозной и частной жизни. Египтяне, как и представители других народов, продолжали занимать свои должности в государственном аппарате и передавали их по наследству. Так, упомянутый саисский жрец и полководец Уджагорресент не только сохранил при Камбизе и Дарий I все государственные должности (кроме начальника флота), которые он занимал при египетских фараонах Амасисе и Псамметихе III41, но и получил новые (например, начальника врачевателей). За переход на сторону персов он был щедро вознагражден и стал их советником в египетских делах. Именно он составил титулатуру персидских царей по образцу титулатуры предыдущих фараонов. Вероятно, он был также включен в список царских «благодетелей».

Среди других чиновников, которые сохранили свои должности при Камбизе, можно упомянуть Хнемибре, сына начальника работ в каменоломнях Вади-Хаммамата. Он занял должность отца. в 526 г., еще при Амасисе, и продолжал служить при персах. В одной из его надписей содержится и имя Камбиза [327, с. 95; ср. 169, с. 136—139, где даны ссылки на все египетские тексты с упоминанием Камбиза]. Попутно отметим, что в течение 50 лет (до 473 г.) в Вади-Хаммамате постоянно производилась добыча камня под общим наблюдением персидского наместника [181, с. 116 и сл. ].

Но не следует забывать, что сокращение доходов египетских храмов, тяжелые царские подати, которые необходимо было платить серебром и натуральными продуктами, и угон египетских ремесленников для сооружения дворцов в Иране вызывали сильное недовольство как египетских жрецов, так и народа господством чужеземцев.

После захвата Египта Камбиз мечтал о покорении остальной части Африки, о протяженности которой он имел более чем смутное представление. Осуществление этих планов обеспечило бы персам господство, в частности, над Западным Средиземноморьем. Но прежде всего пришлось отказаться от намерения завоевать Карфаген, так как финикийцы решительно не захотели принять участие в походе против родственного им населения, а без их флота Камбиз не мог осуществить крупные морские операции. Таким образом, оставалось овладеть оазисом Амона в северо-западной части Ливийской пустыни и Нубией (Страна эфиопов, или Куш более поздних ахеменидских надписей).

Готовясь к походу против Нубии, Камбиз послал туда соглядатаев и основал в Верхнем Египте несколько укрепленных городов42. В Фивах армия Камбиза разделилась: часть во главе с царем двинулась на юг, а другая — к оазису Амона. По пути Камбиз, очевидно, посетил крепости на Элефантине и взял с собою в поход семитских наемников, служивших там еще при саисских фараонах.

Согласно Геродоту (III, 17 и 25), Камбиз вторгся в Нубию без достаточной подготовки, без запасов продовольствия, поэтому в его войске началось людоедство, и он вынужден был отступить, потеряв большую часть армии. Диодор (III, 3,1) пишет, что, по словам эфиопов, Камбиз напал на них с большим войском, но потерпел полное поражение. По мнению Э. Мейера, этот поход нашел отражение в надписи эфиопского царя Настасена, в которой тот похваляется, что заставил отступить некоего Камбасудену [294, т. III, с. 191]. Однако позднее было установлено, что надпись эта относится к концу IV в. до н. э. [327, с. 269, примеч. 3].

Впрочем, некоторые историки не без оснований считают, что рассказ о поражении Камбиза содержит много преувеличений. По мнению А. Р. Бэрна, маловероятно, что Камбиз выступил против эфиопов без предварительной подготовки, особенно если учесть, насколько тщательно был запланирован им переход через Синай. Да и сами «эфиопы-долгожители», против которых был, по Геродоту, направлен поход, являются легендарным народом, название и эпитет которого восходят еще к Гомеру [122, с. 87]. Во всяком случае, Камбиз завоевал граничащую с Египтом северную часть Нубии (за Первым порогом Нила), которая ранее находилась в зависимости от фараонов. О захвате этой территории свидетельствует Геродот в другом месте своего труда (III, 97). Можно полагать, что Камбиз добрался до Второго порога; есть некоторые (правда, ненадежные) данные о том, что он поднялся на значительное расстояние вверх по Нилу. Античные авторы упоминают местность «Склад Камбиза» близ Третьего порога, носившую такое название еще в римское время43. Но возможно, что эти авторы приняли за имя Камбиза какой-то сходно звучавший топоним [122, с. 87; ср. 327, с. 169, примеч. 4]. Сообщение некоторых древних историков44 о том, что Камбиз достиг Мероэ и назвал там город по имени своей сестры, явно недостоверно. В Бехистунской надписи среди покоренных стран Куш (Нубия) еще не упоминается, эта страна появляется лишь в более поздних текстах Дария I из Персеполя. Из этого можно заключить, что Куш был включен в состав Ахеменидской державы только при Дарий I.

По утверждению Геродота (III, 26; ср. Diod. IX, 14, 3), персидская аркия, посланная в оазис Амона в Ливии, целиком погибла в песчаной буре45. Это сообщение подвергается сомнению некоторыми исследователями, которые склонны считать, что Камбиз действительно завоевал Ливию [330, с. 42, примеч. 1; 355, т. I, с. 25; ср. 122, с. 87]. Но в таком случае Ливия (Пут) была бы упомянута в перечне покоренных стран в Бехистунской надписи, а не только в более поздних текстах. Поэтому захват Ливии персами надо отнести ко времени Дария I.

Пока Камбиз в течение долгого времени находился в Нубии, египтяне, зная о его неудачах, по-видимому, были уверены в том, что он уже не вернется обратно, и подняли восстание против персидского господства. В конце 524 г. Камбиз возвратился в административную столицу Египта Мемфис и начал суровую расправу над мятежниками.

Прямых данных об этих событиях очень мало. Геродот (III, 15) рассказывает, что бывший фараон Псамметих, живший в Мемфисе, строил всяческие козни и подстрекал египтян к мятежу. Когда его изобличили, он по приказу Камбиза покончил самоубийством. В. В. Струве полагал, что это восстание нашло отражение и в надписи Уджагорресента [60, с. 11]. Однако Дж. Камерон и другие исследователи считают, что в данном тексте речь идет о восстании в первом году царствования Дария I [126, с. 307 и сл.; 245, с. 105], что, на наш взгляд, менее вероятно.

Несмотря на свою преданность Камбизу, которого он изображает продолжателем традиций местных фараонов, Уджагорресент говорит о наступлении тревожных времен, беспорядках и смутах, подобных которым раньше не было ни в его родном городе Саисе, ни во всем Египте. Согласно его словам, «спас я людей в несчастье великое, которое случилось по всей земле, причем подобного ему не случалось в долине этой. Защищал я слабого от сильного, спасал я боязливого, когда что-либо достойное порицания с ним случалось. Я делал для них полезное... Установил я для них (т. е. для братьев своих) должности слуг бога, дал я им поля великолепные сообразно с тем, что предоставил мне его величество навечно... Кормил я детей их всех... Сделал я для них полезное все, как если бы сделал (это) отец сыну своему, когда несчастье случилось в номе этом во время несчастья весьма великого, случившегося во всей долине» (перевод О. Д. Берлева).

Часто исследователи связывают это место надписи с рассказами античных авторов о глумлении Камбиза над египетскими святынями [ср., однако, у Познера, где такая связь отрицается: 327, с. 168]. Эти авторы единодушно изображают правление Камбиза в Египте как время насилий, грабежа святилищ и глумления над богами46. В частности, согласно этим источникам, Камбиз убил священного тельца (апис). Но египтологи давно установили, что этот рассказ далек от действительности. Как свидетельствуют египетские тексты, апис, родившийся в 27-м году правления Амасиса, пал естественной смертью в 6-м году царствования Камбиза и был торжественно погребен. Сохранилась официальная эпитафия в которой говорится, что для погребения этого аписа Камбиз пожертвовал красивый саркофаг. Следующий апис появляется лишь в 1-м году правления Дария I, следовательно, он не мог быть убит. Камбизом [327, с. 30—33 и 171 —175; 188, с. 39; 114, с. 311 и сл.; 81, с. 170; 321, с. 286]. Поэтому рассказы об убийстве аписа не соответствуют действительности и, по всей вероятности, были сочинены египетскими жрецами уже после смерти Камбиза [ср. 227, с. 105].

Согласно Геродоту (III, 16), Камбиз отправился из Мемфиса в Саис, велел там вынести из гробницы мумию фараона Амасиса и стал бичевать ее, а потом предал огню. Геродот пишет также, что это было одинаково богопротивно как с точки зрения персидских, так и египетских обычаев, поскольку у персов огонь считался священным, а по представлениям египтян человек лишался будущей жизни, если уничтожить его труп. Э. Брешиани считает, что в данном случае Камбиз поступал в соответствии с египетскими воззрениями, так как стремился уничтожить всякую память о человеке, царствование которого он считал незаконным [114, с. 313 и сл.; см. также 81, с. 171]. Однако рассказ Геродота плохо согласуется с сообщением Уджагорресента о том, что Камбиз прибыл в Саис для другой цели, а именно для поклонения богине Нейт, и, по-видимому, является более поздней тенденциозной выдумкой египетских жрецов. Поэтому предположение некоторых исследователей, что Камбиз глумился над религиозными чувствами египтян, проявляя «восточное варварство» [272, с. 98 и сл.; 351, с. 186], представляется лишенным оснований. Можно говорить лишь о том, что во время восстания несколько египетских храмов подверглись грабежу. Но причиной этого было не враждебное отношение Камбиза к египетским святыням, а нелояльность египтян к персидскому царю.



36См. также: Хеп., Сугор. VIII, 7, 11; Ctes., Pers. 29,8.
37Большинство египтологов считали, что Амасис умер в 527 г., но Р. А. Паркер, исходя из одного документа, содержащего двойную датировку (по египетскому и лунному календарю), показал, что Амасис правил 44 года и умер в 526 г. [322, с. 208—212].
38В V в. до н. э., во время подавления восстаний в Египте, персидская армия пользовалась морским путем в обход Синайской пустыни. Но при Камбизе персы были еще слишком мало знакомы с морем, чтобы выбрать этот более удобный путь.
39В Галикарнасе была обнаружена монета, на которой сохранилась пометка с именем Фанеса [230, т. I, с. 236]. Сохранилась также часть статуи, посвященной «Фанесом, сыном Главка», в храм Аполлона в Навкратисе [325, с. 55].
40Самое раннее свидетельство пребывания Камбиза в Египте относится к этому времени, а не к 29 мая, как раньше полагали [81, с. 170, примеч. 30а]. Познер считает, что позднее июня нельзя датировать завоевание Египта, поскольку Псамметих III царствовал шесть месяцев, а античные авторы относят конец его правления к июню [327, с. 173, примеч. 2].
41Впрочем, Ж. Познер полагает, что Уджагорресент, сын саисского жреца, который из других источников неизвестен, не тождествен с лицом с тем же именем, являвшимся крупным чиновником при саисских царях [327, с. 164 и сл.]. Однако в приведенной выше надписи Уджагорресент называет себя «начальником морских кораблей царя».
42См. сообщения античных авторов: Plin., Hist. Nat. VI, 181; Ptolem. IV, 7; Joseph., Ant. Jud. XI, 4, 4. Ср. там же II, 15,1 малодостоверный рассказ о том, что Камбиз основал близ Мемфиса город Вавилон.
43Ptol. IV, 7, 16; ср. Plin., Hist. Nat. VI, 55.
44Strabo XVII, 1, 5; Joseph., Ant. Jud. II, 10, 2; Diod. I, 33, 1.
45Сравнительно недавно появились сообщения, что египетские археологи обнаружили скелеты и вооружение персидских воинов, погибших в этой буре, однако подробности до сих пор не опубликованы [ср. 412, с. 2, примеч. 1].
46Herod. Ill, 27—38; Diod, I, 44, 3; I, 49, 5; X, 14, 3; Plut, Мог. 368 F; Plin, Hist. Nat. XXVI, 66; Strabo XVII, 1, 27; Justin. I, 9.
Просмотров: 4903