М. В. Крюков, М. В. Софронов, Н.Н. Чебоксаров

Древние китайцы: проблемы этногенеза

Ланьтяньский архантроп

 

Древнейшими достоверными представителями гоминид на территории современного Китая до недавнего времени считались синантропы, костные остатки которых обнаружены около Чжоукоудяня, в 54 км от Пекина [У Жу-кан, Чебоксаров, 5—8]. Однако в 1963—1965 гг. в уезде Ланьтянь (4) провинции Шэньси, в долине р. Бахэ китайские исследователи нашли новые уникальные палеоантропологические, палеонтологические и археологические материалы, относящиеся к началу среднего плейстоцена (600—500 тыс. лет назад) [Ларичев, 1970, 39—47]. Костные остатки древнейших людей представлены нижней челюстью из окрестностей деревни Чэньцзяо и обломками черепа из Гунванлина. От черепа сохранились лобная, теменная и правая височная кости, большая часть глазниц и основание носовых костей, правая и обломок левой стороны верхней челюсти с двумя зубами in situ — правым вторым коренным и правым третьим коренным. Кроме этого в Гунванлине найден отдельно коренной зуб верхней челюсти, по-видимому принадлежавший тому же субъекту, что и череп [там же, 43—44].

Как нижняя челюсть, так и череп из Ланьтяня относятся, по данным описавшего их У Жу-кана, к одному из видов древнейших людей (архантропов), близкому к пекинскому, синантропу, но вместе с тем отличному от него по многим существенным морфологическим признакам. Этот вид У Жу-кан именует «синантроп ланьтяньский» (Sinanthropus lantianensis).

Череп архантропа из Ланьтяня по многим особенностям примитивнее черепов пекинских синантропов и даже большинства питекантропов Индонезии. У ланьтяньца исключительно массивные надглазничные валики, резко наклонный лоб, крайне малая высота черепа, утолщенные черепные кости. Длина ланьтяньского черепа—189 мм, ширина—149 мм, высота — только 87 мм. Особенно поразительна последняя величина: она меньше высоты черепов не только синантропов, но и питекантропов. Крайне мал также объем мозга ланьтяньского архантропа; по У Жу-кану, он составляет около 780 куб. см. Все перечисленные признаки позволили У Жу-кану считать ланьтяньца одной из наиболее ранних форм архантропов и сближать его с самым древним и примитивным видом питекантропов — Pithecanthropus robustus из Джетиса. Пол и возраст ланьтяньского черепа определяются с трудом: предположительно он принадлежал женщине несколько старше 30 лет [Woo Ju-kang, 1966, 83—86].

Нижняя челюсть из Ланьтяня, несомненно, принадлежала особи того же вида, что и череп. По многим признакам она напоминала челюсти синантропов из Чжоукоудяня, но в то же время отличалась от них некоторыми существенными особенностями: более сильным наклоном передней части, иными пропорциями в соотношении высоты симфиза и восходящих ветвей, более широким углом расхождения горизонтальных ветвей, менее отчетливой выраженностью костного рельефа. Зубы нижней челюсти ланьтяньского человека очень крупные: они больше соответствующих зубов женских особей пекинских синантропов, но уступают мужским. Интересно отметить отсутствие на ланьтяньской челюсти третьих коренных (зубов мудрости) на обеих сторонах, а также следы патологических изменений, обусловленных воспалением надкостницы (периодонтоклазией). Это, вероятно, объясняет и отсутствие первого правого предкоренного, выпавшего из челюсти еще при жизни ланьтяньского гоминида [Woo Ju-kang, 1964, 98—101].

Многочисленные остатки фауны, найденные в тех же слоях, что и кости ланьтяньского архантропа, позволяют уточнить время его существования и составить довольно ясное представление об окружавшей его естественно-географической среде. Среди млекопитающих, живших тогда в районе Ланьтяня, преобладали лесные виды, но в значительном количестве встречались и степные формы. К первым относятся гигантская макака (Macacus robustus), саблезубый тигр (Machairodus), лев (Felis leo), тапир (Tapirus indicus), гигантский олень (Sino-megace- ros), панда (Ailuropoda melanolenca), тибетский медведь (Ur- sus thibetanus), лесная мышь (Apodemus sylvaticus), ко вторым— примитивный бык (Leptobos), лошадь (Equus samme- niensis), гиена (Hyaena sinensis), газель (Gazella), полевка (Microtus epiratticeps), сеноставка (Ochotona daurica Pallas). Состав фауны включает большое количество субтропических и даже тропических форм. Это позволяет предполагать, что климат Северного Китая в период жизни ланьтяньского архантропа был теплее, чем в более позднюю эпоху среднего плейстоцена, когда жили пекинские синантропы [Ларичев, 1970, 42—43].

Многочисленные орудия, найденные в тех же слоях, что и остатки ланьтяньского гоминида, изготовлялись большей частью из кварцита или зернистого кварца. Среди археологических материалов из различных местонахождений Ланьтяня в большом количестве встречаются галечные нуклеусы, различных размеров гальки с односторонней оббивкой. Особого внимания заслуживают необычные для раннего (нижнего и среднего) палеолита Восточной Азии орудия типа остроконечников и скребков, а также рубила, напоминающие аналогичные изделия из раннепалеолитических стоянок Западной Евразии [там же, 44—47].

В. Е. Ларичев, посвятивший нижнему палеолиту Восточной Азии несколько специальных работ, сравнивает ланьтяньские орудия с более или менее синхронными изделиями из Кэхэ и Динцуня, где также найдены двусторонне обработанные рубила. «Открытие рубил в нескольких пунктах уезда Ланьтянь,— пишет он, — еще раз подтвердило наблюдение, что для палеолитической культуры ранней поры среднего плейстоцена Восточной Азии характерны двусторонне обработанные рубящие инструменты „западного" облика. Рубила, таким образом, являются своего рода хронологическим показателем — все памятники, где они обнаружены, относятся к нижнему палеолиту. Стоянки, где рубила отсутствуют, как правило, премустьерские или мустьерские по времени» [Ларичев, 1970, 48; см. также Ларичев, 1971, 47—52; Ларичев, Кашина, 83—93].
Просмотров: 3549