Хильда Эллис Дэвидсон

Древние скандинавы. Сыны северных богов

Глава 2. Священная гробница

 

В жизни - один дом, в смерти - одна могила.

Малагасийская пословица
СООБЩЕСТВО ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

В 3-м тысячелетии до н. э. в Данию с юга пришел новый образ жизни, принятый многими сообществами охотников и рыболовов. Впервые они стали вести оседлый образ жизни, научились примитивному земледелию и разведению животных и стали сжигать леса для того, чтобы возделывать освободившиеся участки и выращивать на них ячмень и древние виды пшеницы. Нам известно, что в Мульдбьорге, в Западной Зеландии, этот образ жизни стали вести около 2600 года до н. э., так как в датских болотах сохранились следы сжигания лесов. Эти новшества в Дании приняли с радостью, потому что из-за уменьшения популяции животных там стало сложно охотиться, а рыболовством и собирательством прокормиться было невозможно. На протяжении века или около того земледелие распространилось на юг Швеции, а оттуда - в Восточную Норвегию. Судя по всему, во всех регионах разведение скота и земледелие появились примерно в одно и то же время.

Для новых земледельческих сообществ характерны три черты: люди стали жить в постоянных поселениях, они осознали важность домашнего скота, разводя в основном крупный рогатый скот, овец и свиней. Более того, они приобрели новые умения, связанные с созна тельным помещением зерен в почву, выращиванием растений и сбором зерна. Эта радикальная перемена в образе жизни неизбежно отразилась в религии.

Везде, где племена охотников начинают заниматься земледелием, принесение в жертву живых существ, как животных, так и людей, приобретает новый смысл. Во многих частях света появляется миф о священном мужчине, женщине или животном, пожертвовавшем собой, чтобы подарить людям умение выращивать растения. Когда люди оседают на одном месте, прекращая вести кочевой образ жизни, место вечного покоя умерших превращается в источник силы. Именно оно, а не отдаленное святилище становится центром религиозного культа. Коллективные обряды, отправляемые общиной, принимают иную форму, ассоциируясь со вспашкой, посадкой семян и снятием урожая, ключевыми моментами в жизни каждого земледельца. Теперь жрец, а не шаман хранит тайну новых мистерий. Появляются мифы о всемогущей богине, делающей землю плодородной, великом змее, приносящем мудрость и новую пищу, лабиринте мертвых и двери в другой мир. Именно на этом фоне в Скандинавии разворачивался поздний неолит.

КАМЕННЫЕ ГРОБНИЦЫ

Впервые в Скандинавии захоронения стали играть важную роль в жизни общины. Сложенные из камней гробницы, получившие название дольменов (по-датски dysse, по-шведски dos), появились в Дании в 3-м тысячелетии до н. э. Правда, происхождение и история этого вида погребений - проблема довольно сложная. Мегалитические гробницы, сложенные из огромных каменных блоков, появились в районе Средиземноморья в 4-м тысячелетии до н. э. и постепенно распространились практически по всей территории Западной Европы, различа ясь в различных регионах по планировке и структуре. Согласно традиционной точке зрения, сначала в Скандинавии появились захоронения с одной погребальной камерой, отнесенные Беккером к неолиту периода С. Они представляют собой простые прямоугольные сооружения, построенные из больших плоских глыб и перекрытые сверху одним огромным камнем. Их много в Дании, где подобные камни легко достать; меньше их найдено на юге Швеции. Техника строительства подобных конструкций подразумевает наличие большого опыта, так как даже при помощи пандусов из земли и валов правильно расставить такие большие камни очень сложно. Погребальная камера, как правило, находится над поверхностью земли. Сверху такое погребение засыпалось землей так, чтобы получился холм около двух метров высотой с уступом по окружности вдоль основания.

Датировать подобные гробницы сложно, и более ранние версии, видимо, следует пересмотреть, используя новые данные радиоуглеродного анализа неолитического материала, благодаря которому было доказано, что эти монументальные каменные погребения начали строить в Северной Европе значительно раньше, чем считалось до этого. Практически во всех этих захоронениях побывали расхитители гробниц и вытащили оттуда погребальный инвентарь, и из-за этого трудно выяснить, какой тип погребений появился в Дании первым. В науке нет единой точки зрения и о том, как появились здесь первые подобные гробницы: они могли самостоятельно возникнуть на этой территории или сюда их могли принести какие-либо иноземцы. Большинство ученых склоняются к мысли о том, что они не могли самостоятельно появиться на Севере, развившись из простых прямоугольных или круглых грунтовых могил, покрытых камнями, которые использовались некоторыми народами, жившими в Дании в период позднего неолита.

Не углубляясь в сложный спор о появлении мегалитических сооружений в Дании, следует отметить, что историки религии особенно выделяют две вещи. Во-первых, постройка таких гробниц говорит о следующем: теперь стало важным создавать впечатляющие памятники для умерших, и для этого люди организовывали общественные работы. Во-вторых, этот новый тип погребений, независимо от своего происхождения, не уникален для Западной Европы - подобные сооружения возводили на всей ее территории. То, что и жители Скандинавии последовали этой моде, свидетельствует об изменении их представлений об умерших.

Некоторые общины, такие как представители культуры боевых топоров, появившейся в Дании в самый разгар неолита (около 2000 года до н. э.), продолжали хоронить своих покойников в одиночных грунтовых могилах. Но дольмены стали настолько популярны, что в одной Зеландии их насчитывается более двух тысяч. Эти каменные гробницы построены для того, чтобы стоять вечно, служа видимым символом присутствия умершего в этом мире. Как правило, у дольменов нет входа, но некоторые из них снабжены подобием двери - одна узкая стена ниже остальных, благодаря чему можно попасть внутрь памятника. У обнаруженных в Бохуслэне и Скании дольменов образующие крышу камни поставлены под углом друг к другу, а под ними располагается каменное основание, благодаря чему все сооружение становится похоже на дом с двускатной крышей. У некоторых погребений есть рудиментарный «холл», образованный двумя поставленными перед входом в гробницу камнями. Считается, что изначально не все дольмены были засыпаны землей, - вероятно, их создатели предполагали, что покрывающий погребение камень, оставшийся на вершине холма, должен быть виден невооруженным глазом. При этом нельзя сказать, что этот «дом мертвых» был навечно закрыт для посетителей.

Рис. 5. План двойного погребения, камеры которого соединены проходом, из Трольдхёя, муниципалитет Одсхерред, Дания (по Брёнстеду)


Планировка погребальных камер различна - они могли быть как прямоугольными, так и представлять собой многогранник или круг. Но характер изменений их формы не позволяет выстраивать хронологическую линию строительства дольменов. Иногда под большим холмом скрываются две и более камеры. Возможно, это связано с тем, что в таких дольменах хоронили представителей одной семьи. Вряд ли в одном мегалитическом погребении хоронили многих умерших, и они не могли служить местами общественного захоронения. Смена одиночных дольменов крытыми галереями, в которых хоронили большое число трупов, видимо, соответствует изменению представления о дольмене как о доме мертвого на мнение о необходимости погребать в одном месте нескольких умерших сразу.

Вряд ли является совпадением то, что параллельно с развитием мегалитических сооружений в Дании появ ляются и первые земледельческие общины, такие как сообщество людей, живших в Баркере, расположенном на полуострове Дьюрсланд. Этот памятник представляет собой поселение, состоящее из двух прямоугольных домов, разделенных на комнаты и довольно больших для того, чтобы в них смогли поселиться несколько семей. В целом они представляли собой так называемые «длинные дома», в которых вместе жили и работали члены одной большой семьи. Нет ничего удивительного в том, что члены общин такого рода стали сооружать гробницы, напоминающие их земные дома. Мертвый в могиле для них превращался в дух предка, который мог принести процветание своим оставшимся в живых сородичам. Обряды умиротворения покойных стали проводиться там, где были похоронены члены общины.

ГАЛЕРЕИ-ДОЛЬМЕНЫ

Распространение огромных галерей-дольменов, построенных из огромных каменных блоков и соединенных друг с другом длинными проходами, совпадает с кульминацией развития культуры мегалитов на Севере. Иногда два таких погребения располагались симметрично (как в Трольдхёе, муниципалитет Одсхерред, Дания). Судя по всему, проходы оставляли открытыми до тех пор, пока все погребальные камеры не заполнялись. После этого они запечатывались, а поверх камней насыпался курган. Эти погребения использовались на протяжении жизни многих поколений, превратившись в центр исполнения религиозных ритуалов, которые, очевидно, были торжественными и впечатляющими, а проводились регулярно. Например, в Луттре, в Швеции, и в Хюльдехёе (Калундборг, Дания) в одной гробнице было похоронено около ста человек.

Мы не знаем, клали ли тела умерших в погребальную камеру сразу после смерти или их хранили где-то в другом месте до тех пор, пока плоть полностью не разлагалась и не оставались одни кости. В некоторых захоронениях кости лежали в беспорядочном нагромождении, но это могло произойти из-за того, что тела похороненных ранее передвигали, чтобы освободить место для новых умерших. Однако галереи между камерами настолько низкие и узкие, что человек, решивший забраться внутрь, должен ползти, опираясь на локти и колени. Так что пронести тело покойного по этим проходам, если они, конечно, были перекрыты сверху плитами, пока гробница использовалась, внутрь дольмена было сложно.

Попасть в галерею можно было с двух сторон. Вероятно, раньше вход в нее закрывался деревянными дверями. Иногда на другом конце погребения выход перекрывали каменной стеной, загнутой таким образом, что она образовывала некое подобие заднего двора. Именно здесь было найдено огромное количество керамики и костей животных. Исходя из этого, можно сделать вывод о том, что на этом участке организовывалась тризна или умершим приносились жертвы. В галерее одной большой гробницы из Гронхёя (Восточная Ютландия) было найдено около 7000 черепков и несколько перевернутых сосудов. Когда исследователи склеили фрагменты керамики, выяснилось, что на камнях, формировавших «задний двор», или позади них стояло несколько рядов сосудов. В Туструпе, недалеко от Аархуса, за галереей погребений было построено здание без одной из стен. В нем не было очага, но там были найдены фрагменты чаш и ковшей, причем некоторые из них оказались богато украшенными. В полу здания было обнаружено овальное углубление. Здание сожгли почти сразу после того, как оно было построено. Это может говорить о том, что оно служило временным пристанищем для тела умершего до того, как оно будет помещено в могилу.

В своем исследовании, опубликованном в начале XX века, антрополог Роберт Хертц собрал сведения, касающиеся этой проблемы. Он доказал, что во многих регионах, особенно в тех, для которых характерно земледелие, после разложения тела принято проводить вторую погребальную церемонию. Ее цель состоит в том, чтобы посредством удаления подверженных распаду тканей очистить покойного. Вероятно, именно этот обычай впоследствии породил кремацию и бальзамирование. Последний ритуал сопровождался пирами и праздником, а также религиозными церемониями, связанными с очищением костей, которые затем помещались в место своего постоянного захоронения. Возможно, в этом обряде участвовали все члены общины. Считалось, что после этого дух умершего может свободно пройти в мир мертвых, а живые, наконец, могут не бояться опасностей, грозивших им тогда, когда тело еще не было погребено, а душа покойного находилась между мирами. Хертц приводит примеры из Индонезии, островов Тихого океана и Америки, подтверждая их археологическими данными. Особенно распространен был обычай сбора жидкостей из тела покойного (извлекавшихся различными способами, кажущимися современному человеку отталкивающими). Затем сосуды, в которые они помещались, разбивали, - вот почему вблизи погребений с галереями находят большое количество фрагментов керамики. Все это заставляет нас помнить о том, что керамические изделия могли использоваться не только для хранения пищи, питья и подношений умершему.

Помимо горшков и чаш, у нас нет свидетельств о существовании у этих людей каких-либо ритуалов. Если в мегалитических гробницах на территории Бретани и Британских островов находят камни с вырезанными на них изображениями и символами, то в Скандинавии ничего подобного нет. Единственный рисунок, связанный с подобными погребениями, - это изображение лица с глазами, иногда являющееся частью стилизованной женской фигуры с обнаженной грудью и ожерельем. Вероятно, это изображение великой богини-матери - хто-нического божества периода неолита, связанного с плодородием и смертью. Подобные статуэтки, судя по всему, имеют отношение к вырезанным из кости, камня или бивня мамонта фигуркам «Венер», впервые появившимся в эпоху палеолита у охотников на мамонтов, живших в Восточной Европе. Они представляют собой обнаженных женщин без лица, с невыраженными руками и ногами, крохотными ступнями, которые иногда отсутствуют. Все внимание сконцентрировано на огромной груди, бедрах, ягодицах и животе. Их находят в священных пещерах и домах, и большинство ученых считают, что эти изображения должны были защищать очаг, дом, детей, урожай и скот своего владельца от опасностей и болезней. В эпоху первых земледельцев эти богини-защитницы снова стали играть важную роль, так как тогда женщина стала хранительницей жизнетворного зерна, а в общине распространилось представление о том, что именно богиню нужно просить о плодородии. Есть предположения, согласно которым огромные мегалитические храмы-гробницы на Мальте символизировали женские округлые формы.

В Скандинавии, однако, нет ранних женских статуэток, а на гробницах не изображено никаких символов, которые могли бы уточнить значение этих фигурок. У нас нет оснований считать, что здесь доминировало поклонение богине смерти и плодородия, в отличие от остальных областей, где были найдены мегалиты, да и очевидно, что обычая изображать ее в камне не было. Изображения лиц с большими глазами видны на керамике из Дании, но таких сосудов довольно мало, и некоторые ученые считают, будто они представляют собой «лицевые урны», олицетворяющие умершего. Здесь нет и следа мотива лабиринта, который Найт увидел в Брин Цели Дду на острове Англси.

Рис. 6. Лицевая урна из Восточной Дании. Датируется поздним неолитом; высота - около 11 см. Находится в Национальном музее Копенгагена


Автор решил, что этот орнамент должен символизировать сложный путь к миру духов. В нашем же распоряжении есть только кольцо бордюрных камней, которые, очевидно, ограждали дом мертвых. Его, правда, можно рассматривать как ожерелье на груди земли или, подобно лабиринту, как символ, охраняющий мир живых от опасностей потустороннего пространства. К тому же гробницу с ее узкими темными проходами и круглыми или прямоугольными погребальными камерами можно отождествить с тьмой, скрывающей лоно матери-земли, а треугольные ответвления, формирующие «внутренний двор», - с символами богини. Суть всего этого заключается в том, что умерший должен был лежать на лоне земли, присоединившись в ожидании перерождения к своим предкам. Таким образом, и коллективные погребения, и все соответствующие церемонии могут быть связаны со стремлением освободить дух умершего и подготовить его к последующему путешествию.

Строители этих гробниц отождествляли погребение и посадку зерна, которое, несмотря на то что на первый взгляд оно кажется мертвым, пролежав какое-то время во тьме, дает начало новой жизни. Семантическое содержание этого представления было безгранично, а воображение создавших его людей повсеместно порождало новые связанные с ним мифы и ритуалы. Таким образом, впервые помещение мертвого в землю стало ассоциироваться с перерождением. Так как люди, живущие вместе в поселениях, не расставались и после смерти, так как их тела нашли свое последнее пристанище в священном месте, их оставшиеся в живых сородичи со временем смогли создать более сложные концепции загробного мира. Теперь живые считали, что смогут попасть в мир мертвых, а их почившие родные - посетить их на земле. Коллективные погребения в гробницах с галереями связаны с появлением культа предков, свидетельствующего об увеличившемся значении семьи и клана в жизни людей и распространении веры в возможность контактов между живыми и мертвыми.

СЕМЕЙНЫЕ ЗАХОРОНЕНИЯ

Не все верили в то же, что и строители мегалитических гробниц. Носители культуры ямочной керамики, например, жившие в эпоху среднего неолита вдоль побережья Скандинавии, продолжали хоронить своих умерших на территории поселений вместе с их орудиями, оружием и украшениями. Но их нельзя назвать в полном смысле слова земледельцами - пищу они добывали охотой и рыболовством. Носители культуры боевых топоров, поселившиеся в Дании примерно в то же время, вели полукочевой образ жизни и были скотоводами. Свои стада они пасли на равнинах, расположенных недалеко от рек, а умерших хоронили под небольшими курганами. Иногда одного покойного погребали над уже существующим захоронением, и холм постепенно рос в высоту. Порой они использовали и построенные их предшественниками гробницы с галереями. К концу периода неолита эти люди, применявшие совершенно разные методы погребения, осели и стали мирно жить рядом друг с другом. Когда в Скандинавии научились использовать медь и бронзу для изготовления оружия, коллективные захоронения снова сделались популярны.

Это могло быть связано с тем, что теперь больше племен стали выращивать зерно и жить общинами в оседлых поселениях, ведь для таких сообществ естественно хоронить несколько поколений родственников в одной могиле. Захоронения позднего неолита, как правило, делались под землей. Они представляют собой простые каменные гробницы-цисты, в которых лежали несколько тел, или огромные погребальные камеры длиной около 9 метров. Опять в узкой части гробницы появился проход, возможно некогда прикрытый деревянной дверью. В Центральной Швеции погребальная камера иногда делилась на несколько отдельных помещений, причем в перегородках были сделаны проемы, благодаря которым человек мог переходить из одной части камеры в другую. Число похороненных людей было различным. В одной гробнице, в Драгни, недалеко от Уппсалы, лежало двадцать тел, а в маленьком погребении в Вестергётланде оказалось по меньшей мере шестьдесят захоронений. Подобные гробницы для массовых погребений, снабженные перегородками со щелями, использовались и в Северной Франции, для которой также были характерны изображения женских фигур, отсутствующие в Скандинавии.

Можно сделать вывод о том, что обычай хоронить умерших в коллективных гробницах просуществовал несколько столетий, так как в Дании было обнаружено более 4000 мегалитических сооружений, а в Швеции - несколько сотен. Некоторые гробницы с галереями и цисты использовались до конца периода неолита, что свидетельствует об устойчивости связанного с ними ритуала. Одной из целей обрядов, проводимых у гробницы, было стремление обеспечить плодородие почвы. Мертвые оказывались в земле, окруженные огромными камнями и заключенные в круг силы. На этой территории, принадлежащей умершим и лежащей посреди полей их потомков, им поклонялись. Некоторые исследователи считают, что у этих людей должны были появиться жрецы, руководящие строго регламентированными церемониями и сезонными празднествами, проходящими в атмосфере религиозного консерватизма, благодаря которой эти люди выделились в отдельную организованную и высокопоставленную касту. Все это, несомненно, не похоже на более индивидуальные и ориентированные на внутренний мир действия шаманов. Возможно, именно жрецы входили в дверь гробницы, соединяя темную обитель мертвых с миром живых и внося в погребальную камеру очищенные кости умершего, которые должны были навеки упокоиться там, среди его предков. Несомненно, жрецы проводили обряды жертвоприношения, во время которых духам, владеющим подземным миром, отдавали растения, животных и даже людей. Но археологические данные, к сожалению, не могут ни подтвердить, ни опровергнуть наши догадки, поэтому мы можем только предполагать, как выглядел этот культ, основываясь на том, что мы знаем о более позднем культе Великой Богини.

ВОТИВНЫЕ ПРЕДМЕТЫ

К концу неолитического периода относятся небольшие предметы и тайники, оставленные людьми, жившими тогда в той части Дании, которая сейчас покрыта торфом. В то время, возможно, почва не была столь болотистой, и, как известно, кое-где в этом регионе росли леса, а остальная его часть находилась под водой. В слоях, относящихся ко времени между 2500 и 2000 годами до н. э., находят в основном кремневые топоры, каменные палицы, янтарные бусы и маленькие глиняные сосуды.

Мы обнаруживаем неиспользовавшиеся кремневые топоры, скопления ножей и резцов, сделанные из кремня и кости, которые вполне могли спрятать здесь торговцы или ремесленники, собираясь затем забрать их. Единичные предметы, также встречающиеся в этих местах, могли быть потеряны своими хозяевами. Но часто попадаются и находки, никак не связанные ни с поселениями, ни с погребениями, являющиеся, вероятно, вотивными предметами. В 1927 году Бьорн в одной Норвегии насчитал около 48 таких объектов, а с тех пор число подобных находок по всей Скандинавии значительно выросло.

Орудия труда и оружие имели, вероятно, для древних людей огромное значение. Они давали превосходство над миром животных и обеспечивали пропитание и безопасность и, следовательно, вполне могли рассматриваться своими владельцами как символы могущества. Наиболее ценным считался топор, использовавшийся в Дании с периода мезолита, ведь именно он позволял расчищать землю под посадку семян. Найденные в болотах топоры были аккуратно сложены по двое и поставлены на лезвие. В поселении в Трольдбьёрге, в Дании, датированном поздним неолитом, в небольшом углублении в полу жилища были обнаружены отполированный каменный топор, лежащий острием вверх, и маленький глиняный горшок. Это можно считать явным свидетельством того, что топор считался священным предметом и воплощением силы. Также были найдены маленькие нефритовые топоры, край которых оказался проколот для того, чтобы их можно было подвешивать. Вероятно, они играли роль амулетов.

Топоры, которые обычно обнаруживают в болотах, представляют собой обычное орудие труда земледельца. Они редко бывают новыми, так как датируются более ранним временем, чем те предметы, с которыми их находят. Возможно, немногие новые или незаконченные предметы были специально сделаны для жертвоприношения, но мы не можем утверждать это.

В горшках, вероятно, хранилась пища. Это могло быть масло или животный жир, - вероятно, жертва, приносимая женщинами. Такие сосуды также находят в погребениях, как в Воллинге (Саллинг), где на боку лежали двенадцать маленьких прекрасно украшенных горшочков. Янтарные бусы, которые носили как женщины, так и мужчины, также обнаруживают в могилах. Так, в погребении, расположенном в местности Сальтен, в Сандреборге, около сотни бусин были рассыпаны на теле умершего, а кремневые топоры, наконечники стрел и разбитый диск листовой меди лежали около покойного.

В Омусене, в Западной Зеландии, было обнаружено несколько выдолбленных из дерева каноэ, сохранившихся в торфе, причем некоторые из них были вотивными. Внутри двух из них были найдены остатки глиняного очага с костями животных и черепками, а впереди одного лежал почти целый человеческий скелет. Некоторые лодки были закреплены на месте камнями, а другие, судя по всему, окружены изгородью.

Практика вотивных подношений продолжилась и после окончания периода неолита. Возможно, в Скандинавии было множество священных мест, скрытых от любопытных глаз, где приносились эти скромные жертвы. Топоры земледельцев, горшки с пищей и янтарные бусины - все это было связано с культом богини плодородия, имевшим очень большое значение для людей, обрабатываюших землю. К тому же эти предметы имели то или иное отношение к миру мертвых. Мы не можем точно сказать, был ли топор в тот период символом бога-громовержца, супруга богини. Конечно, у нас достаточно сведений для того, чтобы восстановить какие-то простые ритуалы, которые были частью повседневной религии людей того времени, и сопоставить их с более сложными церемониями, связанными с большими семейными захоронениями.

Просмотров: 4133