Игорь Коломийцев

Тайны Великой Скифии

Миражи Великой Степи

 

А мы с вами пока мысленно переместимся с запада Великой степи в ее центр. Точнее — на Урал. Именно здесь, на восточных склонах этих гор в 1985 году археологическая экспедиция под руководством челябинского историка Геннадия Здановича обнаружила уникальные, древнейшие на территории нашей страны «города» — укрепленные центры ариев. Всего было найдено около десятка древних поселений, в основном на юго-западе Челябинской области и один в соседней, Оренбургской.

Самый крупный «город» назван по имени близлежащего поселка Аркаим, он относится к началу второго тысячелетия до нашей эры и является ровесником египетских пирамид. Ныне раскопанный полностью, он превращен в музей под открытым небом и является местом паломничества туристов, фанатиков и просто любопытных. На плане он представляет собой как бы гигантское колесо диаметром около 180 метров с двумя кругами стен — внешней и внутренней. Наиболее внушительной выглядит внешняя стена пятиметровой толщины, где была внутренняя галерея и проходы в примыкающие просторные дома — 20 на 6 метров, имеющие систему канализации, очаги, колодцы, ямы для продовольствия [88].

Ряд ученых полагает, что Аркаим и другие уральские «города» не были поселениями в обычном смысле, а представляли собой религиозные центры, куда сходилось на поклонение богам и проведение культовых церемоний население огромной Великой степи. Подобные поселения-храмы, оставшиеся на далекой северной прародине, описаны в священных книгах арийцев, в частности в ранних текстах древнеперсидского эпоса «Авеста» [2].

По сути дела, обнаруженной оказалась целая Страна городов. Как пишет известный археолог Вадим Массон: «Поселения типа Аркаима были далеко не одиночными. В принципе такими же оказались структура и параметры поселения в Синташте, располагавшегося около знаменитого некрополя... Тщательные разведки и аэрофотосъемка установили, что подобные поселения широко распространены вдоль восточных склонов Урала, охватывая территорию размером 400 на 120 на 150 километров. Здесь отмечено пять или шесть поселений, овальных в плане. Имеются и памятники прямоугольной планировки со скошенными углами. Иногда поселения перестраивались, меняя свои очертания, но неизменно следовали четкому плану, исключающему неорганизованность и хаотичность» [135].

Уникальность открытия российских археологов состоит еще и в том, что до той поры историки полагали: древнейшие цивилизации городского типа могут возникнуть только в долинах великих рек или на морском побережье. Жители же евразийских степей, по их мнению, обречены были создавать лишь недолговечные племенные союзы, которые тут же распадались, и поэтому, в культурном отношении якобы стояли много ниже оседлых народов. Уральские открытия полностью переворачивают эти устаревшие представления.

Перед нами предстало государство с высоким уровнем социального развития, с выделившейся знатью, захороненной в высоких курганах или грунтовых могильниках — срубах с бревенчатым перекрытием. В семи раскопанных гробницах были обнаружены остатки двухколесных легких колесниц. Кроме того, в захоронениях находились скелеты многочисленных лошадей или их части (голова, челюсть) и большое количество оружия [88]. По мнению ученых, это было чрезвычайно военизированное сообщество, исповедующее «культ коня». Им руководили «знатные воины на колесницах», возможно те самые, что так досаждали восточным цивилизациям.

Появление «синташтинской культуры» в регионе было внезапным. Она никак не могла возникнуть в недрах местных неолитических охотничьих племен. Возможно, целью создания Страны городов на Урале был контроль над бронзолитейным делом данного региона. По крайней мере, на это обстоятельство намекают сопла от горнов, найденные в могилах знатных колесничих. Яркая цивилизация XX—XVIII веков до нашей эры уже через несколько столетий заметно тускнеет. Как пишет тот же Массон: «Интересно, что на следующем этапе развития племен степной зоны гробницы этого типа исчезают, признаки социальной иерархии как бы трансформируются, становятся не столь броско выразительными. Исчезают лидеры, разъезжающие на колесницах и руководившие возведением круглых поселений-крепостей и явно доминирующие в этой зоне культурно, интеллектуально и, видимо, политически. Упрощением было бы говорить только об уходе активного компонента руководящей элиты за пределы евразийских степей, хотя такие данные начинают появляться» [135].

Итак, на территории Великой степи нами обнаружены, по крайней мере, три удивительные и оригинальные древние кочевые цивилизации разного времени — афанасьевская, катакомбная и синташтинская. Конечно, в нашем распоряжении слишком мало достоверных фактов, чтобы судить о том, куда и зачем увели своих воинов вожди этих культур и не были ли они каким-либо образом связаны друг с другом.

Но, похоже, в любом случае выявляется определенная тенденция. Во-первых, располагались эти общности в непосредственной близости от древнейших металлургических центров (Алтай, Урал, Кавказ и Донбасс). Во-вторых, отличались, по мнению ученых, высоким уровнем сакрализации, то есть религия играла в жизни этих кочевников огромную роль, жрецы — они же вожди — полагались носителями высшего знания и пользовались беспрекословным авторитетом. В каждом из трех регионов высокие цивилизации появлялись практически в сложившемся виде, на голову превосходя по уровню общественной организации окружающие племена. Многие важные элементы их культуры не могли быть следствием простой эволюции, постепенного поступательного развития местного населения, а носили, вероятно, пришлый характер. После нескольких веков процветания и господства в регионе представители этих цивилизаций внезапно, иногда без видимых причин его покидают. Возможно, эти люди куда-то уходят.

Так было с афанасьевцами, катакомбниками, синташтинцами, подобное же, спустя столетия, произойдет с царскими скифами. Что это — череда совпадений или определенная, выявленная нами закономерность? Как миражи в пустыне возникают высокие цивилизации Великой степи и точно так же бесследно тают под лучами солнца.

После внезапного исчезновения катакомбников и постепенного ослабления синташтинцев Великая степь вновь, как во времена ямной общности, стала относительно единообразной. На Восток от Урала кочевали племена андроновской культурно-исторической общности, занимая пространства Северного Казахстана и Южной Сибири. Западнее, до Волги, а затем и Днепра господствовали срубники, названные так потому, что хоронили своих покойников в специальных деревянных срубах или каменных ящиках. Их делали настолько узкими, что тела покойных буквально втискивали в эти древние фобы, а ритуальную посуду и сопроводительные принадлежности ставили на грудь усопшим. Некоторые срубные племена явно исповедовали культ змеи — украшали рисунками пресмыкающихся свою керамику, носили серьги и подвески в форме кобры и помещали гадов в могилы своих умерших.

Обе полукочевые цивилизации были тесно связаны с предшествующей ямной культурой и настолько близки друг другу, что порой объединяются учеными в одно гигантское сообщество.

Андроновцы жили в поселках, вокруг которых на некотором расстоянии были разбросаны небольшие «хутора». Покойников укладывали в грунтовые квадратные ямы, обложенные каменными плитами или кусками дерева. Сверху насыпали невысокие курганы. Скелеты лежали, как правило, скорченно на боку, руки их были согнуты в локтях, кисти находились напротив лица умершего. Ученые называют такое положение «позой адорации» [196]. Однако отдельные андроновские племена уже в это время начали сжигать своих усопших. Этот обряд будет затем характерен для индоариев.

Керамика степняков украшалась выдавленными узорами, среди которых часто встречаются зигзаги, меандры и свастики, очевидно имевшие некое религиозное значение. Декор андроновской посуды так сложен и оригинален, что некоторые ученые предполагают в нем зашифрованное послание, древнюю письменность этой цивилизации. Впрочем, раскодировать эти «записи», если они только являются таковыми, никому еще не удалось.

Срубно-андроновская общность располагалась на такой огромной территории и включала в себя такое количество этнических вкраплений, что говорить о единстве антропологического типа не приходится. В целом, это, конечно же, были люди североевропейского расового типа, сохранившие преемственность ямно-афанасьевского облика. Например, среди андроновцев Северного Казахстана распространены были как люди с массивными черепами средней длины, широким и низким лицом, резко выступающим носом, обнаруживающие известную близость к афанасьевской традиции, так и длинноголовые узколицые «нордийцы», в расовом отношении напоминающие современных германцев, и даже темноволосые «средиземноморцы» [4].

Об их образе жизни историк Елена Кузьмина, автор книги «Откуда пришли индоарии», пишет буквально следующее: «Среди всех культур бронзового века именно андроновская характеризуется составом стада, наиболее пригодным для ведения подвижного хозяйства: полностью отсутствует свинья; исключительно большой процент составляет овца, способная самостоятельно добывать зимой корм из-под снега; многочисленна лошадь, причем численность лошадей возрастает в эпоху поздней бронзы. Именно в андроновский период впервые в степях фиксируется часть инноваций, которые обеспечивают переход к кочевому хозяйству: изобретение глубоких колодцев, позволяющих добывать воду в пустыне; изобретение легкого каркасного жилища, пригодного для кочевого быта; развитие колесного транспорта с применением волов и специально выведенных коней-тяжеловозов; применение впервые в степях двугорбых верблюдов; появление в XII—IX веках до нашей эры всадничества; изобретение сыра, обеспечивающего длительное хранение пищевых продуктов скотоводства; немаловажно также было умение пастухов хорошо ориентироваться в степи, привычка периодически менять место жительства. Без этих факторов передвижения в степи, а тем более, в пустынях и высокогорных районах невозможны» [120].

Андроновское сообщество, раскинувшееся от Каспия до Западного Китая и Монголии, изучено в большей степени на северной периферии этого обширного мира: в Южной Сибири и на Урале. Степи Казахстана и пустыни Средней Азии пока во многом хранят свои тайны. Их подвижные пески засыпали вершины курганов, огромные безлюдные пространства затрудняют исследование могильников древних цивилизаций. Может быть, поэтому мы не можем пока до конца разобраться в сложной и запутанной истории становления арийских кочевых племен: индоариев, персов, мидийцев, киммерийцев, савроматов и скифов. Не исключено, что в будущем на этой территории археологи еще обнаружат новые центры высокоразвитой культуры, сопоставимые с прародиной катакомбников или синташтинской «Страной городов», и тогда великое прошлое грозных «белых воинов» на колесницах обретет прозрачность и чистоту, сложится в единую картину. Пока у нас на руках лишь некоторые кусочки этой замысловатой мозаики.
Просмотров: 1660