Эрик Шредер

Народ Мухаммеда. Антология духовных сокровищ исламской цивилизации

Два образа жизни суфиев

 

   Дервиш может либо жить постоянно в обители, либо странствовать (бродячий дервиш называется «каландр»). Живущие в обители должны придерживаться следующих правил: любого странника, приходящего к ним, они должны встречать как почетного гостя, не спрашивать его, откуда он пришел и куда идет, считая, что он, являясь слугой Бога, пришел от Него и к Нему же идет.

   Если их гость предпочитает быть в одиночестве, ему должны предоставить отдельную комнату, если он хочет находиться среди людей, ему, не церемонясь, необходимо составить общество. Когда он собирается отойти ко сну, хозяева должны предложить омыть его ноги, но, если он откажется, они не должны настаивать. На следующий день ему следует предложить посетить баню. Баню надо выбрать самую лучшую. Хозяева должны сами служить страннику: держать его одежду, пока он посещает уборную при бане, тереть ему спину, массировать его колени, ноги и руки. Все эти услуги крайне нежелательно доверять посторонним слугам. Если хозяева достаточно богаты, они должны купить новую одежду для странника, если же нет, то они должны, когда тот выйдет из бани, предоставить ее чистой.

   В том случае, если гость остается на два или три дня, его надо пригласить, но ни в коем случае не принуждая, посетить духовного наставника или имама общины, который может находиться в городе. Совершенно недопустимо приводить странника в дома мирян и заставлять его принимать участие в их увеселениях или похоронах. Самое неприятное, что я испытал, когда сам был странником, – это хождения с хозяевами по гостям: из дома судьи такого-то в дом чиновника этакого. Я делал любезное лицо, но ненавидел это времяпровождение. Я дал себе клятву, что, когда мне доведется принимать у себя странников, я никогда не буду поступать подобным образом. Мы можем извлечь немалую пользу из общения с невоспитанными людьми: мы учимся смирению, терпя их поступки, и учимся тому, как не следует поступать самим.

   Если странник, почувствовав себя в гостях как дома, обратится с какой-либо просьбой материального характера, хозяин обязан удовлетворить ее, кроме случаев, когда дервиш на самом деле оказывается самозванцем и мошенником. И действительно, если дервиш стремится к богатству, то что ему делать у подвижников? Ему следует заняться торговлей, покупать и продавать. Или пусть станет военным или придворным. Один раз я с двумя братьями-дервишами отправился из Дамаска посетить Ибн Муаллу, который жил в деревне, около Рамлы. По дороге мы решили загадать какое-либо желание и постоянно думать о нем: мы хотели проверить, сможет ли наш почтенный наставник прочитать наши мысли.

   Я задумал, чтобы он подарил мне «Последние молитвы Халладжа». Мой товарищ хотел, чтобы наставник помолился об облегчении его страданий, происходящих от больной селезенки. Третий дервиш желал, чтобы нас угостили разноцветными леденцами.

   Ибн Муалла отгадал наши желания, ни о чем не спрашивая. Когда мы пришли, он приказал принести манускрипт Халладжа и подарил его мне. Потом он положил свою руку на живот больного, и тот сразу же почувствовал облегчение. Но, обратившись к нашему третьему товарищу, он сказал:

   – Цветные леденцы любят военные. Ты надел одежды святого, несовместимые с аппетитом солдата. Сделай свой выбор: или одно, или другое. Пока дервиш привязан к своим собственным желаниям, считается неверным потворствовать его эгоизму. На Пути дервиши не должны быть разбойниками с большой дороги, но проводниками друг для друга. Есть правило: пока кто-либо упорствует в эгоистических желаниях, его товарищ должен противиться этому, но, как только он откажется от них, его товарищ может удовлетворить его. Когда я выступал в роли хозяина в Ираке, я измучил себя тем, что собирал и раздавал деньги странникам, в результате чего весь оказался в долгах. Каждый обращался ко мне за помощью, и я уже не знал, как мне жить дальше. Тогда я получил следующее письмо от известного человека: «Не отвлекай свое сознание от Бога, пытаясь удовлетворить материальные желания суетных людей. Если ты встретишь человека, стоящего на более высокой ступени духовного развития, чем ты сам, тогда только ты можешь отвлечься и послужить ему, ибо сказано: «АЛЛАХА ДОСТАТОЧНО ДЛЯ ВСЕХ СЛУГ ЕГО». Этот совет раз и навсегда разрешил все мои затруднения на этот счет.



   Раздача пожертвований – это нормальная религиозная практика. Человек, который имеет, к примеру, двести дирхемов, должен отдать пять, и далее в такой же пропорции. Это, в каком-то смысле, благодарность за полученные блага.

   Суфии придают мало значения таким формальным пожертвованиям, с их точки зрения, человек считается чрезвычайно жадным, если в течение года держит у себя двести дирхемов, после чего отдает только пять. Некоторые шейхи принимают милостыню, другие – нет. Те, кто, повинуясь Божественной Воле, дали обет бедности, принимают пожертвования не для своих личных нужд, а только чтобы не оскорбить дающего и дать ему исполнить свой религиозный долг. Я сам знал одного дервиша, которому щедрый правитель дал триста дирхемов золотом и который, взяв деньги, отнес их в баню, отдал служителю и, не оборачиваясь, ушел прочь.

   Следует отличать щедрость от благотворительности. Благотворительность делается выборочно и не свободна от эгоистических мотивов. Истинно щедрый не делает различий, его поступки бескорыстны. Тут справедливо правило, по которому щедрость всегда повинуется первому побуждению. Если человек не сделал этого в тот же момент, то победит жадность.

   Это правило подтверждает следующий случай.

   Один богатый купец из Нишапура часто посещал собрания у шейха Абу Саида. Однажды его попросили дать что-нибудь дервишу. Он вытащил две монеты: одна была золотой, другая – маленькой, серебряной, да еще с подрезанными краями. Его первой мыслью было дать золотую монету, но, чуть подумав, он дал серебряную. Когда лекция подошла к концу, купец задал шейху вопрос:

   – Допустимо ли человеку спорить с Богом?

   – Ты только что спорил с Ним, – ответил шейх. – Бог повелел тебе дать золотую монету, а ты дал обрезанную.



   Можно пролить кровь суфия и забрать его собственность, и он не будет возмущен этим, как говорил шейх Тустари. Рудбари однажды пришел к своему ученику, когда того не было дома, и распорядился собрать все его имущество, отнести на базар и продать. Когда ученик пришел домой, он был счастлив, что смог оказать услугу учителю, но никак не показал этого. Его жена, однако, сорвала с себя платье и бросила его на землю со словами:

   – Это тоже часть нашей собственности!

   – Это излишество и своеволие, – упрекнул ее муж. – Если мы позволили шейху распорядиться нашими вещами, то это истинная щедрость с нашей стороны, но самим предлагать вещи – это слишком надуманно.

   «Как-то раз, – рассказывает шейх Фариси, – вместе со своими духовными братьями я отправился по святым местам. Возле Хулвана на нас напала банда курдов. Они ограбили нас и забрали даже наши заплатанные халаты. Никто не возмущался и не сопротивлялся, кроме одного человека. Один из курдов просто вынул меч и зарубил спорщика, несмотря на то что мы умоляли пощадить его.

   – Он не был суфием! – ответил курд. – Он был предателем среди праведников, я поступил правильно, что избавил вас от него.

   – Но почему ты так решил? – спросили мы.

   – Самый первый шаг на пути суфизма, – объяснил разбойник, – это щедрость, а этот человек так неистово цеплялся за свои рваные тряпки, что даже поругался со своими собственными друзьями. Разве это достойно суфия? Да, я не оговорился, со своими друзьями, поскольку мы занимаемся тем же, чем и вы: избавляем вас от обременительных вещей этого суетного мира».



   Если дервиш выбирает стезю странника, он должен служить Богу, а не путешествовать просто ради удовольствия. Перемещаясь в пространстве телесно, он должен перемещаться духовно – уходя от своей чувственности. Он должен соблюдать ритуальные омовения и не должен пренебрегать молитвами. Его целью должно быть либо паломничество, либо Священная война, либо поклонение гробницам святых, либо посещение духовных наставников, с целью приобретения религиозных знаний, иначе его странствования не имеют никакого смысла. Все, что ему необходимо: заплатанный халат, чтобы прикрыть наготу, коврик для молитв, ведро с веревкой для омовений и посох для защиты и прочих надобностей в пути.

   Когда странник приходит в дом хозяев, он не должен причинять им никаких неудобств, не должен распространяться о трудностях, которые пришлось ему перенести по дороге, не должен читать лекции по богословию, рассказывать анекдоты или цитировать предания, ибо все это имеет привкус тщеславия. Он должен смиренно терпеть все недоразумения, если они возникнут, во имя Бога, и не отзываться ни о ком плохо.

   При выборе себе пристанища лучшим правилом является: никогда не отказываться от предложения дервиша и никогда не принимать предложения сребролюбцев. Никогда не следует посещать дома алчных и заискивать перед ними. Это разрушает суфия, поскольку не может быть ничего общего между погрязшими в миру и дервишами.

   Следует заметить, что не каждый сребролюбец обязательно богат, и наоборот. Каждый, кто предпочитает бедность богатству, не является сребролюбцем, если он даже богат, как царь. Но каждый, кто стремится к богатству и жаждет денег, является сребролюбцем, хотя он может быть беднее нищего.

   Многими шейхами признано, что существует три причины, дозволяющие нищенствовать: первая – это обретение свободы ума, поскольку забота о хлебе насущном доставляет людям наибольшее беспокойство; вторая – это дисциплина души, которая позволяет суфиям преодолеть свою гордыню и понять, как низко они стоят в общественном мнении, и таким образом избежать ложной самооценки; третья – это смирение, поскольку просить у людей (которые являются рабами Бога) подаяния во имя Бога – означает просить у рабов, а это более смиренная участь, чем просить у самого Господа.

   Правила нищенствования таковы: если вы просили и не получили ничего, вы должны быть более довольны, чем если бы получили что-нибудь; никогда не следует просить у женщин и бродяг на базаре; просить желательно не проявляя личной заинтересованности; никогда не надо использовать полученные средства ни для украшения себя, ни для домашнего хозяйства, ни для покупки собственности; никогда не позволяй мысли о завтрашнем дне вкрасться в ваше сознание, иначе ты погиб. И наконец, последнее правило: никогда не выставляйте свою набожность напоказ, чтобы получить более щедрые пожертвования.

   Я видел один раз почтенного старца – суфия, который, заблудившись в пустыне, добрался, наконец, еле живой от голода, до рыночной площади в городе Куфе. На руке у него сидел воробей, и он просил прохожих помочь ему:

   – Подайте что можете, ради этого воробья!

   – Почему ты так странно просишь? – спрашивали люди.

   – Я не могу сказать «ради Бога», – ответил он, – когда просить о суетных вещах мира можно и от имени такого малозначительного существа, как эта птичка.



   Однажды, будучи в Тусе, я задал шейху Гургани такой вопрос:

   – Какими должны быть минимальные знания и навыки суфия, достойного звания нищенствующего дервиша?

   – Он должен, – ответил великий шейх, – знать по крайней мере три вещи: как правильно пришивать заплаты на халат, как правильно слушать и как правильно двигаться.

   При нашем разговоре присутствовали и многие другие дервиши. Как только мы вышли из комнаты, они стали примерять эти определения сами к себе, причем чем невежественней был ученик, тем больше был его энтузиазм.

   – Ты идеальный, отрешенный от мира дервиш, – говорили они друг другу.

   Большинство из них тут же стали пришивать красивые, аккуратные заплаты к своим халатам и тренироваться в изящной походке. Что касается умения слушать, то тут каждый считал, что здесь и учиться нечего – все и так ясно.

   Я был предан шейху, и мне не хотелось, чтобы его слова пропали всуе, поэтому я предложил:

   – Давайте сделаем так: пусть каждый даст свое толкование слов учителя.

   Все высказали свое мнение, когда пришла моя очередь, я сказал:

   – Правильная заплата – это заплата, поставленная по необходимости, по бедности, а не для видимости, и она будет правильной, если даже сделана неумело и некрасиво. Правильно услышанное слово – это слово, которое принимается душой, а не разумом, то, которому следуют искренне, а не играя, то, которое оказывает свое действие на всю жизнь человека. Правильный шаг – это поступок, сделанный бескорыстно, самозабвенно, а не под влиянием каприза или формальных правил.

   Мои слова были переданы потом шейху.

   – Он хорошо сказал, – ответил шейх, – да вознаградит его Аллах за это!

Просмотров: 900