Э. О. Берзин

Юго-Восточная Азия в XIII - XVI веках

Глава 1. Верхняя Бирма в XIV- начале XV в.

 

Сохни (1299—1325) и его сын Уккана V (1325—1369) были последними, чисто номинальными правителями единой Бирмы, которая распалась еще в конце XIII в. на монский юг (Нижняя Бирма) и шано-бирманский север (Верхняя Бирма). В течение 92 лет после 1287 г. потомки паганской династии еще олицетворяли фиктивное единство страны, выполняя положенный ритуал, а затем незаметно исчезли, когда новая социально-политическая реальность созрела и закрепилась в сознании жителей страны.

Ведущий нентр Верхней Бирмы за это время несколько раз перемещался. В 1289—1312 гг. это был Мьинсайн, в 1312—1362 гг. — Пинья, с которой начали конкурировать Сагайн (1315—1364), где, как в Пинье, правила шано-бирманская династия (потомки «шанских братьев») и лежащий на окраине Центральной Бирмы Таунгу (на р. Ситаунг), где укрепилась чисто бирманская по происхождению династия, один из представителей которой — Тинкхаба в 1347 г. объявил себя королем [38, с. 70]1. Все эти центры, впрочем, не имели достаточно оснований на звание столицы единой Верхней Бирмы. Скорее они были гегемонами в конгломерате мелких и средних феодальных владений, постоянно воевавших друг с другом и часто призывавших на помощь союзников извне — периферийные шанские княжества, стоявшие на более низкой социальной ступени, ранневарварские государства с сильными пережитками военной демократии.

Существование обширной и весьма сильной в военном отношении «варварской периферии» (окраинные шаны в своих набегах доходили даже до монского юга) во многом определило специфику исторического развития Бирмы в XIV—XVI вв. Такие страны, как Сиам, Чиангмай, Лаос, Кампучия, Вьетнам, не знали подобной проблемы, так как жившие на их окраинах горно- лесные племена были немногочисленны и разрозненны и не могли представлять сколько-нибудь заметной военной опасности. Между тем в Бирме главное противостояние имело место не между чисто бирманским Таунгу и Пиньей, Сагайном, где правили шанские династии, как это часто утверждают западные историки, а между обществом развитого феодализма, сложившимся в равнинной Бирме, и обществом рождающегося феодализма в периферийных шанских княжествах. Эти районы, еще не вышедшие полностью из стадии военной демократии (для которой военные набеги, дальние походы за добычей были нормой существования), своим постоянным давлением сильно замедляли развитие Бирмы в сторону централизации на новом, более высоком уровне, цивилизации, которая в XIV в. уже сложилась в большинстве других стран Индокитайского полуострова.

В указанном выше противостоянии шанская феодальная верхушка равнинной Бирмы (быстро усвоившая культурные достижения бирманцев) выступала как социальная сила вместе с чисто бирманскими феодалами против своих варваров-единоплеменников, хотя и использовала их в своих внутренних распрях.

Особенно активизировались северные (периферийные) шаны в 50—60-х годах XIV в., когда феодальная анархия в равнинной Бирме, по-видимому, достигла апогея. В 1359 г. они захватили главный экономический центр Верхней Бирмы на Иравади — Пинью. В 1362 г. они вновь захватили Пинью и удерживали ее до 1368 г., после чего она сошла с исторической сцены. В 1364 г. шаны сожгли и разграбили Сагайн. Последний правитель Сагайна Ман План был убит, часть населения бежала в леса, часть во главе с пасынком Ман Плана князем Падоминья переправилась на другой берег Иравади и закрепилась там в местечке Ава [38, с. 69]. Здесь образовался новый центр феодальной Верхней Бирмы. Отсюда Падоминья (1364—1368) начал успешную борьбу против шанского нашествия и феодальной анархии. Шаны были вытеснены из Центральной Бирмы. И хотя Падоминья вскоре был убит в результате заговора, его наследник, король Минджи Свасоке (1368—1401) продолжалего дело. Ему удалось объединить под своей властью все феодальные владения Верхней Бирмы. В 1374 г. он вновь присоединяет к Бирме Аракан, послав туда в качестве вассального короля своего дядю Саумунджи (1374—1381) [146, с. 86]. В 1377 г. в состав государства Авы было включено последнее крупное феодальное владение этого района — королевство Таунгу. Его король Пьянчи был вероломно убит по приказу Минджи Свасоке 1146, с. 86].

При Минджи Свасоке полностью завершился процесс слияния шанских и бирманских феодалов. Сам Минджи Свасоке был одновременно потомком паганского царя Кансу III и одного из «шанских братьев». Минджи Свасоке уделял большое внимание восстановлению ирригации, пострадавшей в годы прежних войн; ои жертвовал пустующие земли монастырям, чтобы они взялись за их обработку. Стремясь расширить базу своей власти, он определенно заигрывал с крестьянством, лично участвуя в ирригационных работах. Во время одной из таких строек он познакомился с крестьянином Вунуинминяза и, как говорят летописи, за мудрость сделал его министром и женился на его дочери. Сына от этого брака он в 1381 г. сделал араканским королем [146, с. 81, 86].

Минджи Свасоке проявил большое искусство, лавируя между своими многочисленными врагами. В 1371 г. он встретился с королем Пегу (Нижняя Бирма) Бинья У. Они обменялись драгоценными подарками и установили точную границу между своими государствами [146, с. 82]. Обеспечив, таким образом, свой тыл на юге, Минджи Свасоке обратился на север против шанов. Здесь он также придерживался политики «разделяй и властвуй!»

Когда в 1371 г. началась война между шанскими княжествами Кале и Мохньин, обе стороны обратились к королю Авы за помощью. Тогда его министр (Вунуинминяза) сказал: «Ни за что не соглашайся, царь. Дай им передраться и истощить друг друга в войне. Потом ты сможешь взять обоих голыми руками»; Минджи Свасоке, последовал совету своего министра [146, с. 85].

Передышка, однако, длилась всего около двух лет. В начале 70-х годов XIV в. резко изменилась обстановка на северной границе шанских княжеств. В Китае бушевала крестьянская война против империи Юань. Ее последние сторонники удерживали Юннань до начала 1380 г. Но они не могли уже оказывать военное давление на своих южных соседей — шанов. С 1373 г. начинается новое массовое наступление шанских княжеств на государство Ава. Вплоть до 1383 г. набеги из Мохньина и других северных княжеств на Аву повторялись почти ежегодно. Минджи Свасоке с большим напряжением сохранял целостность своего государства. Как только войска династии Мин подавили окончательно сопротивление сторонников монгольской династии в Юннапи, Минджи Свасоке направил послов к китайскому наместнику Юннаии с просьбой о помощи и предложением дани (1383 г.). Китай, обрадованный возможностью вновь вмешаться в дела Бирмы, «приказал» князю Мохньина, лидеру шанской группы княжеств, прекратить войну [38, с. 72].

Обеспечив таким образом свои границы, где наступательная война с бедными шанскими княжествами все равно приносила бы больше убытков, чем доходов, Минджи Свасоке обратил свое внимание на богатый юг. Здесь в монском государстве Пегу в 1385 г. сложилась обстановка, благоприятная для вмешательства Авы. На трон только что взошел король Разадари, сын Бинья У. Дядя нового короля Лаукпья обратился к Минджи Свасоке с деловым предложением, облеченным в цветистую восточную форму: «Лаукпья, сеньор Маунгмья, склоняется к твоим стопам. О король Золотого Дворца в Аве, умоляю, выступи против Разадари прежде, чем он укрепится на троне. Я приведу своих людей по реке. Когда мы победим его, ты получишь сердцевину дерева и оставишь мне кору» [146, с. 82] (иными словами: «Сделай меня королем, и я стану твоим вассалом»).

Минджи Свасоке принял это предложение. Так началась сорокалетняя война между Авой и Негу. Вначале успех был на стороне Авы. Ее войска захватили крупный центр на Иравади — Пром, который впоследствии так и остался за Верхней Бирмой. Минджи Свасоке, соблазнив богатой добычей шанских князей, включил в свою армию войска княжеств Мохньина, Кале, Яунгхве [146, с. 82]. Военные действия перешли в дельту Иравади и низовья Ситауна. Однако сопротивление монов после первых неудач постепенно стало возрастать. Бирманцам и шанам не удалось больше захватить ни одного крупного города.

В 1390 г. моны перешли в контрнаступление. Разадари захватил центр мятежа Мьяунгмья и взял в плен дядю-изменника Лаукпья. Однако его сын Науратха и зять Пьянчи успели бежать к бирманцам. Минджи Свасоке щедро наградил их за потерю родовых владений. Науратху он назначил губернатором Салина, а Пьянчи - губернатором Прома. С тех пор эти монские феодалы с особым упорством стали сражаться против своих соотечественников [146, с. 85].

В 1391 г. Разадари изгнал бирманцев из пограничной крепости Мьянаунг. Попытка Минджи Свасоке отбить ее кончилась полной неудачей. Моны захватили даже личный позолоченный корабль короля Авы. Впрочем, Разадари вернул его вместе с ранеными бирманцами, взятыми в плен в этой битве [146, с. 85]. Вообще войны Авы и Пегу в XIV—XV вв. не отличались жестокостью или чрезмерным кровопролитием. Так же как и в средневековой Европе в эпоху развитого феодализма, сражающиеся армии были невелики (так, вся армия Авы вместе с союзниками, выступавшая ежегодно в поход против Пегу, не превышала 12 тыс. человек) [146, с. 82]. Военные действия сводились большей частью к стычкам и засадам. В сезон дождей война прекращалась и войска Авы возвращались на свою территорию.

Однако военные действия на юге, видимо, существенно дезорганизовывали сельское хозяйство Нижней Бирмы. Крестьян, не укрывшихся в городах, грабили, а иногда и угоняли на север. Поэтому Разадари после победы при Мьянаунге несколько раз предлагал Аве почетный мир. Минджи Свасоке отклонил эти предложения. Тогда Разадари по-видимому прибег к средствам тайной дипломатии. В 1393 г. крупнейшее шанское княжество Мохньин, до сих пор постоянно выступавшее союзником Авы против Пегу, внезапно меняет фронт и совершает набег на Аву. Шаны разбили вышедшее им навстречу бирманское войско, подошли к Сагайну и сожгли его предместья. Но взять город им не удалось. Лучший из генералов Минджи Свасоке — его шурин Тхилава вовремя подоспел с новым отрядом и разбил шанов [146, с. 85].

В последние годы правления Минджи Свасоке крупных военных действий не велось.

В 1400 г. он умер глубоким стариком. После нескольких дворцовых переворотов на троне укрепился младший сын Минджи Свасоке Минхкаунг (Тряпхья IV) (1401 — 1422). При нем война с Пегу вспыхнула с новой силой. Одновременно велась и война с шанами, которые теперь вступили в прочный союз с монами. Король Разадари посылал им золото и оружие обходным путем (вокруг владений Авы) через королевство Чиангмай [146, с. 87].

Пользуясь внутридворцовой борьбой в первые годы правления Минхкаунга, Разадари предпринял серию набегов на Аву. Особенно серьезный характер носила кампания 1406 г., когда Разадари с флотом поднялся по Иравади в самое сердце владений Авы. Не пытаясь брать штурмом укрепленные города Пром, Мьеде и Наган, он попросту оставил их у себя в тылу и разбил свой лагерь у стен Сагайна напротив Авы [146, с. 88].

Этот дерзкий рейд вызвал панику при дворе Минхкаунга. На королевском совете один видный монах из Пиньи предложил свои услуги в качестве парламентера. Минхкаунг ухватился за это предложение. Посол направился в лагерь Разадари в сопровождении 300 монахов, 300 носильщиков с подарками и большого количества слонов, также груженных шелком и другими ценностями. Речи о грехе кровопролития, подкрепленные таким количеством «даров» (по сути дела, выкупом), убедили Разадари вернуться в Пегу. Впрочем, бирманцы тут же нарушили мир, захватив, в частности, в плен дочь Разадари. В ответ на это Разадари сразу после сезона дождей осадил Пром [146, с. 88].

Минхкаунг решил деблокировать Пром. Стремительно спустившись вши по Иравади, он на исходе ночи внезапно напал на укрепление, возведенное монами к северу от Прома, и перебил его гарнизон. Но большая часть армии Разадари находилась на другом берегу реки и не пострадала. Разадари, в свою очередь, выслал сильный авангард из 300 боевых лодок вверх по Иравади, который перерезал коммуникации Минхкаунга. Оказавшееся между двух огней бирманское войско начало голодать. Над ним нависла угроза полного уничтожения. Минхкаунг вновь вступил в переговоры. Он предложил в обмен на заключение мира освободить пленного монского генерала, отца двух жен Разадари. Старый полководец Бьят За, организатор военных успехов монов, категорически потребовал не упускать победы такой ценой, Разадари сначала был склонен разделить его мнение, но в конце концов поддался на уговоры жен и выпустил бирманскую армию из ловушки. Был заключен мир, стороны обменялись пленными, граница была установлена ниже Прома, который остался у бирманцев. Более того, Разадари согласился вывести свои войска из Мьянаунга, который он захватил в 1391 г. [146, с. 89]. Это была блестящая дипломатическая победа Авы. Монархи обменялись ценными подарками и в пагоде Швесандау поклялись друг другу в вечной дружбе [146, с. 90|.

На следующий год этот мирный договор был укреплен браком сестры Минхкаунга с Разадари. Сопровождавший ее старый министр Вунуинминяза, сохранивший свой авторитет и при Минхкаунге, сумел еще выторговать в компенсацию за этот брак отчисление в пользу Авы пошлин с монского порта Бассейн [146, с. 90]. Советский историк И. В. Можейко высказал мнение, что ведущим мотивом войны Авы против Пегу было стремление первой получить выход к морю [38, с. 74]. Соглашение о Бассейне было, однако, единственным результатом, которого Ава добилась в этом направлении. Объединить под своей властью весь речной путь по Иравади до моря она так и не смогла.

Больших успехов Аве удалось добиться в контроле над восточным побережьем Бенгальского залива в Аракане, где в конце XIV в. к власти вновь пришла местная династия, а в 1404 г. араканский король Нарамейкхла, отвергнув даже номинальную зависимость от Авы, совершил набег на Центральную Бирму. В ответ на эго из Авы в Аракан было дЕинуто бирманское войско во главе с подающим большие надежды молодым полководцем принцем Минреджавсва (сыном Минхкаунга). Он успешно провел кампанию и занял столицу Аракана Лаунггьет. Король Нарамейкхла бежал в Бенгал. На араканский престол был посажен второй сын Минхкаунга принц Анаурахта Минсау, власть которого обеспечивал сильный бирманский гарнизон в Лаунггьете [146, с. 87].

Но власть Анаурахты Минсау над Араканом оказалась недолговечной. В конце 1407 г., вскоре после заключения мира между Авой и Пегу, в Бассейн, где тогда находилась ставка Разадари, прибыл сын изгнанного араканского короля Нарамейкхлы с просьбой о помощи (он к лиму времени успел уже отвоевать у бирманцев город Сандовай на юге Аракана, куда стали стекаться его сторонники [146, с. 90]). Разадари сначала, видимо, не собирался вмешиваться в араканские дела, поскольку это означало бы новую войну с Авой.

Но в этот момент новый инцидент изменил ход событий. Младший брат Минхкаунга, принц Тхейддат, оскорбленный тем, что браг назначил ювараджей (наследником престола) не его, а юного принца Минреджавсва, бежал в Пегу. Согласно феодальным традициям, которые соблюдались и в средневековой Европе, ему, как феодалу, «отъехавшему» от одного государя к другому, были пожалованы в Пегу значительные владения, соответствующие его высокому титулу. Разъяренный Миихкаунг расценил это, однако, как «казус белли». Он направил посольство к королю Чиангмая с предложением военного союза против Пегу. Посольство это случайно оказалось на монской территории и письмо попало в руки Разадари. Монский король отправил послов с распечатанным письмом обратно в Аву, не присовокупив к этому никакого послания. Вслед за этим он направил военную помощь араканцам. После непродолжительной борьбы араканская столица Лаунггьет была освобождена. Было захвачено в плен 3 тыс. бирманцев, в том числе незадачливый король Анаурахта Минсау, которого немедленно казнили [146, с. 91].

Узнав о смерти сына, Миихкаунг пришел в еще большую ярость. Несмотря на советы опытных полководцев не начинать кампанию накануне сезона дождей, он собрал всю свою армию и в мае 1408 г. двинулся на юг через Таунгу, разоряя по дороге все монские деревни.. Но в местечке Панджау, к северу от г. Пегу, ему пришлось остановиться и возвести укрепленный лагерь. Непрерывные летние тропические ливни нарушили все коммуникации бирманцев, и лишенный продовольствия Миихкаунг вынужден был начать переговоры. Разадари, со своей стороны, уклонялся от определенного ответа. Видимо, полагая, что всякое мирное соглашение вскоре будет снова нарушено Минхкаунгом, он пришел к мысли, что наиболее радикальным решением проблемы будет физическая ликвидация короля. С этой целью на Минхкаунга была организована серия покушений.

Однако представление о магическом характере царской власти и невозможности открытого убийства правящего короля было, по-видимому, еще очень сильно в Бирме XV века. Покушения срывались одно за другим. Однажды Миихкаунг почти попал в засаду во время переговоров, но в последнюю минуту был предупрежден своим братом — перебежчиком Тхейддатом. Разадари казнил Тхейддата и поручил террористическую акцию монскому офицеру Лагунейну. Лагунейн с 12 добровольцами ночью проник в бирманский лагерь и достиг палатки Минхкаунга. Но и он не решился убить спящего короля, а только взял в палатке часть королевских регалий (коробку для бетеля к меч с рубиновой рукоятью) и предъявил их Разадари в доказательство того, что он мог выполнить свою задачу, но отказался, не желая посягнуть на священную особу монарха. Разадари вынужден был согласиться с аргументами Лагунейна и великодушно объявил: «Я дарую тебе жизнь» [146, с. 93].

После этого покушения прекратились, но положение бирманцев ухудшалось день от дня. Наконец, Минхкаунгу с небольшим отрядом удалось вырваться из окружения, но большая часть бирманской армии погибла под Панджау. Разадари не стал развивать своего успеха и на несколько лет военные действия прекратились. Удрученный военными неудачами Минхкаунг до конца жизни уже больше не руководил войсками. Но когда Ава несколько оправилась oi поражения под Панджау, на первый план в военном отношении выдвинулся принц-наследник Минреджавсва, наиболее выдающийся полководец авской династии, который начал военную карьеру в 13 лет (экспедиция 1404 г. в Аракан). В 1412 г. Минреджавсва снова возглавил поход на Аракан и изгнал араканского короля, восстановленного монами в 1407 г. [146, с. 94].

Разадари, однако, быстро парировал этот удар. Подкупленные им шанские князья в 1413 г. вторглись во владения Авы, и, когда Минреджавсва со своими войсками поспешил на восток, моны снова вторглись в Аракан и выгнали посаженных там бирманских губернаторов [146, с. 94]. Минреджавсва, в свою очередь, отогнав монов, оставил в покое Аракан и направил основной удар в жизненный центр монского королевства — дельту Иравади. К 1415 г. он завоевал всю западную часть королевства Пегу. Постоянно выигрывая сражение за сражением, он совершенно деморализовал монскую армию, которая в это время лишилась своих лучших полководцев во главе с Бьят За. Согласно хроникам, сотня монов обращалась в бегство при виде нескольких бирманцев [146, с. 94]. В руках короля Разадари оставались только два крупных центра — столица Пегу и Мартабан.

Находясь в отчаянном положении, Разадари опять прибегнул к испытанному средству — послал оружие и золото из своей обширной казны (накопленной от внешней торговли) шанским князьям. В 1415 г. федерация шанских княжеств с невиданной силой обрушилась на Центральную Бирму и осадила столичный город Аву. Минхкаунг вынужден был снова отозвать Минреджавсву из Пегу. Разадари получил временную передышку. В 1417 г. войска Минреджавсвы, отразив шанов, вновь вернулись в дельту Иравади, но их боевая сила была уже подорвана. Когда в 1417 г., осаждая Даллу (близ нынешнего Рангуна), Минреджавсва был тяжело ранен, захвачен в плен и умер в ту же ночь, в бирманской армии началось повальное дезертирство. Дельта Иравади была быстро очищена от войск Авы. Но и монская армия была крайне истощена. После смерти Минхкаунга в 1422 г. некоторые советники Разадари предлагали использовать обычное замешательство при смене трона для нападения на Аву. Однако Разадари отделался красивым ответом: «Мой милый враг умер. Я больше не буду сражаться и посвящу остаток своих дней благочестивым делам». Фактически он и не мог сделать ничего другого. 40-летняя борьба за создание единой Бирмы кончилась сохранением статус-кво. Только в середине XVI в. сложились условия, которые позволили решить эту задачу. Вплоть до этого времени составные части Бирмы — Ава, Пегу, Аракан, Гаунгу, шанские княжества продолжали развиваться своими особыми путями.



1 Следуя принятой в советской медиевистике практике, далее мы будем именовать бирманских правителей королями. 
Просмотров: 1840