Э. Бикерман

Государство Селевкидов

§ 6. Фаланга. Система ее пополнения

 

Обеспечить себе, содействие городов, династов и туземных народностей можно было с помощью привилегий и увещеваний. Численность наемников определялась денежными средствами, которыми царь располагал. В 191 г. до н. э. Антиох III «подарками и угрозами» заставил галатов «поставить ему солдат».214) Селевкиды были в состоянии легко обеспечить себя конницей, легкой пехотой и даже гоплитами.

Однако царицей на полях сражений этого времени была уже не тяжеловооруженная пехота гоплитов, сражавшихся сомкнутым линейным строем, а фаланга. Выстроившись в виде квадрата, она являла собой подобие живой и подвижной крепости, которой ничто не могло противостоять. «Против фаланги, хорошо вооруженной и сплоченной, бессильно любое варварское племя и любое легковооруженное войско».215) Однако тактическое использование фаланги предполагало долгое и регулярное обучение каждого солдата в строевых условиях. Если компактность строя нарушалась, фаланга была [70] обречена на гибель. Обращение с сариссой — копьем длиной более чем шесть метров216) — требовало специальной выучки. Ни варвары, ни гражданское ополчение греков, ни даже наемники, умело пользовавшиеся мечом и копьем, не были способны к той боевой дисциплине, которая была абсолютно необходима для того, чтобы каре из 20 000 человек могло маневрировать во время боя. Сарисса всегда была оружием македонян: фаланга, в сущности, так и осталась специфически македонской формой военной организации, хотя деятели типа Филопемена пытались перенести это в свою страну.

Среди наемников, естественно, были и македоняне. Андриск, поднявший в 149 г. до н. э. восстание в Македонии, выдавая себя за незаконного сына Персея, до этого служил в сирийской армии.217)

Однако Селевкиды не были властны набрать большое количество сариссофоров в Македонии, которая им не принадлежала. Поэтому они были вынуждены в пределах своей державы создать другую Македонию. Селевкидская фаланга сражалась у Рафии; македонская фаланга образовала огромный прямоугольник из 16 000 человек на поле битвы при Магнесии; еще в 167 г. до н. э. перед Антиохом IV дефилировали 20 000 македонян, из которых 5000 несли бронзовые щиты, а остальные были защищены серебряными щитами.

Откуда селевкидские цари набирали этих македонян? Это не были туземцы, экипированные по македонскому образцу. Полибий отчетливо противопоставляет подлинной фаланге такой отряд из жителей восточных областей, вооруженный и организованный по образцу фаланги, который сражался при Рафии.218) Это также не были граждане греческих городов Селевкидской державы. Ни граждане Смирны, ни граждане Антиохии не были уже македонянами, даже если их предки пришли оттуда.219)

Но в составе Селевкидской державы были македоняне. Достаточно привести несколько примеров: при Селевке II некий «Лисий, сын Филомела, македонянин», управлял княжеством, расположенным в центре Фригии;220) он, вероятно, был внуком одного из полководцев Селевка I. Известны по меньшей мере три полководца Антиoxa [71] III македонского происхождения.221) Около 145 г. до н. э. некий Диофант, «родом македонянин», жил в арабском селении в Сирии.222) Почему же этих людей называют македонянами, хотя они не жили в этой стране?

Согласно неизменному положению греческого права исконная принадлежность к тому или иному полису сохранялась потомками эмигранта до бесконечности.223) Так, например, потомки спартанского царя Демарата, бежавшего в 491 г. к Дарию, считались в Персии лакедемонянами более двух столетий спустя.

Изменить свою первоначальную принадлежность можно было, только получив право гражданства в другом городе. Посидоний Апамейский стал таким способом «по закону» родосцем.224) Многочисленные колонисты, выходцы из различных городов Греции, превратились в царстве Селевкидов в «антиохийцев», «селевкийцев» (’Αντιοχεις, Σελευκεις) и т. д.

В силу этих принципов потомки (мужские) всех иммигрантов, выходцев из Македонии, оставались в державе Селевкидов македонянами, пока не получали гражданских прав в каком-либо греческом городе или македонской колонии. Так, например, на стеле, воздвигнутой в Лидии в первой половине III в. до н. э., мы читаем этникон «македоняне», добавленный к именам двух покойников.225)

Селевкидские македоняне были прежде всего потомками ветеранов Александра и Селевка. Но столь длительное сохранение македонского гражданства было следствием не только преемственности. Как видно из письма Селевка IV городу Селевкии в Пиерии, большие города державы очень скупо даровали право гражданства.226) Пришельцы из Македонии в большинстве своем не получили гражданских прав там, где они поселились, и навсегда остались «македонянами». Число «македонян» в державе Селевкидов возросло и благодаря натурализации. Из папирусов известно, что в птолемеевском Египте можно было добиться изменения этнического статуса путем записи (контролировавшейся правительством) в politeuma чужеземцев. Таким способом какой-либо македонянин, например, мог оказаться приписанным к ассоциации критян.227)

Подобная натурализация, влекшая за собой изменение этникона, как свидетельствует один текст, практиковалась и в державе Селевкидов. Фемисон, фаворит Антиоха II, был «по [72] происхождению» киприотом, но официально его называли «Фемисон, македонянин».228) Такая фикция может объясняться лишь тем, что он был причислен к группе македонян.

Легко представить себе, какое значение должно было получить для селевкидских царей существование македонского элемента в населении их державы. Македоняне, став гражданами какого-либо города, оказывались потерянными для царской армии, по крайней мере для фаланги. Идея суверенитета «полиса» исключала привлечение его граждан к воинской повинности. Город в крайнем случае посылал отряд вспомогательных войск, но не давал рекрутов, набранных индивидуально и рассеянных по различным частям. Македонские общины и politeumafa, эти группы населения без гражданских прав, легко поддавались системе рекрутского набора.

Так, известно, что упомянутый выше македонянин, сын Диофанта, был призван в царскую конницу.229) По свидетельству Посидония,230) Диодот Трифон получил поддержку людей из Лариссы (возле Апамеи Сирийской), известных своей храбростью и «получивших право поселиться здесь за их мужество. Они эмигрировали из фессалийской Лариссы и служили царям, потомкам Селевка Никатора, в составе первого конного полка». Здесь перед нами кантональная система воинского набора. Определенный населенный пункт направлял своих солдат в подразделение, к которому он был приписан. Вполне допустимо предположение, что отряды фаланги пополнялись таким же способом воинскими наборами в македонских колониях.

Есть еще несколько свидетельств, позволяющих представить себе, как эта система функционировала.231) Так, в Первой книге Маккавеев сообщается, что Антиох IV для подавления еврейского восстания «собрал огромную армию, все войска своего царства, открыл свою сокровищницу, уплатил жалованье воинам за год и приказал быть [73] готовыми для выполнения любого дела». Здесь явно идет речь о мобилизации, а не о сборе регулярных войск. Со своей стороны, Иосиф Флавий рассказывает, что Антиох V для войны против евреев приказал «собрать наемников и всех боеспособных людей в царстве». Имеется еще одно указание: Деметрий II лишился симпатий своей армии, когда сохранил на своей службе только приведенных им с Крита наемников. «Он распустил все свои войска, возвращая каждого в его страну... и все войска его отцов стали его врагами». Иосиф Флавий объясняет это тем, что предшественники Деметрия платили армии даже в мирное время, чтобы в случае необходимости воины были преданы им и готовы сражаться. Юстин тоже упоминает этих milites paterni Деметрия II, которые покинули Александра Балу ради сына Деметрия Сотера. Трифон сумел воспользоваться «этой враждой, которая накопилась в армии против Деметрия II», чтобы предпринять увенчавшуюся успехом попытку мятежа. Как мы видели, особенно активно его поддержали жители Лариссы, где набирался первый отряд конницы.

Эти свидетельства, хотя они и разрозненны, достаточны, как нам думается, чтобы создать представление о военной системе Селевкидов. Постоянная армия (гарнизоны крепостей и т. д.) пополнялась не только за счет наемников, но также и главным образом посредством рекрутского набора внутри страны. В случае необходимости царь издавал приказ о новом наборе. Эта старая македонская система «вооруженного народа» оставалась в силе и в правление Антигонидов. Так, в 197 г. до н. э., во время войны с римлянами, Филипп V приказал провести набор во всех общинах своего царства.232)

Эта система рекрутского набора значительно отличается от птолемеевской организации. Жители египетского селения принадлежали вперемешку к самым различным народам и воинским подразделениям. В то же время солдаты одного и того же войска жили в различных селениях. Дело в том, что у Лагидов земледельцы были обязаны личной военной службой в качестве собственников земельных участков. Военная служба здесь была повинностью, налагаемой дарованием земли. Κληρουχοι Египта представляли собой нечто вроде оседлой армии. У Селевкидов же была другая система — военный набор. Человек призывался в армию как житель, например, Лариссы, а не как получатель приносящего доход дара.


214) App. Syr., 6: Антиох III «склонял галатов к военному союзу с собой дарами и страхом, внушаемым его приготовлениями...»

215) Strabo, VII.3.17, с. 306. Ср. Pol., V.83.2 (ср. примеч. 37).

216) J. Kromayer. — Veith, с. 133.

217) Diod., XXXI.40а.

218) Pol., V.79.4: 10 000 человек, набранные из всех областей державы, вооруженные по македонскому образцу... численность фаланги достигала 20 000.

219) Jos. С. Ар., II.38: «все приглашенные принять участие в колонии, даже если они самого различного происхождения, получают то же наименование, что и основатели колонии».

Приходится упомянуть об этих элементарных понятиях греческого права, ибо они слишком часто оставляются без внимания. Так, например, Griffith, c. 162, 163, утверждает, что «македоняне» Селевкидской армии были гражданами «полисов», основанных царями. Впрочем, эта теория не только неверна она лишена и привлекательности новизны; мы встречаем ее уже у Дройзена (Droysen. Geschichte des Hellenismus, III, 1, с. 70).

220) Holleaux. — REA, 1916, с. 166.

221) Andronicus Маседо — Андроник македонянин (Liv., XXXVII.13.9); Βύττακος ο Μαπεδών — Биттак македонянин (Pol., V.79.4); Zeuxis (OGIS, 235). Ср. Holleaux. — BGH, 1924, c. 12.

222) Diod., XXXII.10.2: в так называемых Абах в Аравии жил некий Диофант, родом македонянин.

223) Ср. Archiv. f. Papyrusforschung, VIII, с. 221.

224) Ps.-Lucian. Macrob, 20: «Посидоний, уроженец Апамеи Сирийской, ставший гражданином Родоса» (νόμω δε ‘Ρόδιος).

225) J. Keil. A. v. Premеrstein. — Denkschr. Wiener Akad. VII, 1914. № 47: «Аристокл, сын Эйкадия, Меноген, сын Аристокла, македоняне».

226) Ср. Holleaux. — ВСН, 1933, с. 43.

227) О politeúmata ср. J. Lesquier, c. 142; W. Kuppel. — «Philologus», 1926, c. 268.

228) Pуthermos, 80 fr. l Jac. = Athen. 289 f: «и Фемисон, киприот... во время празднеств о нем объявляли: „Фемисон, македонянин, Геракл царя Антиоха"». Ср. Phylarch., 81 fr. 6 Jас. = Athen. 438с.

229) Diod., XXXII.10.8: «Диофан был призван в конницу».

230) Diod., XXXIII.4а (цит. в примеч. 83).

231) I Macch., 3, 27 и сл.: «(царь Антиох)... собрал все войска царства своего, весьма значительные силы и открыл казнохранилище свое и выдал войскам своим годовое жалованье и приказал им быть готовыми на всякую надобность». Jos. Antt., XII.366: «(Антиох V), пригласив своих полководцев и друзей, приказал им навербовать наемников и призвать всех способных носить оружие подданных царства» (источник, которым пользуется здесь Иосиф Флавий, — I Macch., 6.29, — говорит только о наборе наемников за пределами державы. Флавий дополняет свой рассказ данными греческого историка, которого он привлекает дополнительно к Первой книге Маккавеев при изложении истории Хасмонеев). I Macch., 11.38 и сл.: «(Деметрий II) отпустил все войска свои, каждого в свое место, кроме иноземных войск, которые он нанял среди островных народов. И возненавидели его все войска отцов его. Трифон же, один из прежних приверженцев Александра, увидел, что все войска ропщут на Деметрия...» Jos. Antt., XII.130: «Царственные же предшественники его в одинаковой мере платили им (т. е. войскам) жалованье и в военное и в мирное время, чтобы расположить их к себе и в случае необходимости заручиться их поддержкой во время междоусобных войн»; Justin., XXXV.2.

232) Liv., XXXIII.3: Филипп V «решил произвести набор по всем городам царства». Ср. Pol., II.54.14. Антигон Досон отправил своих солдат-македонян домой на зимовку.

Просмотров: 5485