Э. А. Менабде

Хеттское общество

§ 6. Смешанные браки и браки среди рабов

 

§ 6. Смешанные браки и браки среди рабов. В отношении сожительства с рабынями ХЗ-ы фактически не устанавливают никаких ограничений. § 194 ХЗ-ов гласит: «(44) Если свободный человек с блудницами (?)-рабынями162) и их матерью (45) сожительствует, нет наказания. ...(47) Если с одной и той же рабыней (GEME-as) или блудницей (SALKAR.LÍL-as) отец (48) и сын будут спать, нет наказания». Беспорядочность половых сношений с рабынями тем более бросается в глаза, что в среде свободных людей ничего подобного нет, и закон довольно ревностно оберегает чистоту крови и родственных взаимоотношений.163)

Однако это не означает, что в среде рабов господствовал промискуитет и социально бесправные (или, точнее сказать, неполноправные) члены хеттского общества не могли создать свою семью.164) В этом отношении имеются довольно ясные положения хеттского законодательства, которое считает возможным «свободный брак»165) между рабами (§ 33), между свободным мужчиной и рабыней (§ 31),166) рабом и свободной женщиной (§§ 32, 35, 175). Однако раб мог создать семью и на основе брака с уплатой выкупа (§ 34) и даже усыновить зятя, как продолжателя своего рода (§ 36).167) При всем этом [193] закон не видит никакой формальной разницы между браком в среде свободных и браком, заключенным рабом. Обратим внимание, что §§ 32, 33 заканчиваются одной и той же стереотипной фразой DI-NI-ŠU-NU QA-TAM-MA-pát — «судебное решение таково же», т. е. семейно-брачные отношения, порядок развода и раздела имущества между мужем-рабом и женой-рабыней (§ 33), между мужем-рабом и женой свободной (§ 32) таковы же, как и в семье, созданной свободным человеком, женившимся на рабыне (§ 31), т. е. семья, возглавляемая свободным лицом, ничем не отличалась по форме от семьи, во главе которой стоял раб. Социальное положение жены в данном случае определялось общественным статусом домовладыки.168) Это ясно видно из §§ 35 и 175 ХЗ-ов, где свободная женщина, вышедшая замуж за раба на определенное время (от двух до четырех лет) становилась рабыней. Брак, очевидно, не мог изменить окончательно социальное положение лиц, в него вступающих. Однако утверждение о том, что определяющим все же являлся общественный статус мужчины, может быть окончательно подкреплено положением детей в подобных браках. В этом отношении интересен § 175 ХЗ-ов: «(17) Если SIPAD.UDU или AGRIG свободную женщину возьмет (в жены), (18) она либо на два года, либо на четыре года становится рабыней (GEME-eszi)169) (19) и дети его будут низведены (до положения рабов),170) и их пояс (?) никто не должен брать (?)». [194]

Таким образом, в полном соответствии с патрилинейным порядком наследования дети получали социальный статус своего отца (в данном случае раба).

Впрочем, это положение может быть доказано и в отношении семейств свободных членов общества. Как известно, свободный мужчина помимо главной жены мог иметь жен «второго ранга» (SALNARṬARTU и SALESIRTU), дети которых были свободнорожденными даже в том случае, если рабское состояние их матери было несомненным (скажем, в случае с SALESIRTU). Конечно, все это становилось возможным лишь в случае законом оформленного брака или законом допущенного сожительства. Дети от прочих наложниц, как правило, такими правами не должны были пользоваться, наследуя общественное положение матери. Уже упоминавшиеся выше беспорядочные половые сношения с рабынями вели к тому, что отец зачастую был фактически не известен. Однако главное заключалось не в этом. Рабыня-наложница не являлась членом семьи в строгом смысле этого слова, и закон отнюдь не брал ее под свою защиту.

Таким образом, раб и рабыня (между собой или с представителями свободных слоев населения) могли создать собственную семью как на основе брака с выдачей выкупа (в случае женитьбы на рабыне этот выкуп, как видно, превращался фактически в цену живого товара), так и «свободного» брака. Формально семья, один из членов которой являлся несвободным лицом, пользовалась той же защитой закона, что и семья полноправных членов общества. Конечно, при этом не следует забывать о непрекращающейся власти хозяина на раба и, видимо, на всю его семью, но ввиду рассмотренных выше положений хеттского законодательства нам кажется несколько преувеличенным утверждение о том, что «брак раба был в известной мере фактическим отношением, юридически неполноценным».171) Мы, разумеется, далеки от мысли, чтобы ставить знак равенства между семьей, созданной рабом, и семьей свободного человека, тем более, что, согласно § 196 ХЗ-ов, хозяин в случае какого-то правонарушения мог разлучить раба и рабыню. Однако из этой статьи еще не ясно, о ком идет здесь речь: были ли эти раб и рабыня мужем и женой? ХЗ столько внимания уделяют семье раба, что трудно думать, что она могла разрушаться просто по произволу хозяина. Даже в случае, описанном в [195] § 196, речь идет о принуждении к разлуке как следствии определенного преступления.


161) См., напр., Коschaker, Ar. Or., XVIII, 3, стр. 210 сл.; NHL, стр. 123 сл.

162) GEMEḪLA-us armanikūs. В. В. Иванов (ХИДВ, стр. 324) переводит: „рабынями-сестрами”)"; И. Фридрих (Gesetze, стр. 85); „Dirnen('?)". Термин не ясен, перевод условен.

163) Ср. §§ 189-191, 195 ХЗ-ов.

164) О семейно-брачных отношениях среди рабов см. V. Korošec, Einige Beiträge zum hethitischen Sklavenrecht, „Symb. Koschaker", III, Weimar, 1939, стр. 134 сл.; Cuq, Études, стр. 471; NHL, стр. 146 сл.

165) NHL, стр. 123 сл.

166) Интересно, что в данном случае даже жена-рабыня пользуется довольно обширными правами и сравнительно независима от мужа. По всей видимости, это объясняется «свободной» формой брака, когда мужчина, не уплатив выкупа, не приобретал твердых прав на свою жену.

167) Заключительная фраза (nānkán parā Ú.UL kuiski tarnai) §§ 34 и 36 не совсем ясна. Все переводы ее в той или иной степени условны. В. В. Струве (ВДИ I, 1937, стр. 34 сл.), например, считает, что эта формула может быть понята в том смысле, что рабу можно было не выдавать девушку. Все зависело от воли ее родителей. Вполне возможно, что так оно и было. Однако разве при сватовстве свободного человека родители не могли отказать ему в выдаче дочери? Или разница заключается в том, что рабу даже в случае выплаты выкупа могли не дать жены? Ничего определенного пока сказать нельзя.

168) Cuq, Études, стр. 471.

169) Р. Xаазе понимает эту статью в том смысле, что женщина, вышедшая замуж за пастуха становилась рабыней на два года, а жена «надсмотрщика» — на четыре (см. Haase, HKR, стр. 89, § 175).

170) isḫunanzi. И. М. Дунаевская (ЗВАХ, II, стр. 277 и сн. 11 на той же стр.) и Э. Ньюфельд (NHL, стр. 48 и сн. 162 на той же стр.) переводят и интерпретируют эту статью в полном соответствии с мнением Б. Грозного (СН, стр. 135 и сн. 4 на стр 134): «опоясать (?)», считая, что речь идет о наложении какого-то знака рабства. В. В. Иванов (ХИДВ, стр. 323) переводит: «обратить в рабство (?)». А. Гётце (ANET, стр. 195) и Р. Хаазе (HKR, стр. 89) воздерживаются от какого-либо перевода.

Контекст статьи вполне соответствует толкованию И. М. Дунаевской и В. В. Иванова, и мы считаем возможным следовать ему.

171) Дьяконов, ЗВАХ, II, стр. 288.

Просмотров: 1979