Э. А. Менабде

Хеттское общество

§ 1. Общие сведения о хеттской семье

 

§ 1. Ко времени создания клинописных правовых документов семейно-брачные отношения на Древнем Востоке характеризуются патриархальностью форм с утверждением внутри семейной ячейки власти мужчины — главы семьи.1) В этом отношении хеттское право не составляет исключения.2) Рассматривая отдельные положения хеттского семейно-брачного права, мы находим многочисленные пункты схождений и даже прямое сходство с другими древневосточными правовыми памятниками (в первую очередь, с вавилонскими, ассирийскими, древнееврейскими).3) Обряд помолвки, формы брака, виды расторжения помолвки и брака, положение жены и детей и целый ряд других сторон семейно-брачных отношений у различных древневосточных народов во многом проявляют поразительное сходство с хеттским, обусловленное [158] сходными условиями существования и развития материального производства, условиями жизни вообще. При этом не последнее значение имело и довольно тесное взаимное общение различных социальных организмов на Древнем Востоке, способстаювавшее тому, что в отдельных юридических документах и даже целых сборниках правовых норм мы находим весьма приметные следы взаимного влияния. Так, например, считают, что система брака у хеттов не только сама испытала сильное ассиро-вавилонокое влияние,4) но и оказала, в свою очередь, определенное воздействие на формирование семейно-брачных отношений у израильтян.5) Поэтому многие моменты семейно-брачных отношений у хеттов, не освещенные хеттским законодательством (или точнее не дошедшие до нас), могут быть восстановлены (с той или иной степенью достоверности) путем их сравнения с юридическими нормами других древневосточных правовых систем.6)

Однако, сказанное вовсе не означает отсутствия определенной специфики, некоторых своеобразных черт хеттской семьи и брака. Именно наличие этих последних позволяет нам выделять в особый вид семейно-брачных отношений [159] хеттскую семью и брак эпохи уже сложившегося классового общества, для которого характерно существование моногамной семьи. Однако те же обстоятельства, которые способствуют сохранению сельской территориальной общины, препятствуют разрушению семейной общины — этой первичной ячейки более крупной общности: общины и, в конечном итоге, государства.7) Впрочем, это понимают (в меру своих знаний) и древние народы, которые, как правило, проявляют заботу о сохранении прочности и целостности семьи.8) У хеттов существовал особый ритуал против семейной ссоры.9) Фактором, способствующим сохранению единства семьи (и семейной общины), был, конечно, не столько морально-религиозный момент, сколько характерная для многих древневосточных народов система левирата.

Понятие «семья» в хеттских текстах выражено идеограммой É («дом», хетт. pir/parn-),10) что соответствует римскому familia.11) Последний термин обозначал прежде всего семейную общину, включая не только супругов и их детей, но и всех побочных родственников и даже рабов, живших в данной семье. Кроме того, он охватывал все семейное имущество.12) [160]

Семейная община, объединявшая нескольких братьев, состояла из ряда мелких семейств, созданных ее членами. Основной формой их, как и в большинстве цивилизованных стран Древнего Востока, была моногамная семья.13)

Однако, сказанное не означает, что полигамии фактически не существовало. Считают, что § 28 УТ говорит о возможности дли царя иметь нескольких жен. Аналогичные сведения имеются и в «договоре» Суппилулиумы с Маттивазой.14) Все это указывает на то, что полигамия не составляла исключения и не была лишена известных законных оснований. Однако хеттское право и обычаи позволяют ей уживаться лишь в рамках моногамной семьи, ибо вторые жены и наложницы не имели статуса законных жен и до смерти главной (законной) жены никто из них не мог претендовать на ее место в семье.

Таким образом, мы можем говорить о существовании полигамии лишь в форме допущенной законом системы конкубината.15) При всем этом господство моногамии не вызывает никакого сомнения.

Моногамная семья состояла из мужа (главы семьи), жены и несовершеннолетних или не вступивших в брак детей. Ее состав точно определен в «Ритуале против семейной ссоры» (кол. I, 1-4; кол. II, 32-36), где названы отец (ABU, хетт. attas) и сын (DUMURU), муж (MU.DU) и его жена (DAM-ZU), брат (ŠЕŠ, акк. AḪV) и сестра (NIN, акк. AḪATU).16) Это было ядро семьи, так сказать — «первый ее круг», за пределами которого стояли «вторые по рангу» жены, наложницы, а если следовать еще дальше (до пределов [161] семейной общины), то родственники по восходящей и боковой линии (отец, мать, братья, сестры), так называемые «совладельцы» (ḪA-LA — человек, имеющий долю в имуществе данной семьи), рабы и т. д.

По сути дела говоря, моногамия была уделом, в первую очередь, беднейших слоев населения, а полигамия — привилегией господствующей верхушки в лице царя и знати,17) что хорошо видно из многих хеттских письменных источников.18)

Сочетание моногамии с фактическим многоженством является характерной чертой патриархальной формы семьи и брака, когда господствовал мужчина, а женщина была в той или иной мере подчинена его власти.


1) Дьяконов, ЗВАХ, I, стр. 287-288; ЗВАХ, II, стр. 242-243; RAss., II, 3, стр. 293; Р. Koschaker, Fratriarchat, Hausgemeinschaft und Mutterrecht in Keilschriftrecliten, ZA, 7(41), 1933, стр. 68-89; его же, Ar. Or., XVIII, 3, 1950, стр. 211; A. S. Diamond, The Evolution of Law and Order, London, 1951, стр. 248 сл. и т. д. Появление патриархальной семьи сыграло свою историческую роль. Конечно, мнение П. Кошакера о том, что, «народы со строго организованной патриархальной семьей имели возможность достичь политического и культурного подъема» (Ar. Or., XVIII, 3, 1950, стр. 235), несколько преувеличивает роль этой семьи в историческом процессе развития, но в целом является правильным.

2) См. Дьяконов, ЗВАХ, II, стр. 300; Hrozný, Asie, стр. 121-122; Ring, IRL, стр. 125; Kleinasien, стр. 111.

3) См., напр., NAHML, стр. 14, 109, 146; NHL, стр. 293; Ring, IRL, стр. 125-139; DMAL, стр. 240, 258; DMBL, I, стр. 281 и т. д.

4) Ср. напр., §§ 29 сл. ХЗ с § 159 сл. КХ, § 197 ХЗ с § 15 САЗ и § 129 КХ — см. RAss., II, 3, стр. 293, а также NAHML. стр. 14.

5) Ring, IRL, стр. 125 сл.

6) Интересно заметить, что ряд исследователей идет еще дальше, обнаруживая моменты сходства в семейно-брачных отношениях не только для народов древнего Ближнего Востока, но и всего Востока (как древнего, так и современного), а также приводят параллели из брачного права некоторых народов Европы эпохи средневековья. В этом отношении наше внимание привлекает работа английского ученого А. Дайэмэнда — Diamond, Evolution, в которой автор рассматривает брачноправовые параллели не только народов Древнего Востока (с включением Индии и Китая), но и других народностей, населяющих различные части света (римлян, мексиканцев, майя, египтян, многочисленных народов Африки и даже французов и англичан) (см. ук. соч., стр. 246-255) вплоть до наших дней. Подобное рассмотрение института брака вне времени и пространства должно быть несколько рискованным с научной точки зрения, хотя нельзя не подчеркнуть, что брачно-правовые отношения различных народов на соответствующих этапах развития человеческого общества могут иметь между собой много общего, в основном, в зависимости от ступени их исторического развития. И в то же самое время, думается, излишне подчеркивать недопустимость рассмотрения института брака, как и других социальных институтов вне конкретно-исторических условий, в статичном состоянии, как института раз навсегда данного, лишенного развития.

7) Знаменательно, что главы семейных общин являлись, как правило, старейшинами территориальной общины. Ср., напр., Frainkfort, Kingship, стр. 220.

8) См., напр., пословицы древних жителей Двуречья (W. G. Lambert, Celibacy in the World's Oldest Proverbs, BASOR, 169, 1963, стр. 63-64), которые отражают резко отрицательное отношение к людям, неспособным создать свою семью. Вот одна из подобных пословиц: «Кто не имеет жены, кто не имеет сына, (лишь) умножает свои несчастья». Л. Byлли (ВИМК, I, 1957, стр. 147) не без оснований пишет, что древние шумерийцы считали семью основой государства.

9) См. Rost, MIO, I, 1953, стр. 345 сл.

10) См., напр., § 27 ХЗ-ов, в котором упоминается «дом» (Е) жениха и «дом» тестя. Р. Хаазе (PSPV, стр. 71; его же, Bi. Or., XIX, 3/4, 1962, стр. 119-120) наше отождествление «семьи» и «дома» (pir/parn) считает неправомочным. Ср. Менабде, ВДИ, 4, 1959, стр. 65 сл.

11) Знаменательно, что существует мнение о происхождении этот термина от корня *dhomo. См. Kaser, Privatrecht, I, стр. 44, сн. 4.

12) См. Kaser, ibid., стр. 17 сл., 44 сл. Аналогично понятие семьи и ее состав у древних евреев. См. Ex. 20:10, где в составе семейной общины мы видим не только детей, но и рабов, пришельцев, а также скот. Ср. также Н. М. Никольский, Рабство в древнем Двуречье, ВДИ, I, 1941, стр. 58; Дьяконов, ЗВАХ, I, стр. 287 сл.

13) См., напр., NHL, стр. 122; G. Contenau, La vie quotidienne à Babylone et en Assyrie, Paris, 1950, стр. 21; В. Monier, G. Cardasсia, J. Imbert, Histoire des Institutions et des faits sociaux des Origines à l'Aube du Moyen Age, Paris, 1956. стр. 54; Cav. Hitt., стр. 57; Diamоnd. Evolution, стр. 249. Двоеженство можно предполагать при левиратном браке, когда брат женится на жене умершего брата (ХЗ § 193), но здесь, по-видимому, имеется в виду не обычная форма брака.

14) См. Weiduer, FD., стр. 19.

15) Ср., напр., ЗЛИ, § 27; КХ, §§ 137, 141, 145-148; Gen. 16:2-9, 15; Deut. 21:15-17; II Sam. 5:13; I Reg. 11:3; а также Monier, Institutions, стр. 54, 58, 92; Р. Cruveilhier, Introductions du Code d'Hammurabi, Paris, 1937, стр. 13, 19.

16) См. Rost, MIO, I, 1953, стр. 348-349; 366-367.

17) Ср. Cav. Hitt., стр. 57.

18) См., напр., УТ § 28; «Инструкцию членам царского рода и вельможам», §§ 4, 5, 25 (Schuler, Anweisungen, стр. 23, 24, 28), в которых отразилось законодательно закрепленное право верховных правителей Хатти помимо основной жены иметь «жен второго ранга» и наложниц.

Просмотров: 2001