Дональд Харден

Финикийцы. Основатели Карфагена

Глава 7. Религия

 

Раскопки в Угарите, Библе и многих других местах Финикии пролили свет на раннюю ханаанскую религию во всех ее аспектах. Были найдены храмы и святилища, многочисленные статуэтки, цилиндрические печати и другие предметы религиозной принадлежности.


Однако самые важные и интересные данные о ханаанской религии мы узнаем из глиняных табличек XIV века до н. э., найденных Клодом Шеффером в Угарите (рис. 16). На табличках – тексты на ханаанском языке, написанные алфавитной клинописью. Этот огромный архив включает множество магических и религиозных текстов, связанных, например, с культами плодородия и культом мертвых, ряд патриархальных историй, многие из которых похожи на ранние библейские истории и их шумерские и вавилонские аналоги.


Мы многое узнаем о богах и богинях ханаанского пантеона. Верховный бог и царь – Эл, живший на западе в полях Эла. Иногда он изображается в виде быка, иногда появляется как бог-солнце. Его жена, Астарта, представляется как богиня-мать. Их сын Баал, бог гор, бурь и дождя, бог в расцвете сил. На статуэтках, изображающих его, мы видим его с рогами, размахивающего дубинкой, с молнией в руке.


На одной из табличек увековечена интереснейшая история о строительстве храма Баала богами по повелению Астарты. Описывается, как Баал валил кедры, Баал Алейян[19] строил крышу, а служанка Астарты лепила кирпичи. Мы узнаем даже, как Астарта собирала средства и основывала храмовую сокровищницу. Шеффер нашел в Угарите храм, посвященный Баалу, датируемый по меньшей мере началом 2-го тысячелетия и все еще процветавший, когда в конце XIII века город пал перед «народами моря». Этот храм, как и соседний, посвященный Дагону, состоял из внешнего и внутреннего святилища с открытым двором, где находился алтарь.



Рис. 16. Текст алфавитной клинописью на глиняной табличке из Угарита. Высота около 0,08 м. XIV век до н. э.



Таблички также описывают плодородие и хтонические (подземные) атрибуты Баала Алейяна. После сражения с Мотом – летней жарой – он спустился в чрево земли. Анат, его сестра и жена, отправляется на его поиски. «Дни сменяли дни, – говорится в тексте, – верно любит Анат. Она полна любви. Как сердце антилопы тоскует по оленю и сердце овцы по ягненку, так и сердце Анат». Наконец она находит тело Баала Алейяна в обиталище мертвых, выносит его на вершину Цафона и хоронит его там со многими жертвоприношениями. Затем она находит Мота и убивает его. «Серпом она режет его, веялкой она развеивает его – она разбрасывает его плоть в поле...» (очевидная аналогия с ежегодным урожаем), и затем она оживляет Баала Алейяна и сажает его на трон Мота. И снова начинается смена времен года.


До обнаружения этих текстов мы знали о финикийских божествах и культах только из вавилонских, греческих, египетских и, конечно, еврейских письменных источников и фрагментов труда Филона из Библа (I век н. э.), сохранившихся у более поздних авторов. Книга Филона считается переводом произведения некоего Санхунйатона, финикийского жреца, уроженца Бейрута, жившего в XI веке до н. э. (правда, современные ученые не согласны с такой ранней датой). Мы теперь имеем возможность проверить эти данные, по меньшей мере частично, благодаря археологическим находкам и многочисленным религиозным надписям, обнаруженным в прошлом веке и несколько ранее. Однако, даже изучив все это, мы знаем о культах и религиозных ритуалах финикийцев меньше, чем о большинстве других народов древности – в основном потому, что собственно финикийская литература до нас не дошла.



Еще одна трудность в изучении финикийской религии, особенно восточной, состоит в том, что мы не всегда можем отличить истинно финикийские элементы от заимствований из других культов. Длительное господство Египта привело к тому, что прибрежные города Сирии испытывали сильное влияние египетской религии. В культовых статуэтках мы обнаруживаем египетские атрибуты и одеяния, а финикийские божества отождествлены со своими египетскими аналогами. Баалат (богиня) Библа, например, отождествлялась с Исидой (Хатор). В финикийской религиозной архитектуре мы также видим заимствования: на многих финикийских стелах прослеживаются египетские мотивы (рис. 24).


Изучая общее семитское происхождение вавилонян и ханаанеян, мы также находим заимствования – больше в ритуалах, чем в архитектуре – у Месопотамии, хотя это не должно нас удивлять. Влияние прослеживается в культовых сценках на камнях печатей, в некоторых деталях одеяний и атрибутах статуэток.


С микенских времен в финикийской религии сохранились и эгейские элементы, хотя только во второй половине 1-го тысячелетия до н. э. влияние греческой классики стало преобладающим. С тех пор культовые предметы, статуэтки, архитектура и даже саркофаги стали греческими по духу, и, безусловно, многое было создано греческими художниками. Подобное происходило и в Карфагене с IV века, что доказывает, насколько ни один народ не мог сопротивляться греческому культурному натиску. Самому Риму предстояло испытать то же самое. В «Посланиях» Горация мы находим слова:


Греция, завоеванная Греция,


Победитель покорился, и


грубый Рим стал изысканным.


К периоду экспансии Финикии мы различаем в ее религии не только ханаанские элементы, но и много заимствований из культов соседей, хотя в основе своей религия осталась ханаанской по духу. Финикийские колонисты несли за моря и, следовательно, в Карфаген, Мотию, Гадес и другие поселения тех же богов, которым поклонялись (хотя и не всегда под теми же именами), и те же религиозные ритуалы, которые исполняли на финикийской родине. Если иногда может показаться, что на западе появились новые боги, то, вероятно, лишь потому, что наша информация не полна. Будущие открытия, вероятно, покажут, что, например, принесение в жертву детей, как мы теперь знаем, широко распространенное на западе, в городах метрополии встречалось еще чаще, чем даже предполагают библейские рассказы. Стоило бы удивляться, если бы это было не так.

Просмотров: 3277