Д. Ч. Садаев

История древней Ассирии

Религиозные представления древних ассирийцев

 

Религии Ассирии и Вавилонии имеют между собой много общего. Основы религиозной системы и почти все божества у ассирийцев и вавилонян были одни и те же. Религиозные тексты (гимны в честь богов, ритуальные предписания т. д.), найденные в библиотеке Ашшурбанапала и в других книгохранилищах Ассирии, сплошь и рядом повторяют вавилонские. Порой только короткие приписки в конце свидетельствуют о том, что они использовались ассирийскими жрецами. Конечно, местные особенности в известной мере накладывали свои отпечатки на религиозные представления, образы богов и богинь, а также обряды. Особенности того или иного племени, природные условия занимаемой ими территории и исторические судьбы страны оказывали определенное воздействие на религиозную систему, воспринятую от вавилонян и частично унаследованную от шумеров. Но все эти заимствования ни в коей мере не были механическими, напротив, они творчески перерабатывались.

Ранее уже было сказано, что во главе ассирийского пантеона стоял древний племенной бог — Ашшур, объявленный царем богов. Двенадцать «великих богов», сохранивших свои вавилонские имена, почитались повсеместно, но ни один из них, даже главный бог Вавилона — Мардук, по мнению ассирийских жрецов, не мог претендовать на верховную власть над вселенной. Это право принадлежало только Ашшуру. При перечислении богов, помогающих ассирийскому царю в борьбе с врагами, Ашшур, как правило, выдвигается на первое место. Супругой Ашшура считалась шумерская богиня Нинлиль или вавилонская Иштар. Впрочем, это не та Иштар, которая почиталась в Уруке или Вавилоне, а ее местное воплощение. Иштар, в свою очередь, раздвоилась, воплотившись в двух богинь, покровительниц разных ассирийских центров: Иштар Ниневийскую и Иштар Арбельскую. Их старались не путать друг с другом.

Из вавилонских богов, культ которых прочно утвердился в Ассирии, особое предпочтение отдавалось богу неба Ану и божественному громовержцу Ададу. [190]

Как уже было сказано, в древней столице Ашшуре в честь этих двух богов был сооружен огромный храм, не уступавший по размерам и блеску храму верховного бога. Вряд ли это было случайностью. В условиях Северной Месопотамии атмосферные осадки имели для земледельца большее значение, чем речные воды. Бог неба и бог грозы, посылающие, по представлениям древних народов, небесные воды, которые насыщают сухую почву, оказывались в сознании ассирийцев более достойными поклонения, чем бог подземных вод Эа, столь почитаемый в Южной Месопотамии.

Показательно, что в летописи Ашшурбананала при описании урожайных лет, наступивших по милости богов, на первое место выдвинут Адад, «пустивший свои ливни», и лишь на втором месте стоит Эа, открывший «источник подземных вод».

Таким образом, вавилоно-шумерские религиозные представления воспринимались ассирийцами в видоизмененном виде, применительно к конкретной географической обстановке.

Надо также учитывать, что ассирийский народ исторически был очень тесно связан с хурритско-хеттским культурным кругом. Интересно, что излюбленным атрибутом бога-громовержца у народов Северо-Западной Азии (хурритов, урартов, хеттов), а также на о-ве Крите была двойная секира, тогда как в Шумере молния воспринималась как огненный кинжал. В ассирийской поэзии и искусстве перемежаются оба образа. Встречающиеся в ассирийском искусстве изображения божества на спине священного животного (например, богиня Иштар на спине льва или быка) также восходят, видимо, к аналогичным хеттско-хурритским образам.

Само собой разумеется, что местные особенности и этнические признаки, придающие индивидуальные внешние формы религиозным верованиям, не являются основными. Главное и определяющее — это строй общества. Судя по клинописным текстам, ко времени их появления ассиро-вавилонская религия уже сформировалась в законченную систему миросозерцания, в которой сохранилось немало элементов, унаследованных от верований первобытных племен.

В процессе формирования классового общества прежние представления и обычаи, связанные с родо-племенным строем, исчезают или переоформляются, и религия становится на службу рабовладельческой знати и царской власти.

Однако и на этом этапе сохраняются еще пережитки фетишизма и тотемизма. Фетишами (неодушевленными предметами, которым приписывались сверхъественные свойства) считались орудия (например, мотыга), оружие (секира, копье) и т. д. Почитание священных животных, считавшихся в эпоху первобытного общества предками различных родов, а позднее племен, не принимало в Ассирии и в Вавилонии таких широких масштабов, как в древнем Египте или в древней Индии, но тем не менее сохранялось и здесь.

Племенной бог ассирийцев — Ашшур изображался обычно покрытым птичьими перьями и был, очевидно, связан с древним [191] тотемом — голубем. Священным животным вавилонской богини врачевания Гулы считалась собака. «Благодетельные души» — хранители ассирийкого царя — изображались в виде быков с человеческими лицами или в человеческом образе, но с головами орлов.

Среди обрядов первобытного общества видное место занимало ритуальное убийство вождя, достигшего преклонного возраста и нуждающегося в замене. На более позднем этапе оно превратилось в чисто символический обряд.

В Вавилонии наблюдался своеобразный пережиток этого священнодействия. На пятый день нового года царь отправлялся в храм Мардука, но верховный жрец преграждал ему путь к статуе бога, отнимал у царя корону и скипетр и стегал своего властителя плетью. Если царь при этом плакал, то считалось, что год будет удачным. В конце концов царю возвращались атрибуты его власти. Таким образом, обряд цареубийства превратился в церемонию временного отречения от власти.

Религиозная идеология в своем развитии отражала перемены в экономической и политической жизни общества. Так, например, переход от охоты к земледелию привел к распространению культа богинь плодородия (особенно Иштар).

Значительные сдвиги в представлениях о богах произошли в результате создания на территории Ассирии централизованного государства с его развитой бюрократической системой. Земная иерархия была перенесена в мир богов. В каждом крупном центре местный бог становился главой пантеона (в Вавилоне — Мардук, в Ашшуре — Ашшур).

Жрецы стремились привести различные и порой противоречивые верования в единую систему, хотя это не всегда удавалось, и местные представления и обряды сохраняли свою силу. Хотя сходные по своим функциям боги отождествлялись друг с другом, но далеко не всегда этот процесс доводился до конца. Возникало противоречие между сложными и не для всех понятными богословскими построениями и многочисленными старинными верованиями и обрядами.

Таким был в общих чертах путь развития ассиро-вавилонской религии. Для более детального изучения ее необходимо начать с анализа шумерских верований, которые слились с аккадскими и в дальнейшем оказали мощное воздействие на религиозные системы Вавилонии и Ассирии.

Уже в III тысячелетии до н.э. из огромного количества богов Шумера выделились космические божества, пользовавшиеся почитанием по всей стране, хотя каждое из них сохраняло значение покровителя (или покровительницы) своего города (или нескольких городов).

Самыми старыми из шумерских божеств считались Ан — бог неба и Ки — богиня земли. Согласно мифу, они возникли в первобытном водном хаосе и первоначально были слиты воедино в гигантскую гору. Порожденный ими бог воздуха Энлиль расколол гору [192] и таким образом отделил небо от земли. К числу старейших богов шумеры относили также бога океана и подземных вод — Энки.


Оттиск цилиндрической печати с изображением поклонения богине Иштар. Лондон, Британский музей

Семитические племена, поселившиеся в Месопотамии, сохранили прежнее имя бога неба — Ана (слегка видоизменив его в Ану), Энлилю они присвоили имя Бел («господин»), а Энки выступал у них под именем Эа. Все трое были объединены в триаду богов старшего поколения. Культ богини земли Ки не получил в дальнейшем распространения и был полностью забыт. Землю стали отождествлять с мужским божеством. Как вавилоняне, так и ассирийцы, отвергнув древнюю шумерскую концепцию, богом земли стали именовать Бела (Энлиля), хотя первоначально он был богом воздуха.

Апу на первых порах пользовался меньшим почитанием, чем Бел (Энлиль) и Эа (Энки). Позднее роль его культа усиливается.

В конце III тысячелетия до н.э. Ану уже выдвинут на первое место и наделен такими титулами, как «великий и благородный царь богов», «царь небес», «царь всех стран», «покровитель царей». Перечисленные титулы говорят о возвышении этого бога, имевшего прежде скромное значение. Усиление царской власти, владычество одних царей над другими — все это нашло свое выражение в том, что у шумеров в первую очередь стало почитаться небо, расположенное высоко над землей.

Бог Энлиль (Бел) как у шумеров, так и у аккадцев чаще всего выступает как царь богов. Его город Ниппур считался священным центром Шумера. Когда во II тысячелетии до н.э. возвысился Вавилон и местные жрецы захотели провозгласить своего бога-покровителя Мардука повелителем других богов, то они стали утверждать, что Мардук и Бел разные имена одного и того же божественного существа. Отсюда ясно видно, каким огромным влиянием пользовался культ этого бога.[193]


Знаки зодиака, обозначающие имена богов: Мардука, Иштар, Нергела, Ниниб и др.

В мифах Бел (Энлиль) выступает как грозный бог, карающий людей за их грехи. Именно он наслал на землю потоп. Напротив, Эа (Энки), вышедший из глубины океана, изображался кротким, мудрым и добродетельным демиургом. Он считался творцом людей, научившим их обработке земли и другим полезным делам.

Это бог, знающий все тайны. В мифе о потопе говорится, что он в противоположность Энлилю был против истребления людей.

Наряду с триадой старейших богов жрецы выделили в особую группу представителей младших поколений божественного рода.

Сыном Энлиля-Бела считался Наннар (или Нанна), семиты его звали Син (Суен). Это месяц, сияющий в небе по ночам, «который сам себя обновляет». Такое представление, безусловно, порождено наблюдениями над изменяющимися фазами луны. У этого лунного бога был сын — бог солнца Уту (семитический Шамаш). Такое взаимоотношение связывалось с представлением о ночи как первой половине суток (сохранившееся в догматах иудаизма и ислама). Уту-Шамаш считался богом правды и справедливости, конечно с точки зрения рабовладельцев. Законы Хаммурапи, беспощадные к рабам, объявлялись утвержденными этим богом, вручившим царю судейский жезл и обруч как символы правосудия.

Дочерью лунного бога и сестрой солнца была объявлена наиболее почитаемая в Шумере богиня Инанна. У аккадцев, пришедших в Месопотамию из юго-западных степей, имелась своя богиня плодородия — Иштар. Впоследствии ее отождествили с Инанной (Нанной), и она стала главным женским божеством не только в Шумере, но и в Аккаде и Ассирии, оттеснив на задний план других многочисленных богинь-матерей, носивших в разных местностях разные имена (Мами, Аруру и др.). Уже в середине III тысячелетия до н.э. Иштар почиталась царицей богов, богиней-матерью, владычицей, богиней восхода и заката . Ее функции весьма разнообразны. Она сияет на небе, воплощаясь в планету Венеру, и она же спускается в подземный мир за своим возлюбленным Думузи [194] (Таммузом). Это богиня любви и красоты, укрощающая своими чарами львов и диких быков, а также богиня войны, носительница победы, вдохновляющая царей на боевые подвиги, шествующая перед ними на поле битвы.

Огромное значение в религиозном миросозерцании Шумера, Вавилонии и Ассирии имело обожествление небесных светил (так называемый астральный культ). Издавна взор человека привлекали звезды. Они светили ему в хорошую погоду, помогали найти дорогу в темноте. Наблюдение показывало, что они двигались, изменяя свое положение на небосклоне. Для древнего человека звезды казались живыми необыкновенными существами. Когда же возникло понятие о богах, то таинственные явления на ночном небосклоне стали связывать с богами. В исторических документах, на основе которых мы можем изучать религию вавилонян и ассирийцев, звезды уже прямо связываются с богами. Иштар, например, имеет титул богини утренней звезды, то есть ярко светящейся с вечера и рано поутру планеты Венеры. Другие боги также имели свои аналоги в звездах.

Показательно, что в клинописной системе знак звезды служил детерминативом (определителем), ставившимся перед именами богов.

Особым почитанием пользовались планеты. Вавилоняне и ассирийцы насчитывали семь планет: Солнце, Луна, Марс, Меркурий, Юпитер, Венера и Сатурн. Все они входили в число двенадцати великих богов.1)

Планета Марс была отождествлена со свирепым и кровожадным богом войны Нергалом, владыкой преисподней. Меркурий сопоставляли с мудрым богом Набу (Пророком), изобретателем письменности и счета. Юпитер олицетворяли с верховным вавилонским богом Мардуком, а Венера, как уже говорилось, считалась одним из воплощений богини Иштар. Наконец планету Сатурн посвятили богу счастливой войны — Нинурте.

Все остальные боги были низведены в ранг второстепенных. Количество почитаемых богов было огромным. Ведь каждая стихия считалась одушевленной, а каждая звезда представлялась божественным существом, имеющим человеческий облик (Близнецы, Дева, Водолей) или представляющим собой священное животное (Телец, Овен, Козерог и пр.).

В честь вавилонских и ассирийских богов справлялись многочисленные праздники, а также устанавливались неблагоприятные дни.

Праздник Нового года выпадал на день весеннего равноденствия и отмечался с особой пышномтью. В неблагоприятные дни верующим предписывались пост, покаяние и воздержание от работы. Каждое седьмое, четырнадцатое, двадцать первое и двадцать восьмое число месяца почти полностью прекращалась всякая трудовая и общественная деятельность. Верховный пастырь народа (то есть царь) не должен был в эти дни менять одежду, садиться на трон [195] и вкушать горячую пищу. Врач не имел права лечить больных. Судье запрещалось объявлять свой приговор. Даже колдун воздерживался от гаданий и заклинаний. Рядовые ассирийцы и вавилоняне следовали примеру высокопоставленных лиц и избегали браться за серьезное дело, ибо верили, что в эти дни оно может закончиться неудачей. На одной из табличек, найденных в Ашшуре, описываются мистерии, справлявшиеся в храме Бела-Мардука в праздник Нового года. Жрецы изображали привлечение бога к суду. Заменявшего Бела-Мардука жреца допрашивали и избивали, а затем уводили в ущелье, символизирующее подземный мир. При этом уносились и его одежды. В заключение воскресший бог с торжеством появлялся в храме.

Центром культа и средоточием деятельности ассиро-вавилонских жрецов был «дом бога» — храм, основной частью которого являлся зиккурат, высотой от трех до семи этажей. На его вершину вела лестница, по которой поднимались процессии жрецов.

В верхнем этаже стояла статуя бога, а иногда и ложе, чтобы он мог «спать ночью». Зиккураты расписывались яркими цветами: пурпурным с черным — этажи фасада, изумрудно-зеленым — висячие сады, лазурью и золотом — храм, венчавший на головокружительной высоте всю постройку.

Посредине храма стоял жертвенный алтарь, к которому первоначально имел доступ всякий, кто приносил богам жертву, а когда право общения человека с богами перешло в руки посредников, то только жрец.

Крупные храмы в древние времена выполняли важную задачу — заботились о просвещении и образовании высших слоев населения. При них создавались архивы и библиотеки, здесь же открывались школы, где дети из привилегированных слоев общества учились писать и читать клинописные знаки, изучали счет и приобретали основные сведения в различных научных областях того периода.

Ассирийские храмы были чуть ли не самыми богатыми в древнем мире. Им принадлежали обработанные поля, рабы, сокровищницы, различное храмовое имущество.


1) Кроме них в это число входили триада Ану–Бел–Эа, а также богиня Белит (супруга Бела) и бог бури Адад. Ассирийцы, восприняв почитание этой божественной группы, поставили над ней в качестве верховного главы своего бога Ашшура.

Просмотров: 6502