Борис Александрович Гиленсон

История античной литературы. Книга 1. Древняя Греция

7. Греческий образ жизни

 

   Как жили древние эллины, стоявшие у истоков европейской цивилизации, создавшие великие художественные ценности? Что представлял собой эллинский тип чисто внешне? Вот одно из описаний, принадлежащее Р.Х. Адамантию, знаменитому врачу (V в. до н. э.): «В тех местностях, где эллинская раса сохранилась в чистом виде, население отличается довольно высоким ростом, широкими плечами, стройностью, крепким сложением; они блондины с белым цветом кожи и с устойчивым, хотя нежным румянцем, у них прямые крепко сложенные ноги с изящными ступнями, круглая средней величины голова на крепкой шее….Среди всех народов греки выделяются красотой своих глаз».



   ЭЛЛИН: ХАРАКТЕР И МЕНТАЛИТЕТ А ЧТО МОЖНО сказать об отличительных чертах национального характера эллина, его менталитета? Вопрос не из простых.

   Наверно, счастливой особенностью эллинского национальною характера следует считать своеобразный универсализм, щедрое разнообразие дарований. Римский сатирик Ювенал подметил, что греки, наводнившие Рим, выказывают очевидные способности в разных видах ремесел. Аристотелю принадлежит такое наблюдение: те, кто живут в холодном климате, отличаются энергией, но недостаточной живостью ума; обитателям Азии и жарких стран при интеллектуальной живости недостает энергии. У эллинов – живой и деятельный ум. Указанные черты во многом объясняют привлекательные, неувядающие особенности эллинского искусства: гармоничность, ясность. Это – следствие душевного равновесия их создателей.

   Менталитету эллина также присуще неприятие крайностей, односторонности. «Ничего слишком» – один из существенных постулатов, определяющих его поведение. Фантазия у эллина соединялась с рассудочностью, чувство – с умом, а страсть – с холодным расчетом. Добавим к этому любознательность, стремление открывать и познавать неведомое, что обусловило успехи эллинов в самых разных науках и ремеслах. Сметка, находчивость. умение приспосабливаться к неожиданным ситуациям – эти исторически сформированные черты эллина нашли свое яркое воплощение в гомеровском Одиссее, этом истинно эллинском характере. А.Ф. Лосев видит в Одиссее выражение «понтийского духа»: «Одиссей является как раз носителем понтийской практической разумности, умной и дальновидной способности ориентироваться в сложных обстоятельствах, неустанной энергии и организационной деятельности, умения красно и убедительно говорить, тончайшей дипломатии, хитрости и политического искусства».

   Тонкость ума – приметная черта греков.

   У историка Геродота читаем: «С давних времен эллин отличается от варвара сообразительностью и отсутствием глупого легковерия». Цицерон свидетельствует о присущем эллинам остроумии и охотно цитирует принадлежащие им меткие, тонкие суждения. Французский философ Огюст Ренан акцентирует светлое мироощущение, присущее эллинам: греки, как истинные дети, какими они на самом деле и были, воспринимали жизнь так радостно, что у них никогда не появилось мысли посылать богам проклятия, находить «природу несправедливой и коварной по отношению к человеку».

   Поучительно представление многих эллинов о счастье. У Геродота приводится его разговор с лидийским царем Крезом. Геродот объясняет могущественному владыке, почему он полагает афинянина Телла «счастливейшим из людей». Во-первых, родное государство Телла было счастливо; он имел прекрасных детей и дожил до той поры, когда у всех его детей родились и благополучно выросли внуки; во-вторых, средства к жизни были у него, по нашим понятиям, достаточные, а кончил он дни свои славной смертью во время сражения афинян с элевсинянами; он помог своим обратить врагов в бегство и умер мужественной смертью; – в-третьих, афиняне похоронили его на государственный счет на том же самом месте, где он пал, и почтили высокими почестями». Итак, главные этические ценности эллина: гражданские добродетели; любовь к своему государству; деяния, достойные предков; здоровое потомство.



   ВОСПИТАНИИ И ОБРАЗОВАНИЕ. Универсальная одаренность эллинов не была даром небес. Она формировалась всем укладом их жизни. Предметом неусыпной заботы всегда оставались воспитание и образование. Необычайно высок был престиж духовной, интеллектуальной деятельности. Люди талантливые окружались почетом и вниманием.

   Возникает резонный вопрос: откуда греки брали время для занятий творческой работой? Для участия в работе судов, посещения народного собрания? Конечно, основная доля неблагодарного физического труда выполнялась рабами. Свободные были от нее, в основном, избавлены. Однако они тоже были заняты делом: ремеслами, торговлей, мореплаванием, строительными работами и многим другим. Но трудовой день обычно ограничивался шестью часами. Греки были достаточно скромны, непритязательны в повседневном быту, в отношении одежды, питания. Своеобразным девизом эллинов стали крылатые слова Перикла. «Мы любим красоту, соединенную с дешевизной». Быт эллинов был не похож на пышность Востока. В классический период жизненной целью считалось не накопление богатства, а духовное и физическое совершенствование личности. Об этом напоминала такая эпиграмма:

 

Шесть часов для работы приспособлены;  те что за ними

Символом знаков своих смертному молвят: «живи».

 

   А что означало: живи? Прежде всего, общение с природой. С ближним. Бытовала и другая мудрая греческая поговорка: «Человек человеку божество».



   ДУХ СОРЕВНОВАНИЯ. Развитие «запрограммированных» в человеке способностей стимулировалось и духом соревновательности, который пронизывал все сферы жизни эллинов. В греческом языке было специальное понятие: агон, т. е. борьба, состязание. Главенствовали спортивные, особенно гимнастические соревнования, а также художественные (поэтические и музыкальные) и конные. Выявление лучших, будь то написание трагедий, игра на кифаре, пение, философская дискуссия, ораторское искусство, конкурсы красоты и т. д. пробуждало потребность в совершенствовании, в оттачивании мастерства.



   ОСОБЕННОСТИ БЫТОВОГО УКЛАДА. Древние греки считались людьми общительными, склонными совместно обсуждать дела государства. Нередко они объединялись в кружки, сообщества по интересам. Но их частная жизнь оставалась во многом сокрыта от посторонних глаз. Дом эллина окнами, «лицом», обращался к внутреннему дворику: он обычно строился из сырцовых кирпичей, полы были глинобитными или каменными, иногда мраморными, крыши – черепичными. Дома были, как правило, двухэтажные, причем в Афинах долгое время и маленькие, и неудобные. Даже знаменитые военачальники владели скромными жилищами. Беднота же ютилась в хижинах, прилепившихся к скалам и горным уступам.

   Дом состоятельного эллина был двухэтажным, причем общая площадь составляла 250–300 м2. Дворик занимал около 60–80 м2. Дом возводился таким образом, чтобы быть максимально приспособленным к местному климату и освещению. Историк Ксенофонт излагал такие требования к дому: он должен быть «приятным для хозяина», «прохладный летом, теплый зимой».

   На первом этаже обычно располагалось до 10 комнат; они образовывали мужскую и женскую половину. Главное помещение дома называлось андрон, т. н. мужская комната. Она была предназначена для мужских собраний и пиров, т. е. симпосиев. Другой важной комнатой была комната с главным очагом, где собиралась семья на обед. Некоторые комнаты первого этажа использовались в качестве мастерских для домашних работ. Женская часть дома, называемая гинекей, находилась на втором этаже. Здесь жена управляла своими служанками, занималась домашней работой.

   В домах отсутствовало специальное отопление. В зимнее время в комнатах размещали глиняные сосуды или кувшины, в которых находился раскаленный уголь. Самым теплым и уютным местом считалась кухня, где собирались домочадцы. Кроме того, была специальная утепленная комната, подобие домашней бани. Пища готовилась в керамических очагах, в особых, напоминающих колокол печках, установленных прямо на углях, пекли хлеб. В более поздний, после походов Александра Македонского, т. н. эллинистический период, греческая аристократия, подражая восточной знати, начала откровенно тяготеть к роскоши, обзаводиться виллами с бассейнами и фонтанам и.

   В домах была достаточно скромная, немногочисленная и удобная мебель. Стулья были либо каменные, либо деревянные, иногда для гостя его покрывали мохнатой шкурой. Столы круглые, квадратные или овальные, на одной или трех ножках, обычно ниже современных. Одежда и утварь пряталась в больших, запиравшихся на замки сундуках-ларях, которые также служили для сидения. В ларях находились книги и свитки папирусов. Женские ювелирные изделия помешались в изящных шкатулках, закрывавшихся ключом-перстнем, носимом на пальце. В комнатах можно было увидеть и курительницы благовоний. Афиняне следили за тем, чтобы комнаты не перегружались лишними вещами, а интерьер оставался эстетичен и приятен для глаз.

   Среди специфических предметов домашней утвари надо назвать большой глиняный сосуд для съестных припасов. Несколько меньших размеров был пифос, где хранили вино, масло, фиги, соленья. Амфорой называлась ваза с двумя ручками и выпуклыми боками. Сосуд для смешивания вина с водой при трапезах и возлияниях назывался кратером. Употреблять чистое вино считалось неприличным, свидетельством низкой культуры. Архилох, обличая своего врага Ликамба, пишет о нем, что он пил вино «несмешанным».

   Благовония наливались в сосуды продолговатой формы, называемые лекифами. Наконец, существовало немалое число ваз разной формы, украшенных росписями. Получила развитие целая область живописи – вазопись.

   Эстетическое совершенство греческих ваз и сегодня вызывает восхищение. Великий английский поэт романтик Джон Ките в знаменитом стихотворении «Ода греческой вазе» восторгается запечатленными на ней рисунками. Сама ваза – «рассказчица, чьи выдумки верней и безыскусней вымысла иного». В финале стихотворения греческая ваза предстает как воплощение классической красоты.

 

Скажи: прекрасна правда и правдиво

прекрасное – и этого довольно!

 

   Особом формы сосуды использовались для хранения масла и духов, которыми умащивали тело. Женщины помешали косметические снадобья в керамические флаконы.

   В более позднюю эллинистическую эпоху в качестве парадной посуды использовали сосуды из бронзы или серебра. Не забыта была п деревянная посуда. Но глина и керамика оставались наиболее употребительными.

   Для греков, умеренных в еде, основными продуктами являлись: хлеб, овощи, оливки, каштаны, рыба. Мясо ели нечасто, обычно его получали на общественных жертвоприношениях. Бедняки питались ячменем, бобами, лепешками, соленой рыбой. Пища у спартанцев была более грубой, чем у афинян.



   ПИРЫ. Зато гурманы отводили душу на пирах, где угощение было и изобильным, и изысканным. В «Из Ксенофана Колофонского» А.С. Пушкин так описывает застолье:

 

Чистый лоснится пол; стеклянные чаши блистают;

Все уж увенчаны гости; иной обоняет, зажмурясь,

Ладана сладостный дым; другой открывает амфору,

Запах веселый вина разливая далече; сосуды

Светлой студеной воды, золотистые хлебы, янтарный

Мед и сыр молодой: – все готово; весь убран цветами

Жертвенник Хоры поют. Но в начале трапезы, о други,

Должно творить возлиянье, вешать благородные речи,

Должно бессмертных молить, да сподобят нас чистой душою

Правду блюсти; ведь оно ж и легче. Теперь мы приступим…

 

   Гости возлежали на ложах, к каждому из которых подносили низенькие столики с разнообразными кушаньями. Пишу брали руками. Супы на пирах не полагались. Обед обычно начинался блюдами, которые возбуждали аппетит. Пир являл собой своеобразный ритуал: это было не только изысканное угощение, но представление и развлечение. Главная часть пира, во время которой пили вино, включала в себя музыку, игру на флейтах и кифарах, танцы и застольные речи. Непременным элементом была декламация фрагментов из гомеровских поэм. Читались и поэты лирики: Анакреонт, Сапфо. Руководитель пира не только давал слово тому или иному выступающему, но и устанавливал пропорцию разбавления вина водой. Находиться в состоянии опьянения считалось дурным тоном. Греки полагали, что первая чаша дарует здоровье, вторая – наслаждение, а третья – сон. После третьей чаши надлежало уже отправляться домой.

   После совместной трапезы иногда организовывалась пирушка или попойка, носившая название симпосий. Иные симпосии перерастали в разгульные пиршества. Философ Платон, наблюдая роскошные дома жителей города Акраганта (Сицилия), сетовал, что жители строят их так, словно уповают на вечную жизнь, а чревоугодничают так безобразно, словно это их последняя трапеза.

   Завсегдатаями пиров были люди, обязанностью которых было забавлять общество грубоватыми шутками; их называли параситы (пара – у, сигос – хлеб). Это была определенная социальная прослойка, которой драматург Эвполид посвятил комедию «Льстецы». В ней показано, как философы, художники, драматические поэты берут буквально в осаду дом некоего богача Каллия. Они подхалим и чают, соревнуются перед ним в остротах, восхваляют его до небес, фактически, заставляя взять их на полное довольствие, кормить, одевать. Нечто подобное позднее мы встретим уже в императорском Риме: толпы полуголодных клиентов, среди которых и обнищавшие философы, учителя, поэты, будут штурмовать дома богачей, вымаливая у них подачки.



   ОДЕЖДА ГРЕКОВ. Одежда греков была достаточно простой и одновременно красивой, экономной. Основной одеждой мужчин был хитон, длинная рубашка без рукавов; сверху хитона набрасывался гиматион, широкое одеяние продолговатой формы. Самой употребительной обувью были сандалии, прикрепляемые к ноге ремнями.

   Простотой отличался и греческий женский костюм. Главным его элементом была туника (хитон), которая спускалась до полу. Лиф и юбка составляли одно целое. Туника делалась с короткими рукавами, застегивалась пряжкой на плече. Это был домашний костюм, изготовлявшийся из шерстяной материи. Руки женщины были обнажены. Обувь отличалась изяществом, была белой или розовой, украшалась красной или черной каймой. Мужчины носили обувь, напоминающую сапоги или полусапожки. У женщин были сандалии, туфли или высокие ботинки.



   ВНЕШНИЙ ВИД. Греки заботились о свежести лица. Кожа у мужчин, много времени проводивших на воздухе, обычно была загорелой, у женщин, напротив, бледной. Мужчины носили бороды, что считалось признаком мужественности. Бриться стали только со времени Александра Македонского. У мужчин и женщин вообще существовало множество причесок. Стриглись коротко лишь атлеты, у других волосы спускались до плеч. Длинные волосы, иногда стянутые на затылке или спускающиеся вниз в виде конского хвоста, характеризуют эллинок. Короткую стрижку носили рабыни, а также свободные в период траура или в старости.



   УКРАШЕНИЯ. И мужчины и женщины охотно пользовались ювелирными украшениями: среди них перстни, диадемы, кольца и браслеты. Комедиограф Аристофан с насмешкой отзывается о франтах «в серьгах», с перстеньками на холеных пальцах. Интересны были перстни с печатями – символ хозяина и хозяйки; нередко на них были оригинальные изображения. Такой перстень играет важную роль в сюжете в комедии Менанда «Третейский суд». Популярными женскими украшениями были серьги. ожерелья, запястья и пряжки. Они нередко оставлялись на умерших женщинах и мужчинах, как обнаружилось при археологи чес к и х рас коп ка х.



   ПОГРЕБАЛЬНЫЙ ОБРЯД. У греков была сложившаяся процедура погребального обряда: умершего либо предавали земле, либо сжигали на костре, после чего прах ссыпали в урну, которую могли закапывать или помещать в гробницу. Покойного обычно клали в кипарисовый гроб, поскольку кипарис считался деревом скорби. В честь умершего произносили похвальные речи, но при этом старались держаться истины, ибо ложь считалась делом недостойным. В Греции люди в период траура носили черные или темные одежды; только в Аргосе они ходили в белом. В Афинах и Аргосе траур длился тридцать дней; в других полисах – меньше; в Спарте – всего двенадцать.

   Вообще обряд погребения был тщательно разработан и являлся важнейшим элементом греческого образа жизни. Душа, не имевшая могилы, по понятиям эллинов, становилась блуждающей. Сочинения древних убеждают нас в том, что эллин боялся смерти меньше, чем лишения погребения. Всего более опасался он того, что после его смерти не будут выполнены погребальные обряды. Военачальник, не совершивший после морской битвы обрядов по погибшим морякам, карался смертью. Такая участь постигла, например, сына великого афинского государственного деятеля Перикла. И это случилось даже несмотря на то, что сын вернулся в Афины с победой.

   Традиции и обряды играли в жизни эллинов огромную роль. Это нашло свое отражение в литературе.



   РАБСТВО. Греция была родиной демократии, народовластия. Но античная демократия, при всех своих огромных завоеваниях, была исторически ограниченной. Равенство прав и возможностей распространялось только на свободных граждан, а в эту категорию не входили рабы. В V в. до н. э., т. е., в частности, при Перикле, в Афинах было примерно 130 тыс. граждан, но в этом числе учитывались женщины и дети. Таким образом, избирательным правом пользовалось меньше половины.

   Аристотель писал: «Человек не может обойтись без орудий, даже чтобы добывать лишь необходимое для поддержания жизни. Среди этих орудий одни – одушевленные, другие – неодушевленные… Раб – это одушевленная собственность и самое совершенное из орудий». Такой мыслитель, как Аристотель, считал рабство явлением естественным, отвечающим самой природе человека: некоторые люди созданы для того, чтобы. быть рабами.

   Как возникло рабство? На ранних, архаичных ступенях греческого общества его не было. Оно явилось результатом насилия. Прежде всего – войн, когда пленных обращали в рабство. Благодаря пленным можно было обогатиться. Ими торговали, за них брали выкуп.

   Наряду с войнами источником приобретения рабов было пиратство. На подобном промысле специализировались охотники за рабами, которые совершали экспедиции в дальние края, на Балканы, в Скифию. В ряде греческих государств человек, не выплативший долг, мог попасть в долговое рабство. Наконец, рабу не разрешалось иметь семьи, жены, он мог сожительствовать с женщиной, но при этом родившиеся дети становились собственностью его хозяина. У раба не было имени, а только прозвище, обычно указывавшее на ту местность, откуда он выходец.

   Будучи «говорящей вещью» хозяина, раб своего имущества не имел. В большинстве государств Греции хозяин мог наказывать своего раба по своему усмотрению, даже убить, хотя это было ему невыгодно. Раб везде, за исключением Афин, не считался человеком, не имел никакого юридического статуса, никаких прав. И все ken Афинах граждане обращались с ними мягче, гуманнее, чем в других государствах Греции, где особой беспощадностью славилась Спарта. В ней свободные граждане, спартиаты, установили настоящий режим террора по отношению к государственным рабам, илотам.

   Высокий уровень цивилизации, образования и культуры в Афинах сказывался на положении рабов. Раб был, в известном смысле, членом афинской семьи. Он одевался так же, как и свободный бедняк. Мог вместе со свободными гражданами присутствовать на религиозных церемониях и празднествах. Ему дозволялось разговаривать дома со своим хозяином и при этом держаться достойно, высказывать нелицеприятную правду. Если в других греческих городах раба позволялось побить и оскорбить даже на улице, то ничего подобного не допускалось в Афинах. Пусть в самой малой степени, но рабы были юридически защищены. Кроме того, афинский закон давал рабу известные гарантии: хозяин должен был отвечать за жестокое обращение с рабом и тем более за убийство. Если хозяин был чрезмерно жесток в своих дисциплинарных мерах, раб мог требовать, чтобы его продали другому хозяину, передали в более мягкие руки.



   ТРУД РАБОВ. Бытует популярное мнение: все производство в Афинах держалось на эксплуатации рабов, а граждане занимались политикой, посвящали себя изящным искусствам, будучи освобождены от материальных забот. Однако это не совсем так. Свободные граждане были включены в производство, трудились земледельцами, виноградарями, рыбаками, мореходами. Рабы участвовали в тех же трудовых процессах, но пребывали ступенью ниже своих хозяев. На их долю выпадали те сферы, где требовались чисто физические усилия.

   Нередко рабам удавалось добиться достаточно привилегированного статуса в доме своего хозяина. Это относится прежде всего к «кормилице» и «педагогу». Участвуя в воспитании, они нередко привязывались к своим чадам. Подобный мотив присутствует в некоторых греческих пьесах Еврипида, Менандра, где фигурируют образы домашних рабов («кормилица», «дядька»). В трагедии Еврипида «Ипполит» кормилица выступает как своеобразная наперсница Федры.

   Обычно у бедняков не было рабов. Рядовой гражданин имел одного раба и двух служанок. Использовались рабы в сельском хозяйстве, но в малой степени; афинский крестьянин хозяйничал на небольшом участке земли и мог культивировать его сам или с помощью близких. Гораздо больше были задействованы рабы в ремесленном производстве: они занимались пошивом одежды, гончарным и кожевенным делом, изготовлением музыкальных инструментов, домашней мебели, утвари и, конечно же, оружия. При возведении храмов, дворцов, других крупных эстетически совершенных сооружений в Афинах бок о бок работали как свободные, так и рабы, которым государство выплачивало зарплату. Однако ее клал себе в карман рабовладелец, отвечавший лишь за питание раба. Рабский груд был незаменим при добыче полезных ископаемых, которыми богата Греция.



   ТЕМА РАБСТВА В ЛИТЕРАТУРЕ. Хотя великие греческие писатели и философы считали рабство естественным, они нередко высказывали свое сочувствие рабам. В «Одиссее» Гомера есть такие строки:

 

Тягостный жребий печального рабства избрав человеку.

Лучшую доблестей в нем половину Зевес истребляет.

 

   Раб, возмущенный униженной долей, мог выразить свой протест тем, что портил орудия труда. Поэтому рабовладельцы старались сделать их грубыми, неуклюжими. По мере развития греческого общества становилось очевидным, что рабство – болезнь, постепенно ослаблявшая его изнутри. Рабы не были заинтересованы в плодах своей деятельности, их труд был не только изнурительным, но и малоэффективным, лишенным инициативы.

   Знаменательно, что в греческой драматургии, особенно в комедии, по мере ее развития рабам отводится все большая роль. Особенно это касается Аристофана, таких его пьес как «Осы», «Мир», «Лягушки». В «Лягушках» раб Ксанфий, остроумный, находчивый, даже демонстрирует превосходство над хозяином. В «Плутосе» раб Карион сетует на горькую долю раба:

 

О Зевс, о боги! Что за наказание

Принадлежать хозяину безумному!

Пусть раб дает советы превосходные,

Да господин их не желает слушать, —

Терпи слуга за это неприятности!

 

   Карион оказывается втянутым в безумства своего хозяина и старается всячески ему помочь. В т. н. новоаттической комедии Менандра, где преобладает семейно-бытовая тематика, рабы – непременные участники любовных интриг.



   ВОСПИТАНИЕ ГРАЖДАНИНА. Как уже подчеркивалось, воспитанность и образованность значили для эллинов, пожалуй, больше, чем материальные ценности. Воспитание и образование включались в «зону ответственности» государства. Раб считался несчастным не потому, что выполнял нередко тяжелую физическую работу, а потому, что не мог приобщиться к знаниям наряду со свободным.

   Главной педагогической целью было воспитание достойного члена общества, гражданина в самом широком, полном смысле этого понятия. Это означало достичь славы. Быть достойным предков, их доброго имени. А может быть, превзойти в добродетелях родителей. Гектор, герой «Илиады», видя своего маленького сына, говорит: «Пусть о нем некогда скажут, из боя идущего видя: он и отца превосходит!» В поэмах Гомера, а они были в известной мере учебниками жизни, подчеркивается идея нравственного воспитания эллина. Поэт называет такие его наиболее привлекательные качества: «славный в потомках», «верный», «надежный», «действующий так, как положено по обычаю».

   Рождение ребенка считалось моментом торжественным и радостным, хотя и не всегда. Первый вопрос заключался в том, желает ли отец оставить у себя ребенка или хочет от него избавиться. Существовал обычай: повивальная бабка опускала новорожденного на землю, чтобы отец мог свершить то, что пожелает: поднять его или, напротив, оставить на полу. В Спарте новорожденный приносился в общественный дом, где его осматривали старейшины рода. Если полагали младенца сильным и здоровым, то воспитывали как спартанца: если сочли его слабым, бросали в горное ущелье на горе Тайгете или обрекали его на голодную смерть, оставляли на съедение диким животным. Даже великие Платон и Аристотель, начертав схему справедливого государства, склонялись к тому, что уродливого ребенка бессмысленно воспитывать.

   Бывало, что подкидывали и здоровых детей. Подобное случалось у бедняков, опасавшихся, что не сумеют дать им надлежащего воспитания, а потому, подобно рабам, ребенок лишится благ жизни. Особенно незавидна была участь девочек: в некоторых состоятельных, но многодетных семьях не желали делить наследств. Считалось, что мальчик, повзрослев, сумеет себя прокормить и обеспечить; бедная же девушка не выйдет замуж, не окажись v нее хорошего приданого. Случаи брошенных детей, в том числе рожденных вне брака, были в Греции нередки. Сюжет с подкинутым ребенком лежит в основе известной пьесы Менандра «Третейский суд». Был брошен родителями и Эдип, герой драматургической трилогии Софокла.

   В богатых семьях мать предоставляла кормление младенца грудью кормилице, чтобы самой остаться свободной и ничем не связанной. Кормилицей могла быть либо рабыня, либо бедная гражданка. С раннего возраста дети в семьях с достатком росли в окружении рабов и рабынь, на которых смотрели как на свою собственность.

   В книге «Политика» Аристотель писал: «Дети не должны быть праздными». Постоянная занятость необходима. В противном случае ребенок начинает ломать и бить все, что попадется под руки.



   НРАВСТВЕННОЕ ВОСПИТАНИЕ. Вначале обучение не было обязательным, но рассматривалось как долг родителей по отношению к своему потомству. Но уже в V в. до н. э., в эпоху Пелопоннесской войны, афиняне гордились тем, что среди свободных у них не было неграмотных. С 7 лет в Афинах начиналось школьное обучение. Как неразумные дети, так и взрослые обязаны следовать высшему закону, именуемому нравственностью.

   Что же греки понимали под нравственностью? Они видели в ней здоровье и силу духа, трезвость мировосприятия, оберегающего человека от зла и распутства, чувство стыда, присущего каждому приличному человеку. Нравственность была квинтэссенцией всех добродетелей. Ее носитель пользуется благосклонностью богов и уважением сограждан. Нравственность – приоритетная цель воспитания, в котором могут иметь место принуждение и страх, если они способны направить человека верным путем и содействуют исправлению его природы. С необходимой строгостью следили эллины за поведением мальчиков, не исключая физического наказания вплоть до розог. Греческий комедиограф Менандр писал: «Кто не бит, тот не воспитывается».



   ОБУЧЕНИЕ. В Спарте дело воспитания всецело взяло на себя государство. В Афинах же ребенок, как только покидал детскую, поступал под надзор педагога (буквально это слово означает «детоводитель»). Ребенку вменялось подчиняться педагогу, даже если тот был рабом. Педагог был прежде всего воспитателем, а не учителем. С 7 лет мальчик оказывался уже под опекой отца, который вместе с педагогами готовил его к практической жизни. На раннем этапе в Афинах не было школ. Но обучение носило коллективный характер. Дети объединялись в группы под руководством учителя, что было как бы прообразом школьных занятий. Греки исходили из принципа единства умственного и физического развития личности, резонно считая, что в человеке должны быть прекрасными и душа, и тело, и интеллект.



   ВОСПИТАНИЕ ДЕВУШЕК. Особый характер носило воспитание девушек. До брака, в который афинская девушка вступала примерно в 15 лег, она пребывала в глубине женской части дома, именуемой гинекеем. Девочки воспитывались матерью: они приучались вести домашнее хозяйство и даже осваивали элементарные навыки лечения своих ближних. Их воспитание строилось таким образом, чтобы максимально ограничить контакты с внешним миром. Считалось, что подобным способом в девочках сформируются качества, более всего ценимые: скромность, благонравие и нежность. Находясь под тщательным присмотром матерей и кормилиц, они приучались к рукоделию, к работе с шерстью и тканью. Любовь к искусству, которая отличала эллинов, проникла и в пределы гинекея. Девушки приобщались к письму, чтению и музыке. В нечастых случаях юная девушка покидала свое убежище, могла появиться на некоторых религиозных церемониях. Религия оказывала огромное влияние на ее менталитет.

   Подводя итог, французский историк античной культуры П. Гиро свидетельствует: «Если мы при изучении занятий греческой девушки и редких развлечений, прерывавших их, отбросим все подробности, го получим цельное впечатление – впечатление чего-то скромного и сдержанного: это была жизнь, однообразная и мирная, зависимая, но не унизительная: неведение девушки тщательно поддерживалось, но не для понижения умственного уровня женщины, а для сохранения во всей неприкосновенности тонкости ее души и того цветка целомудрия, который еще не увял под влиянием знания зла или подозрения о его существовании».



   В ГРЕЧЕСКОЙ ШКОЛЕ. В греческой школе существовало 3 группы предметов: словесные науки, музыка и гимнастика. Занятия по первым двум начинались с 7 лег; к гимнастике подросток приобщался с 14 лет. В процессе обучения письму он запоминал произведения, насыщенные нравоучительными советами, примерами из жизни великих людей, рассказами о чьих-либо великодушных поступках. Так осуществлялось не столько литературное, сколько нравственное образование. Позднее начиналось изучение отрывков из Гомера, трагических и лирических поэтов. Музыкальное обучение включало игру на двух известных инструментах – цитре или лире и флейте. Учитель гимнастики, именуемый педотрибом, обучал борьбе, бегу, прыжкам, метанию диска и дротика. Гимнастика ориентировала не только на спортивные состязания, прежде всего имелась в виду воинская служба.

   Примерно с IV в. до н. э. воинская подготовка юношей приобрела упорядоченность и целенаправленность. Был введен институт эфебии. Эфебом считался юноша, достигший 18-летнего возраста. Эфебы вносились в государственные списки и были обязаны от двух до четырех лет прослужить государству, находясь в гарнизонах и на сторожевых постах. После года службы эфебы приносили клятву на верность афинскому государству. В ней, в частности, говорилось: «Клянусь никогда не позорить это священное оружие, никогда не покидать своего места в битве, один ли, со всеми ли вместе я буду сражаться за свой очаг. Я оставлю после себя отечество не уменьшенным, но более могущественным и более крепким».



   ВЫСШЕЕ ОБРАЗОВАНИЕ. Имелась и такая форма обучения, которую можно было бы условно назвать высшим образованием. К ней были приобщены наиболее состоятельные и интеллигентные афинские молодые люди. У выдающихся ученых они слушали лекции по предметам, выходящим за рамки школьной программы: это геометрия, астрономия, география, но особенно риторика и философия. Нередко слова таких учителей вызывали живой отклик в сердцах молодежи. Платон свидетельствует: «Юноша, впервые вкусивший из этого источника, получает такое наслаждение, как будто бы он нашел сокровище премудрости. Он преисполнен наслаждения». Все это свидетельство того культа знаний, того уважения к талантам, которые характеризуют жизнь в Афинах. Напомним: все афиняне, богатые и бедные, на поле боя защищали родину. Если же афинянин попадал в плен, то нередко оказывался в живых: он спасался благодаря его знаниям и умениям – его использовали в качестве домашнего учителя.

Просмотров: 5529