Борис Александрович Гиленсон

История античной литературы. Книга 1. Древняя Греция

5. Поэтика Еврипида

 

   Своим творчеством Еврипид знаменовал финал героической трагедии Эсхила и Софокла и ее поворот к более «земным» проблемам. Драматурга волновали судьбы живых людей, такие нравственные проблемы, как эгоизм, коварство, измена, алчность, двуличие. Те, что до него считались не всегда достойными воплощения на сцене. Еврипид, как и его предтечи, использует миф, но нередко тот служит лишь оболочкой сюжета, переосмысливается, «очеловечивается».



   «ТРАГИЧНЕЙШИЙ ИЗ ПОЭТОВ». У Эсхила и Софокла источник трагических конфликтов – воля богов. Человек ей подчинялся. У Еврипида боги также причастны к судьбе человека. Но еврипидовский герой сам принимает свои решения, а его действия мотивированы его характером. Он показывает страдания людей, которые не могут быть оправданы какими-то высшими соображениями. В жизни немало горестных проблем, неразрешимых загадок. Иногда они коренятся в самой человеческой психологии. Во многих трагедиях Еврипида – печальный конец. Вот почему его называли «трагичнейшим из поэтов».



   ПСИХОЛОГИЗМ. Новаторство Еврипида втом, что он первым погрузился в глубины внутреннего мира человека, в его психологию. Если Софокл строил драматическое действие на столкновении противостоящих друг другу личностей, то у Еврипида нередко конфликт разгорается в душе человека. Его герои спорят сами с собою. Таковы внутренние монологи еврипидовских Медеи, Федры, Агамемнона.



   КОМПОЗИЦИЯ ТРАГЕДИЙ. Трагедия в ее классическом виде, прежде всего у Софокла, обладала композиционной строгостью, симметрией всех элементов, уподобляясь расположению скульптурных фигур на фронтоне. Структура еврипидовских пьес – многообразна. Герои выражают свои чувства как в монологах, исполненных патетики, так и в сольных партиях. Лирические излияния раскрывают внутренний мир героя. Часто его трагедии открываются Прологом. В нем обычно имеет указание на прошлое, предшествующие события, намек на то, что произойдет в дальнейшем. Трагедия, как правило, заключалась Эпилогом. Это была не только развязка событий. Иногда она включала и указание на будущую судьбу героев. Пользовался Еврипид и таким приемом, как «бог из машины» (deus ex machina). Так вознеслась в небо вместе с телами убитых ею детей Медея. Прием «бог из машины» давал возможность развязывать непростые, трудноразрешимые ситуации.

   Драматург вводит в сюжет своих произведений интригу, т. е. сюжетное переплетение действий, тайные умыслы тех или иных героев, чему были чужды, например, прямодушные персонажи Софокла, не говоря уже об Эсхиле. Вспомним, например, как Медея усыпила бдительность Креонта, а затем и Ясона, прикинувшись смирившейся со своей участью. Как Агамемнон, заманивая Ифигению в Авлиду, использовал имя Ахиллеса.

   Приметной особенностью трагедий Еврипида является его искусство диалога: таковы столкновения Медеи и Ясона, Медеи и Креонта. Современники замечали, что нередко диалогические сцены выстраивались по тем правилам спора, полемики, которым учила модная в эпоху Еврипида софистика. Драматург питал к ней очевидный интерес. Его герои умеют отстаивать, обосновывать свою точку зрения: таков спор. Агамемнона и Менелая в «Ифигении в Авлиде». Язык в пьесах Еврипида был не такой возвышенный, величавый, как у Софокла. Он приближался к обыденной речи.

   Замечательной стороной его трагедий был их пафос, т. е. особое психологическое состояние героя – радость, отчаяние, сомнение, горечь. Это создавало эмоциональную атмосферу спектакля. Она передавалась зрителям, увлекала их. Этому также содействовало музыкальное оформление его пьес, чему Еврипид придавал большое значение. Также важны в трагедиях Еврипида бытовые элементы: даже центральные персонажи нередко озабочены семейными, повседневными проблемами. Вводятся

   Еврипидом такие персонажи, как слуги, кормилицы, дядьки (воспитатели), рабы.

   Роль хора в его трагедиях снижается. Хор реже вмешивается в то, что происходит на сцене. Песни хора, особенно в поздних трагедиях Еврипида, – это уже как бы самостоятельные лирические партии. Они оркеструют действие, придают ему определенную тональность.



   СУДЬБА НАСЛЕДИЯ. Еврипид, безусловно, опередил свое время. Его не в полной мере поняли современники. Зато Еврипид отбросил властную тень на последующее развитие европейской драмы. Оно пошло по пути Еврипида – углубленного раскрытия человеческой психологии специфическими драматургическими средствами.

   «Еврипид в значительной степени повлиял на то движение греческой мысли, которым было наполнено не одно последующее столетие, – писал историк античности Ф. Лео. – Это делало его наиболее жизнеспособным из всех аттических поэтов. В его трагедиях, сближавших мир мифологических героев с людьми, в его презрении к установленным взглядам, свободном отношении к богам, государству и обществу грек эпохи эллинизма находил многое из того, что было близко и его взглядам и настроениям. Поэтому Еврипид и после смерти еще около полутора тысяч лет оставался для греков вполне современным поэтом».

   Пьесы Еврипида оказали влияние на т. н. «новоаттическую» комедию Менандра, а через него – на римского комедиографа 'Геренция. Римский философ и драматург Сенека написал по еврипидовским сюжетам свои трагедии «Медея» и «Федра».

   Был популярен Еврипид и в эпоху классицизма; помимо Расина на сюжет Еврипида отозвался великий Корнель, написавший свою «Медею». Столетие спустя, в эпоху Просвещения, Гёте в пору увлечения античностью создал «Ифигению в Тавриде». Его великий современник Шиллер – «Мессинскую невесту», в которой разрабатывал тематику еврипидовских «Финикиянок».



   ЕВРИПИД В РОССИИ. Был любим Еврипид и в России. Особенно значителен вклад Иннокентия Анненского (1855–1909), выдающегося русского поэта, влюбленного в античность, отдавшего почти полтора десятилетия вдохновенному труду над переводами трагедий Еврипида. В 1906 г. он выпустил том под названием «Театр Еврипида», но скоропостижная кончина помешала ему довести до конца свой труд. В 1916 г. друг Анненского Ф.Ф. Зелинский, выдающийся русских эллинист, издал еще один том отредактированных им переводов Анненского, но и это издание не было закончено. Тем не менее переводы Анненского и сегодня не утратили художественного обаяния. Используются также переводы других наших эллинистов – С.К. Апта и С.В. Шервинского.

   «ФЕДРА» В КАМЕРНОМ ТЕАТРЕ. Российский театр часто обращался к Еврипиду. Но особенно популярна была расиновская «Федра», написанная по мотивам «Ипполита». «Знаковой» для истории нашей сиены в XX в. стала постановка «Федры», осуществленная Александром Таировым, выдающимся режиссером-новатором, художественным руководителем Камерного театра. Премьера состоялась в 1922 году. Для своего спектакля Таиров заказал В.Я. Брюсову новый (оказавшийся удачным) перевод трагедии. В своем постановочном решении Таиров избежал как холодноватой классической манеры, так и романтической выспренности. Он добился от актеров простоты, эмоциональной насыщенности, пластической выразительности и безукоризненного произнесения стихов. В заглавной роли блестяще выступила Алиса Коонен, прима театра. Спектакль был показан во время гастролей в Париже. В городе богатейших театральных традиций, особенно классического репертуара (Корнель, Расин, Мольер), перед искушенными французскими зрителями на русском языке зазвучала расиновская «Федра». В отзывах прессы отмечалась оригинальность спектакля, который называли «шедевром».

Просмотров: 5824