Борис Александрович Гиленсон

История античной литературы. Книга 1. Древняя Греция

4. Система образов в поэмах

 

   Богаты и многообразны события в поэмах, ярки описания пиров, доспехов, одежды, картин природы. Но самое замечательное у Гомера – человеческие образы, какие-то особые, неповторимые, что определено всей эстетикой поэм. Они освещены героическим светом: даже персонажи явно отрицательные, как. например, «многобуйные» женихи.



   ОБЩИЕ ОСОБЕННОСТИ ГЕРОЕВ ПОЭМЫ. Герои поэмы проявляют себя поступках и речах. И хотя Гомер прибегает, как это было отмечено, к методу накопления, «каталогизации» деталей, бывает, что одна подробность, одно слово скажут о герое больше, чем пространные описания. И в этом также – зрелость гомеровского мастерства.

   В «Илиаде» гибнет немало героев, и последний предсмертный их жест – невозможно забыть!

 

…в прах Амарикинд

Грянулся, руки дрожащие к милым друзьям простирая.

 

   Эта деталь «простертые руки» – свидетельство горячей жажды жизни юного Амарикинда более весомое, чем многословные авторские пояснения.

   Другая особенность героев поэм – их известная статичность. Перед нами, как правило, сложившиеся характеры, которые не меняются. Однако бытующее мнение, что характеры у Гомера чуть ли не упрощенные, схематичные несправедливо. Внимательно к ним присмотревшись, мы видим, что они нередко психологически многогранны и сложны. Есть у них и некоторые общие черты. В «Илиаде» многие персонажи – храбрецы. «Копьеборец», «копьеметец», «копьеносец» – это самые похвальные эпитеты в «Илиаде». Но все герои смелы по разному.

   Например, Аякс упорен, но тяжеловесен, массивен, наподобие «кабана»; поэт сравнивает его с «башней», «стеной». Аякс – тяжелодум, несколько прямолинеен. Он подобен спартанцу, которому устав предписывает не отступать. Аякс непробиваем в обороне, но ему не хватает гибкости.

   Иной – Диомед. В нем – пылкость и смелость юности, он бросается в гущу схватки, мчится подобно ветру на врагов. «В моих руках копье становится безумным», – прямодушно признается он. На военном совете он не страшится осуждать самого Агамемнона, требовать, чтобы «царь царей» вернул пленницу Ахиллу. Он даже способен преследовать самих богов: Афродиту. Аполлона, Ареса. Ранит богиню красоты, защищающую, как он считает, троянцев, наносит удар Apecу. Это делает его похожим на средневековых рыцарей.

   Во многих героях поэм выражен нравственно-этический идеал древних эллинов. Это, прежде всего, личное мужество, твердость в выполнении долга перед государством, при его защите. Отважные защитники родины были национальными героями, их память чтили, им подражали. На центральных городских площадях возвышались их памятники. Вместе с тем в поэме нет героя, который бы превосходил всех одновременно, был наделен всеобъемлющими добродетелями. Ахиллу нет равных на поле брани, но есть те, кто мудрее его, например, Нестор. Идоменей. предводитель критян в Троянской войне, отличается и мудростью, и физической силой, но с годами он утратил резвость бега. В поэмах реализован принцип античной гармонии: герой, уступающий кому-то в одном качестве, превосходит его в другом.

   Есть в поэме несколько центральных персонажей, отличающихся монументальностью. Это подлинно эпические, народные герои, которые буквально врезаются в нашу память. В них наиболее полно воплотилась концепция человека в античности. И одновременно они остались навсегда как великие образы мировой литературы, а их имена сделались почти нарицательными.



   АХИЛЛ. Таков, прежде всего, Ахилл. В нем воплощен эпический идеал бесстрашного воина, заключена всесокрушающая сила. Мстя за Патрокла, он не знает жалости к врагам. Ахилл вспыльчив, чувства его проявляются бурно, он злопамятен, может быть жесток пo отношению к врагам. Патрокл говорит о нем:

 

Сердцем жесток ты. Отец тебе был не Целей конеборец.

Мать – не Фетила богиня. Рожден ты сверкающим морем.

Твердой скалою – от них у тебя жестокое сердце

 

   Отец Ахилла, зная характер сына, советовал ему «обуздывать сердце», «благожелательным быть к человеку».

   Даже его бездействие после ссоры с Агамемноном – демонстрация сильного характера. Ахилл – юн, и это объясняет его эмоциональность, вспыльчивость. Ему присущи не только ярость и мстительность; этот богатырь непосредствен в горе, когда узнает о смерти друга:

 

Весь благовонный хитон свой испачкал он черной золою.

Сам же, большой на пространстве большом, растянувшись, лежал он

В серой пыли и терзал себе волосы, их безобразя.

 

   Беспощадно корит он самого себя, считая виновником смерти Патрокла. Способен Ахилл и на сочувствие. Трогателен этот переход от гнева к состраданию. Когда к нему приходит Приам, он отрешается от гнева, жалеет старика. Оба они плачут: Приам о погибшем Гекторе, Ахилл – о своем друге Патрокле.

   В послегомеровских преданиях рассказывается о гибели Ахилла, пораженного стрелой Париса. Во второй поэме сказано, что Одиссей встречает его в царстве мертвых. Вместе с тем, памятуя о человечности Ахилла, нельзя забывать о мифологической основе этого характера, о героическом, сказочном элементе в его обрисовке. Ахилл был любимым героем греческих поэтов и художников, образ его запечатлен и в позднейших произведениях живописи (Ван Дейк, Рубенс, Пуссен).



   АГАМЕМНОН. Другой тип героя – Агамемнон. Он – отважен, он – многоопытный руководитель войска, в полной мере принимающий на себя ответственность за судьбу своих воинов, не раз готов прекратить войну, чтобы сократить бессмысленные жертвы. В этом его отличие от Ахилла, который руководствуется личными мотивами и мало заботится о том, что будет с ахейцами после его ухода. Агамемнон даже готов пожертвовать в интересах Эллады жизнью своей дочери Ифигении; это тема трагедии Еврипида «Ифигения в Авдиде». Но Агамемнон может быть и несправедлив, когда волею главнокомандующего отнимает у Ахилла пленницу Брисеиду. Правда, позднее, в интересах войны он решает идти на любые уступки ради примирения с Ахиллом, возвращения его на поле боя.



   ГЕКТОР. Глубоко привлекательна фигура Гектора, главного противника Ахилла. Он старше Ахилла, а потому, наверно, мудрее его, сдержаннее. Для нею превыше всего интересы города, народа. Он не только мужественный, сражающийся в первых рядах герой и защитник «крепкозданной» Трои. Гектор также нежный отец, заботливый семьянин. Эти черты ярко раскрываются в уже рассмотренной нами знаменитой сцене прощания с Андромахой. Но ему, человеку долга, не чужды и человеческие слабости, естественный страх в начале поединка с яростным, страшным Ахиллом. Но ему заказано выглядеть трусом на глазах у всех троянцев, решившись на поединок, он знает, что обречен.

   Акцентируя многогранность образа Гектора, сошлемся на характеристику этого героя, сформулированную А.Ф. Лосевым: «Беззаветно преданный своему народу, пламенный патриот, бесстрашный солдат, наивный, колеблющийся, не всегда удачливый полководец; излишне самонадеянный и ребячески напористый человек; нежнейший семьянин; герой, знающий свое роковое предназначение, жалкая и скорбная жертва неприятельского зверства, человек, потерявший в конце концов все: и родину, и семью, и собственную жизнь». Гектор – фигура и героическая, и одновременно трагическая.

   Многосторонне обрисовываются и герои «второго плана»: и царь Алкиной, гостеприимный, любитель пиров; и старец Нестор, мудрец и оратор, аристократ; Евмей, малообразованный крестьянин, рачительный свинопас, беззаветно преданный своему господину; и многие другие.



   ОДИССЕЙ. Уникален среди главных персонажей поэм – Одиссей. Помимо черт мужественного воина, тех, что присущи Ахиллу, Агамемнону и Гектору, Одиссей наделен еще многими другими, отвечающими нравственному идеалу эллинов. И. прежде всего, умом. Появление этой фигуры исследователи связывают с Ионией и ее культурой, с местом создания гомеровских поэм, где в IX–VII вв. до. н. э. получили развитие мореплавание, торговля, ремесла.

   У Одиссея щедро представлены качества, связанные с подобными видами деятельности. Он – носитель рационального начала, расчетливости, здравого смысла. Он не только хитрец, но и дипломат, многоопытный оратор, способный влиять на людей. Это он заставляет умолкнуть «злоязычного» Ферсита; помогает остановить бегущих к судам ахейских воинов; входит в делегацию, пришедшую к Ахиллу, чтобы уговорить его вернуться на поле боя; он – автор плана с деревянным конем, решившим судьбу троянской войны. Открываясь Алкиною, он дает себе автохарактеристику:

 

Я – Одиссей Лаэртид. Измышленьями хитрыми славен

Я между всеми людьми. До небес моя слава доходит.

 

   В то же время, он – герой «многострадальный». Он не только двадцать лет отсутствовал, но подвергался смертельной опасности среди разбушевавшегося моря. Его выручали не только находчивость и лукавство, но и то, что он был «велик душою», «славен копьем». Он и физически могуч, пробивая 12 колец. В числе его привлекательных черт – неостывающая любовь к родине, неутолимая тоска по родному дому. Но он же может быть беспощаден по отношению к врагам, например, к женихам или опозорившим его дом служанкам.

   Наконец, Одиссей – путешественник, освоивший в ходе странствий неизведанные земли. Ему по душе роль купца и предпринимателя. Одиссей – не лишен человеческих недостатков, он – личность гармоничная, синтез ума и личного мужества, умелец, наделенный житейской хваткой. Одиссей – фигура, уникальная также и потому, что читателю наиболее обстоятельно представлена его жизненная история. А она, как и сам Одиссей, – достояние мировой литературы. Знаменательно, что как своеобразная параллель странствиям Одиссея, но уже на бытовом уровне, построен один из величайших романов мировой литературы XX века «Улисс» Джеймса Джойса.



   ЖЕНСКИЕ ОБРАЗЫ. Гений Гомера проявился и в лепке впечатляющих женских образов. Нелегко поставить рядом с поэмами другое создание древности, в котором бы женская психология была передана так верно и масштабно. Трогательна Андромаха, образец любящей жены, пребывающей в постоянной тревоге за своего мужа. Неизбывно ее горе, когда на ее глазах гибнет Гектор.

 

Темная ночь Андромахи ясные очи покрыла:

Навзничь упала она и, казалося, дух испустила.

 

   Другую грань женского идеала воплощает Пенелопа, имя которой приобрело нарицательное значение. Она – олицетворение супружеской верности и преданности. Умная и терпеливая, под стать своему мужу, Пенелопа под разными предлогами отклоняет домогательства женихов. Упрямо верит в возвращение Одиссея. Она обещает выйти замуж за одного из женихов, когда приготовит саван для отца Одиссея, старца Лаэрта. День она проводит за тканьем, а ночью распускает натканное днем. Всячески демонстрирует она презрение к женихам, появляясь иногда перед ними, не сделав необходимого макияжа.

   Символ женской красоты – Елена, увезенная в Трою Парисом. Она подчинилась богине любви Афродите, но, оказавшись в Трое, тоскует по родине, по детям. При этом Гомер демонстрирует тонкий художественный вкус, так ни разу не развернув описания внешности Елены. Однако в «Илиаде» есть один поразительный по силе эпизод: старцы Трои, увидев ее, вышедшую на стену, единодушны в своей реакции:

 

Нет, осуждать невозможно, что Трои сыны и ахейцы

Брань за такую жену и беды столь долгие терпят;

Истинно вечным богиням она красотою подобна!

 

   Да, Елена – прекрасна, если даже старцы не скрывают восхищения, зная, какую войну навлекла она на Трою. Но как конкретно она выглядела? Это Гомер оставляет домыслить читателю своей поэмы.

   Незабываема и еще одна женская фигура: это молодая прелестная Навсикая, дочь феакийского царя Алкиноя, воплощение юной красоты, целомудрия, природной чистоты. Нежны ее девичьи грезы о браке. Прелестна и скромна она в обращении к Одиссею. А тог не лукавит, воздавая хвалу «прекрасноликой», «белорукой» Навсикае:

 

Смертных, подобных тебе, не видал до сих пор никогда я

Ни средь мужчин никого, ни средь жен – изумляюсь я, глядя!

Близ алтаря Аполлона на Делосе в давнее время

Видел такую же я молодую и стройную пальму

 

   Он признает, что «такого ствола на земле не всходило ни разу», что он вызвал у него «изумленье». «Так и тебе, о жена, изумляюсь», – склоняется перед ней Одиссей.



   ЛЮБОВЬ И СЕМЬЯ В ПОЭМАХ. Описания любовных сцен – незамысловаты. Для древних любовь, как она предстает в мифах и эпических поэмах, это чувственное влечение; в нем нет Переживаний, о которых мы прочтем в стихах поэтов-лириков более поздней эпохи, у Архилоха, Сапфо, Анакреонта. «…Эта физическая и любовная стихия, – пишет А.Ф. Лосев, – дана тут как-то возвышенно, наивно-серьезно, невозмутимо, иной раз чуть юмористически, иной раз игриво…Общаться с женщиной, думает Гомер, и усладительно, и божественно, не только правильно, но именно божественно».

   Среди красочных эпитетов, которыми награждены многие наиболее значимые реалии в поэме, есть и супружеское ложе: оно «сладостное», «мягкоупругое», «блистательное», «покойное».

   Парис поучает Гектора, отличающегося страстностью, у которого сердце в груди, «как секира, всегда непреклонно»:

 

Не осуждай ты любезных даров златой Афродиты,

Нет, ни один не порочен из светлых даров нам бессмертных.

 

   Интимные отношения – красивы и возвышенны, в них нет – пошловатой эротики и непристойностей, о которых сообщают нам историки и писатели эпохи эллинизма или императорского Рима.

   Для Гомера очень значимы ценности семейной жизни. Женские образы в поэмах, данные выпукло, ярко, воплощают добродетели. верность, преданность супружескому долгу, чистоту. Даже Прекрасная Елена, возвратившаяся из Трои, являет со своим мужем Менелаем счастливый союз; такими их видит сын Одиссея Телемах, отправившийся на поиски отца.

 

К ним из своих благовонных, высоких покоев Елена

Вышла, подобная светлой с копьем золотым Артемиде.

 

   И в осажденной Трое Елена мечтала о возвращении домой, в лоно семьи. После падения города, по ее словам:

 

Многие ВДОВЫ троянские Громко рыдали, в моем же

Сердце веселие было: давно уж стремилось в родную

Землю оно, и давно я скорбела, виной Афродиты

Вольно ушедшая в Трою из милого края отчизны,

Где я покинула брачное ложе, и дочь, и супруга.

Столь одаренного светлым умом и лица красотою.

 

   Трогательна Андромаха, супруга Гектора, едва ли не эталон любящей жены, пребывающей и неизбывной тревоге за своего мужа, главного защитника Трои, который рискует жизнью на поле боя. К шедеврам мировой литературы относится упоминавшаяся сцена прощания Гектора с Андромахой, держащей па руках малолетнего сына Астианакта, у Скейских ворот:

 

Подле него Андромаха стояла, лиющая слезы,

Руку пожала ему и такие слова говорила:

«Муж удивительный, губит тебя твоя храбрость!

Ни сына ты не жалеешь, ни бедной матери; скоро

Буду вдовой я, несчастная! Скоро тебя аргивяне.

Вместе напавши, убьют! А тобою покинутой, Гектор,

Лучше мне в землю сойти: никакой мне не будет отрады».

 

   Женские образы гомеровских поэм оставили след в мировом искусстве. На сюжет об Андромахе были написаны трагедии Еврипида и Расина. Образ Елены вдохновил и живописцев (Тингоретто, Тьеполо и др.), и поэтов (К. Виланд, О. Уайльд), и музыкантов (Глюк, Оффенбах. Р. Штраус). Прекрасная Елена действует во второй части «Фауста» Гете как символ античной красоты. Что касается Пенелопы, то она стала героиней опер Скарлаттй и Чимарозы.



   ОЛИМПИЙСКИЕ БОГИ. Наконец, в поэмах – целый сонм и олимпийских богов, и богов «второго ряда», а также других мифологических персонажей. Гомеровские боги не просто антропоморфны, наделены человеческой внешностью, но и человеческой психологией. Не лишены они слабостей и недостатков. Да. боги величественны. Гаковы и Зевс – «владыка всех смертных и богов», «наслаждающийся молнией»: и Афина – «заступница, защитница»; Гефест – «многоумный»; Арей и Аполлон – «проворные на ногу»; Афродита – «золотая», «улыбчивая», занятая «делами приятными сладостных браков». Но боги способны и ревновать, завидовать друг другу, проявлять жестокость, как Аполлон, напускающий на троянцев «страшную» чуму; страдать от ран, как Афродита и Арес, которых ранил смертный Диомед. Не чужды боги и адюльтеру.



   ЛЮБОВЬ АФРОДИТЫ И АРЕСА. На пиру у царя Алкиноя певец Демодок рассказывает следующую, не лишенную комизма, историю. Бог Арес с помощью подарков и лести добился благосклонности прекрасной Афродиты, жены Гефеста. При этом он явился на свидание к Афродите, воспользовавшись отсутствием ее мужа. Об этом Гефесту сообщил бог солнца Гелиос. Зная о намерениях Ареса и Афродиты, Гефест приготовил им искусную месть: он выковал сеть из тончайшей паутины и развесил ее над своим ложем. Когда Арес пришел к Афродите, то на ложе, где они возлежали в достаточно откровенной позе, упала сеть и сковала их в том положении, в котором они пребывали. Вернувшийся домой Гефест призвал других богов лицезреть это «смешное и гнусное дело». Пришли Посейдон, Аполлон, Эрмий, хотя, «сохраняя пристойность, богини осталися дома». Увиденное вызвало у богов «смех несказанный». И все же один из младших богов, Эрмий, признался Аполлону:

 

Сетью тройной бы себя я охотно опутать дозволил,

Пусть на меня бы, собравшись, все боги смотрели,

Только б лежать на постели одной с золотою Кипридой.

 

   Лишь благодаря настойчивой просьбе Посейдона и обещанию заплатить выкуп Гефест разрушил цепи. Арес улетел во Фракию, а Афродита на Кипр, где приняла ванну и облачилась в прелестное платье, словно бы очистившись от греха.



   АНДРЕ БОННАР О БОГАХ У ГОМЕРА. Фигуры богов в гомеровских поэмах впечатляют не менее, чем образы главных героев. Об этом, как всегда вдохновенно, написал Андре Боннар в своем труде «Греческая цивилизация»: «Мы ощущаем всеми своими чувствами их физическое присутствие. Мало сказать, что они живые. Нередко мы слышим их крики, иногда даже вопли. Волосы Зевса и Посейдона чернее, чем бывают в природе, – они иссяня черного цвета. Мы буквально видим ослепительно белые или темно-синие одежды богинь; они бывают и шафранового цвета. У них покрывала, сверкающие «как солнца». Гера носит драгоценные камни величиной с ягоду ежевики. Облачение Зевса все сияет золотом, у него плащ из золота, золотой скипетр, как бич, и все остальное Лицо Геры обрамлено двумя блестящими косами. Глаза Афины сияют, у Афродиты они напоминают блеск мрамора. Гера покрывается каплями пота, Гефест утирает мокрое лицо, у него волосатая грудь. Он заметно хромает… Нет конца таким признакам. Эти боги из плоти и крови нас оглушают и ослепляют».

Просмотров: 3215