А. Кравчук

Закат Птолемеев

Имхотеп, явившийся во сне

 

У бога, оказавшего такую милость верховному жрецу, было необыкновенное прошлое. За двадцать семь веков до описываемых событий в Египте жил человек из плоти и крови по имени Имхотеп. Он был везиром фараона Джосера. Неподалеку от Мемфиса, в городе [129] Саккара, этот знаменитый человек, который был не только мудрецом, но и великим зодчим, построил для своего господина гробницу, вызвавшую всеобщее изумление и восторг. Ступенчатая пирамида Джосера стоит по сей день. Ее форма — переходная от древнейших царских усыпальниц к собственно пирамидам. Она построена не из кирпича, как было принято в Египте до того, а из громадных глыб отесанного камня.

В последующие века слава Имхотепа непрерывно росла. В представлении потомков он сделался великим мудрецом, владеющим многими искусствами. Затем этого замечательного человека стали отождествлять с богом Птахом, изобретателем и покровителем разных ремесел, и в конце концов он был признан сыном бога Птаха, а следовательно, тоже богом. При этом египтяне никогда не забывали имен его смертных родителей.

К ремеслам в те времена причисляли и медицину (если вдуматься, не без оснований), а Имхотеп считался покровителем врачей и богом-исцелителем. В более позднее время ему поклонялись прежде всего как божеству врачевания. К храму Имхотепа, расположенному около Мемфиса, неподалеку от уже известного нам Серапейона, стекались толпы паломников и страждущих. Храмы этого бога возникали и в других областях Египта. Его приверженцев мы уже встречали, например, и Фивах. Завоевав Египет, греки сразу признали Имхотепа одним из воплощений своего бога-врачевателя Асклепия и стали почитать его так же ревностно, как автохтоны. Они только изменили его имя на Имутес.

Приверженцы Имхотепа — Асклепия часто проводили ночи в его храмах. Бог являлся им во сне, давал советы, возвещал свою волю и даже делал операции. Сохранилось слишком много свидетельств людей, которые видели бога и были чудесным образом исцелены, чтобы можно было все их отбросить как выдумки. Скорее следует предположить, что жрецы подвергали больных гипнозу или усыпляли их при помощи наркотиков и после этого осуществляли различные процедуры.

По-видимому, при Птолемеях появился трактат на египетском языке, в котором прославлялись могущество и великие деяния бога Имхотепа. Несколько позже некий грек, живший, очевидно, в Мемфисе, решил перевести это небольшое произведение на свой родной язык, [130] чтобы слава Имхотепа ширилась по всему свету. Однако, как признается автор в предисловии, частично сохранившемся на свитке папируса, он встретился с большими трудностями:

«Не раз собирался я начать работу над переводом. И когда работа бывала уже в самом разгаре, значительность задачи сдерживала мой пыл. Потому что только боги, а не смертные люди могут славить деяния богов».

Так он и откладывал исполнение своего благочестивого намерения. Длилось это три года. Между тем, читаем мы дальше, начали происходить необыкновенные вещи:

«В течение этих трех лет моя мать очень страдала от лихорадки, посланной богом. Хоть и поздно, но мы поняли наконец, что нужно делать, и предстали перед ним, моля о спасении. Он же, милостивый ко всем, явился к больной во сне и вылечил ее при помощи простых снадобий. Мы поблагодарили своего избавителя и принесли по обычаю жертву. Вскоре после этого у меня внезапно сделалась боль в правом боку. Я не откладывая поспешил к покровителю всех людей. Он же, милосердный, еще раз проявил свою особенную доброту.

Была ночь. Спало все живое, кроме страждущих существ. Меня мучила лихорадка. Я бился в конвульсиях, терзаемый удушьем и кашлем, причиной которых была боль в правом боку. Голова была тяжелая, смертельно измученный, я уже засыпал. Моя мать сидела рядом, не давая себе ни минуты отдыха. Она страдала вместе со своим ребенком; вообще у нее от природы было доброе сердце. И тогда она совершенно неожиданно увидела призрак. Это был не сон и не ночное видение, потому что глаза ее были все время открыты. Она не могла видеть все с полной ясностью, ибо появление бога наполнило ее ужасом. Она увидела самого бога или его слугу. Он был ростом намного выше человека, одет в наряд тонкий и сверкающий; в левой руке его была книга. Он только оглядел меня с головы до пят два или три раза, а потом исчез.

Когда мать пришла в себя, она стала меня будить, хотя сама все время дрожала. С изумлением она обнаружила, что лихорадка совершенно прошла и что я весь обливаюсь потом. Она воздала почести явившемуся ей [131] богу. Потом вытерла меня, и я сразу почувствовал себя лучше.

Она начала рассказывать мне о чудесном случае, но я ее опередил и сам подробно рассказал обо всем, что она видела. Ибо то, что она видела как явь, для меня было сном, который мне как будто приснился».77)


77) The Oxyrhynchus Papyri, pt XI, London, 1915, nr. 1381.

Просмотров: 3967